— Это мы покупаем! — киваю, стоит мне только рассмотреть фотографии видов этого замечательного места. — Сразу займитесь необходимым ремонтом. Заказывайте самые лучшие материалы и не скупитесь! Чем быстрее все будет готово, тем быстрее мы переедем.
Обведя гарем взглядом, замечаю, что не хватает многих девушек, на что крутящаяся поблизости Мусуби рассказывает о планах Беницубасы. Как оказалось, о вкусах все-таки спорят. Пробегав понапрасну между магазинами и своевольными соплеменницами, Бени, недолго думая, попросту принялась таскать с собой тех, кто больше других нуждался в смене имиджа. Постепенно большая часть Секирей присоединилась к ней в опустошении магазинов мод.
— В общем, беспокоиться не о чем, — улыбаюсь я. — А как же ты? Почему осталась, а не пошла покупать обновки?
— Э-э-э, — замялась девушка, умильно улыбаясь.
— Она эта… проста заказала роллы… ик! Вот и ждет… — доносится из-за барной стойки пьяненький, но донельзя счастливый голос Казеханы. Заинтересовавшись, перегибаюсь через стойку и… Мать моя! Целая галерея пустых бутылок! Казехана лежит на циновке, бесстыдно раздвинув ноги. Мне отчетливо видны ее кружевные белые трусики, но в данный момент мне не до эротики.
— Боже, Казехана, ты в порядке⁈ — спрашиваю, изумляясь, как в нее столько влезло алкоголя.
— О-о да-а-а! — тянет она. — Мне еще никогда не было та-а-а-к хо-ро-шо-о! Мы тут с девочками немного перебрали, но-о-о все было классно!
Заглянув еще дальше, вижу еще нескольких девчонок, храпящих друг на друге с бутылками в обнимку.
— Слаб-бенькие оказались, — сочувственно говорит Казехана и смотрит на меня. — Как прошел поход?
Чувствую, что девушка только притворяется «готовой», когда на самом деле внимательно следит за моей реакцией. Сколько же ей надо употребить, чтобы дойти до кондиции на самом деле⁈ Страшно подумать… Хотя… Может быть, у нее есть скрытая пассивная особенность? Например, ускоренный метаболизм или сопротивление к ядам? Пф-ф-ф, нет! Не может быть! Я так начну смотреть на Секирей, как на саморазвивающиеся игровые единицы с неисчислимыми способностями…
Стоп, но, по сути, так и есть! Взять хотя бы Мию за образец. Кроме воинской подготовки она умеет выпускать давление ауры, вероятно, даже чувствовать чужие, сродни моему сканеру… Надо будет плотнее расспросить ее и остальных. Если Секирей способны развиваться и дальше, то вполне вероятно, что с их помощью можно создать рай на Земле… Ну, хотя бы не рай, но отдельное государство без преступности и зла…Вот это я замахнулся…
— Просто великолепно, — отвечаю Казехане. — Пиздюк уничтожен вместе со зданием корпорации, его прихвостни рассеяны, а Секирей освобождены и присоединяются к нам по своей собственной воле. В общем, все так, как я и планировал.
Ее глаза сужаются.
— А т-ты непрост! — заявляет она, вставая и пошатываясь. — Далеко не п-прост! П-пожалуй, я пересмотрю свое отношение насчет тебя. Хотя вперед-ди еще враги п-пострашнее. Хотя, меня б-больше интересует вот что…
Она опирается на стойку таким образом, что едва не вываливает свою роскошную грудь из тесного выреза и ехидно смотрит на меня снизу вверх.
— Скажи, как ты намерен управляться с таким многочисленным гаремом? Будешь искать индивидуальный подход — замучаешься, а решишь не обращать внимания — рано или поздно заслужишь нервотрепку. Секирей, знаешь ли, довольно обидчивые и злопамятные существа!
В свою очередь наклоняюсь ближе, смотря прямо в ее незамутненные алкоголем глаза.
— Если понадобится, то я готов взять в жены каждую из вас! — отчеканиваю твердым голосом. — Заботиться о каждой так, словно она — та самая одна-единственная, если это поможет вам стать счастливее! Но не собираюсь никого принуждать насильно. Любая из вас может в любой момент оставить меня, если сочтет, что достойна лучшего.
Внезапно понимаю, что в зале стоит такая тишина, что слышно, как далеко внизу гудят машины. Понимаю, что мои слова были услышаны всеми, кто сейчас находится в номере.
