что слишком долго эти люди были абсолютно уверены, что они пришли навсегда. Что всех, что там кто-то вякает, кто-то пытается доказать, — их нечего слушать. Власть здесь, и мы будем делать, как хотим, и жить, как считаем нужным. И вдруг та самая конъюнктура, о которой вы говорите, Николай Карлович, стала, к вашему изумлению и изумлению многих, меняться. Для кого-то это катастрофа, возвращение бог знает куда — в царизм, к Ивану Грозному, в страшный Советский Союз. А для кого-то это желание разобраться и идти дальше. Но только с чистой совестью, с пониманием того, что произошло. С объяснением для себя и для других, как это случилось, почему случилось, кто и зачем это сделал.
Оценив все это, сейчас самое время определить, кто мы такие и куда идем. Вот почему, мне кажется, было бы правильно продолжить оценку и переоценку того, что с нами происходило. Для того, чтобы просто двигаться дальше.
«Есть ли выход из исторического лабиринта Ельцин-центра?»[4]
Произошло событие, которое вызвало огромное количество откликов и в нашей прессе, и за рубежом. Открылся Ельцин-центр — Музей первого российского президента в Екатеринбурге. Огромнейшее здание, общей площадью в 85 тысяч квадратных метров! Для сравнения: общая площадь Зимнего дворца — 60 тысяч квадратных метров, а площадь Манежа — Центрального выставочного зала в Москве — всего 6 с половиной тысяч квадратных метров.
То есть на площадях Ельцин-центра могло бы разместиться больше дюжины наших центральных выставочных залов, таких, например, как Манеж. По информации, которую можно почерпнуть из прессы, стоимость Ельцин-центра — более 7 миллиардов рублей. Обустраивало Ельцин-центр знаменитое, самое крупное в мире агентство музейного проектирования Ralph Appelbaum Associates Incorpоrated. Должен сказать, что сам Центр — это на сегодняшний день верх технологичности. Использовано огромное количество разного рода способов передачи информации: от просто надписей на планшетах до мультипликации, интерактивного общения и так далее.
Я считаю, что любой человек, который становится лидером огромной страны, которого историческая волна выносит на гребень, достоин того, чтобы память о нем жила. В любом случае его правление — это часть истории страны, часть истории народа. И поэтому совершенно закономерно, что появляется такой музей, который рассказывает об эпохе, о времени и о личности.
Но одно дело, когда мы погружаемся в жизнь человека, в его личные вещи, в его историческую память, в события, которые были связаны с его существованием на земле. А другое дело, когда это становится не просто данью памяти человеку, а очень конкретным, направленным толкованием событий. Не только событий того времени, когда жил этот человек, а вообще истории огромной страны. Вот какой обзор истории России мы получаем из анимационного ролика, который демонстрируется в Ельцин-центре:
«Царь взрослел и входил во вкус монаршей власти. Делиться ею он ни с кем не хотел. „Природа людей такова, — писал Иван, — что если они государственную волю над собой не имеют, то как пьяные шатаются и никакого добра не мыслят“.
В 1565 году Иван IV ввел режим опричнины. Ответом на опричнину стала гражданская война, которая получила название — Смута. Война всех против всех захлестнула страну.
Петр стал первым русским царем, кому удалось провести модернизацию, не меняя сути политического режима. Ему нужны были европейские пушки и не нужны европейские свободы. За выбранный путь он готов был заплатить любую цену. „Окно в Европу“, по его убеждениям, стоило любых жертв. Однако страна рабов вписаться в Европу так и не смогла.
1762 год. „Просвещенный монарх может изменить страну, только опираясь на просвещенный правящий класс, а не подавляя его“, — заявляла Екатерина Вторая. Это она заменила подпись „раб“ в официальных документах на слово „подданный“. Однако новое слово не изменило старых проектов. В мечтах о просвещенном классе императрица довела крепостничество до совершенства.
1801 год. Очередная попытка коренным образом изменить страну связана с внуком Екатерины — Александром Первым. Вступив на престол, Александр собрал близких друзей в негласный комитет и поручил им разработку нового курса. Главным в этом кругу был Михаил Сперанский. С его именем связаны все реформаторские идеи Александра Первого. При Александре была разработана первая российская конституция, провозглашавшая правовое государство и разделение властей, а также свободу слова, вероисповедания и равенство всех перед законом — предложить ее обществу царь так и не смог.
1825 год. Восстание декабристов, с которого началось царствование очередного монарха Николая Первого, стало точкой отсчета для эпохи политического застоя. Очередной император сделал выбор в пользу неограниченного самодержавия и следовал ему до самой смерти. Абсолютная власть оставалась абсолютной ценностью.
Финалом царствования Николая Первого стали унизительное поражение в Крымской войне и жестокий кризис.
1855 год. Такой страна досталась Александру Второму, и он предпринял новую попытку превратить русское самодержавие в европейский политический режим. Он ввел суд присяжных и земское самоуправление, отменил, наконец, крепостное право и вошел в историю как освободитель. К концу жизни Александр резко сбавил темп реформ. Точку в биографии царя-освободителя поставили террористы-народовольцы. Позже историки скажут: „Александр II погиб не за реформы, а за отречение от них“.
В начале XX века Николай II предпринял еще одну попытку радикальных перемен в стране. Его опорой стали Сергей Витте и Петр Столыпин. В 1906 году Россия приняла конституцию европейского образца. Страна пережила мощный экономический подъем — впервые в ее истории реформы привели к реальному улучшению жизни граждан. Подъем был стремительным, но недолгим. Его оборвала Первая мировая.
Февраль 1917-го. Острый политический кризис, вызванный войной, заставил Николая II отречься от престола. Через полгода в результате Октябрьской революции к власти пришли Ленин и большевики. Гражданская война. Российская империя превратилась в СССР — новые лидеры пообещали измученной стране светлое, справедливое будущее, однако насилие стало главным политическим инструментом постреволюционного режима.
Сталин поставил уничтожение людей на поток. Всего за годы репрессий страна потеряла от 10 до 20 миллионов человек — так много, что до сих пор никто не знает точной цифры. Но даже такая трагедия не смогла окончательно раздавить общество, превратить граждан в покорные массы. Не партийные вожди, а обычные люди сделали все, чтобы Россия вошла в историю не только ГУЛАГом, но и Днепрогэсом, Магниткой, покорением Арктики, немыслимым трудовым подъемом, который нельзя объяснить страхом. Можно — верой в свою страну. Только не сломленные, но уважающие себя люди могли победить в Великой Отечественной и Второй мировой войнах. И победили, заплатив за мир такую цену, которую за победу в войне никто никогда не платил. Они вернулись домой победителями. Но репрессии продолжались
