Лорен дура, но если она давно влюблена в Огриса, ничего удивительного, что Келлин Великолепный ее не впечатлил. Любовь зла, а тут и жених в браке заинтересован исключительно по шкурным соображениям. И даже не пытается этого скрывать. Но все же… Возможно, во мне говорило предубеждение, однако Огрис и до встречи с лордом не вызывал у меня никакой симпатии. Глупая девчонка ради него рискует жизнью, а он и рад. По сравнению с этим репутация и загубленное положение в обществе – такая мелочь.
Хотя не такая уж и мелочь, если разобраться. Ну вот удалось бы Лорен сбежать – и что тогда? Учитывая, что брак был инициирован королем, им с Огрисом оставалось бы только одно – эмигрировать куда-нибудь подальше и навсегда. У нее ни гроша, и он тоже вряд ли олигарх, а для нищебродов жизнь на чужбине ой как не сахар. В девятнадцать лет об этом не думают. Любовь-морковь, а остальное неважно. Когда еще быть глупыми, как не в тинейджерстве. Интересно, Огрис такой же щенок или постарше? В любом случае, мозгов у него не больше, чем у Лорен.
Попробовать, что ли, еще немного подергать за нервные окончания Айли?
Дождавшись, когда она принесет обед, я заметила, словно между прочим:
- А ведь если подумать, лорд Келлин не так уж и плох. Во всяком случае, с виду.
- Вы же сами говорили, госпожа, что он негодяй и сжил со света жену, - мгновенно завелась Айли. – Не знаю, как внешне, я его не видела, но не думаю, что он лучше господина Огриса.
Ага, значит, Келлин вдовец. Негодяй? Сжил жену со света? Интересно. Бил? Морил голодом? Всячески третировал?
- Скажи, Айли, - запустила я следующую провокацию, - а господин Огрис тебе нравится? Ну… как мужчина?
Она покраснела, перебив цветом соус в моей тарелке с куском мяса, и пробормотала невнятно:
- Госпожа, ну вы же не думаете, что я?..
Разумеется, думаю, курица. Жаль, ты не можешь его забрать себе, чтобы не создавал проблем. Я бы только обрадовалась.
- Айли, я ни о чем таком не думаю, я просто спрашиваю.
- Господин Огрис, конечно, очень привлекательный мужчина, - опустив глаза, она теребила оборку, - но я не… не подумайте, что я…
Она уже начала повторяться, и я ее выставила. Пусть идет страдает где-нибудь в другом месте.
Привлекательный мужчина? Так я подумала о Келлине, а Огрис почему-то представлялся мне худосочным кругломордым юношей с румянцем во всю щеку и прилизанными светлыми волосами. Ну что ж, вероятно, мне еще выпадет возможность проверить это предположение. Лишь бы только обошлось без эксцессов.
***
Вот теперь я даже ждала свадьбу. Уже только потому, что это, без сомнений, был бы хоть какой-то движ. Вряд ли в доме Келлина меня будут держать взаперти. Если уж король организовал этот брак, ему такой расклад точно не понравится, какой бы ни была причина. Что до будущего мужа – нет, я вовсе не влюбилась с первого взгляда, тем более он вел себя довольно по-хамски. Ну мог ведь для приличия изобразить минимум вежливости, разве нет?
Однако…
К чему притворяться, все мы, едва бросив взгляд на мужчину, почти мгновенно понимаем: вот с этим - при определенных обстоятельствах, конечно! - в постель легла бы, а с этим – только связанная и без сознания. Как раз определенные обстоятельства и надвигались с неотвратимостью судьбы, поэтому хотелось уже поскорее перешагнуть через этот рубеж. Неизвестность хуже всего. Конечно, сложно ждать каких-то восторгов от первой брачной ночи с мужчиной, который к тебе равнодушен, которого не знаешь и к которому не испытываешь ровным счетом ничего, кроме гормонального «ах, какой». Но было бы гораздо хуже, если бы на его месте оказался мерзкий вонючий старик. Вдруг столько вина на свадьбе не дадут? Или столько просто не выпить?
Кстати, интересно, а девственница ли Лорен? Может, они с Огрисом тайком встречались и предавались всяким не слишком невинным шалостям? Кто бы рассказал, как в этом мире относятся к потере девственности до свадьбы. Вдруг это страшный позор, основание для аннулирования брака или еще чего похуже. Тогда понятным становится риск, которому она подвергала себя, пытаясь сбежать таким каскадерским образом.
Простейший тактильный тест определенности не внес, но на всякий случай я постаралась вытащить из памяти свой первый интимный контакт, чтобы убедительно вести себя как невинная дева. Оказалось, что за десять лет подробности полиняли, к тому же тогда я была в полном шоке от происходящего и мало что запомнила.
Боже, какой сюр! Я сижу и думаю о том, как буду трахаться с незнакомым мужиком, который по нелепой случайности должен стать моим мужем! Да еще и утешаю себя: а вдруг ничего, вдруг понравится. И при этом закрываю глаза на то, что он – возможно! – негодяй и уморил жену. Вера Рыбакова – чемпион галактики по неудачным свадьбам!
Чтобы отвлечься от этих мыслей, а заодно скоротать время, я читала. Роман про Ирту оказался нуднейшим: эта унылая девка все сто с лишним страниц тосковала, попутно отбиваясь от домогавшихся ее негодяев, а в финале приехал ее дружок и женился на ней. Хэппи-энд. Однако кое-какие полезные сведения из этого чтива я добыла. Хотя бы уже то, что нравы в этом мире – или в отдельно взятом королевстве – трудно назвать пуританскими, а религия играет чисто номинальную роль и мало влияет на нравственность. Так что, вероятно, за недевственность в тюрьму не отправят и голой на площади к позорному столбу не поставят.
Больше книг в комнате не нашлось. Айли читать не умела, поэтому привела ко мне старичка-библиотекаря, которому я изложила свои пожелания: что-нибудь по истории и географии страны. Судя по его изумленному виду, Лорен себя подобным чтением не утруждала. Пришлось объяснить: если моему будущему мужу удастся вернуть себе расположение короля, мне придется общаться со всякими умными людьми. Не хочется выглядеть совсем уж необразованной дурочкой. Видимо, его это удовлетворило, и мне принесли две небольшие книги и альбом с картами и гравюрами, с которого я начала.
То, что меня занесло вовсе не в прошлое нашего мира, я поняла практически сразу: язык даже отдаленно не напоминал ни один из европейских. Теперь это подтвердилось документально. На первой странице альбома обнаружилась карта двух полушарий: здесь уже знали, что планета круглая. Всего три океана и два материка: один большой, другой поменьше. На следующей странице я увидела карту одного из материков, а дальше