Поворачиваюсь, готовый ко всему и повторяю еще раз:
— Я защищу вас от всех опасностей и обеспечу лучшим, что есть в этом мире. От вас мне нужна лишь верность и дружба. Вы уже знаете, что стало с Хаято. Так будет с каждым, кто поднимет руку на Секирей!
— За это н-надо выпить! — выкрикивает Казехана. Чувствую, как ее руки обвивают мою шею, затаскивая в бар. Слышу многоголосое:
— Кампа-а-а-ай!
А потом все завертелось в алкогольном тумане…
Глава 5
Еще чуть-чуть планов и показ мод
Точнее не сразу. Сначала я выхожу на импровизированный подиум, на котором позже будет происходить показ мод и загоняю небольшую речь, устанавливая правила.
— Первое и главное правило нашей дружной семьи! — повысив голос, говорю я, хотя в номере стоит гробовая тишина. Присутствуют все, даже неугомонная Беницубаса, которую ради такого случая выдернули из магазина. — Вы все собрались здесь по собственной воле. Каждая из вас… К-хм, почти каждая из вас (бросаю короткий взгляд на хихикающую Казехану) окрылена мной. Тем не менее, скажите честно — чувствуете ли вы ко мне точно такую же непреодолимую тягу, которую ощущали, когда вашими ашикаби были другие люди?
Девушки озадаченно перешептываются. По их недоумевающим взглядам вижу, что они даже не задумывались надо подобным мировоззрением. Наконец, одновременно поднимают руки электросестрички:
— Знаешь, Ричард, а ты ведь прав! — заявляет Хикари. — Я и раньше задумывалась над этим, а вот как только ты сказал, поняла, что у нас с тобой что-то другое. Совсем не так, как было с этим ублюдком Каору!
— Точно! — поддерживает ее Хибики. — Мы покорно сносили от него оскорбления и унижения, даже не смея подумать о том, чтобы возразить ему! В те дни мы считали его единственной любовью!
— Как вспомню — меня аж фейспалм кроет! — схватившись за лоб, кивает Хикари. — Это был такой законченный эгоист, спасу нет! Ленивый бедняк, который постоянно заставлял нас работать, пока сам валялся на диване!
— Но когда ты освободил нас от власти печати и переокрылил, — подхватывает Хибики, — то мы словно заново родились! Мало того, что ты одарил нас немыслимой силой, мы не ощущаем этого слепого повиновения к тебе, хотя ты все равно наш любимый ашикаби! Я, как и раньше готова пожертвовать жизнью ради тебя, но теперь это продиктовано не силой контролирующей печати…
— Точно! — соглашается ее старшая сестра. — В момент окрыления мы поняли, что быть тебе верными и любящими Секирей гораздо лучше, чем слепо повиноваться своей генетике! Проще говоря, мы также испытывает к тебе самые лучшие чувства, оставаясь при этом самими собой!
— Да! — хихикает младшая. — И я могу не спрашивать разрешения удалиться, чтобы попудрить носик! Достаточно просто встать и молча отойти!
Среди остальных девушек поднимается согласный гул. Мия также кивает, молча соглашаясь. Замечаю, как она, расчувствовавшись, смахивает микроскопическую слезинку. Карасуба ухмыляется в своей обычной манере, а Казехана, единственная из неокрыленных, по-новому смотрит на меня оценивающим взглядом.
— Теперь вы знаете, что я имею в виду, — говорю, перехватывая инициативу, невольно проводя рукой по лысине. Надо что-то придумать против постоянной угрозы повторения канона. Шапочку из фольги, например. — Отсюда следует первое правило: будьте свободными!
Смотрю на недоуменно притихших Секирей. Мия первой понимает мою мысль, вовремя прижимая ладошку ко рту, сдерживая смешок.
— Это значит, — продолжаю, поднимая руку, — что каждая из вас в этом мире отныне является свободной! У вас есть все права, которые должны быть у каждого свободного гражданина! Никто не смеет принуждать вас к чему-либо. Каждое решение вы можете принимать самостоятельно! Таким образом, если вас что-то не устраивает в Семье, в которой вы в данный момент состоите, вы всегда можете высказать свое мнение! Да вы можете в любой момент покинуть нас в поисках лучшей жизни, и никто не смеет останавливать вас!
