– Все нормально, дядя, – ответила она сухо. – Я пойду в каюту. Спасибо.
Дюмон внимательно смотрел, как она вышла из его каюты, плотно затворив за собой дверь. В ее движениях была грация и сила невинности. Капитан медленно улыбнулся. Лихорадочный вид Лариссы внушил ему отличную идею.
Глава III
Невообразимо безобразный Красавчик Джек – главный рулевой «Мадемуазель Мюсарда» – выбирал место для причаливания. На пирсе уже толпились зеваки. Благодаря только что пережитым событиям получилось так, что в столь ответственный момент он оказался один в рулевой рубке.
Рулевая рубка была просторна. В ней в три смены работали рулевые – Красавчик Джек, Тейн и Джахедрин. Обычно вместе с рулевым в рубке находился также первый или второй помощник капитана. Рулевое колесо было больше людей, управлявших им. Для его вращения требовалось немало силы. Иногда рулевые повисали на колесе, используя свой вес. Щуплость Драгонейса исключала его применение в таких приемах, зато в прокладывании курса ему не было равных.
Для тех, кто приходил поддержать компанию рулевому, в рубке имелось удобное кресло. Вблизи рабочего места рулевого находились рукоять гудка, мегафон и ручной телеграф для связи с машинным отделением на корме. Огромные окна давали возможность видеть все, что происходило впереди, по левому и правому бортам. Позади рулевого была лестница, ведущая прямо в каюту Дюмона.
Джек протянул руку и поставил рукоять ручного телеграфа на отметку «Тихий ход?» Через все лицо от правого виска до левого уха у него проходили три лиловато-белесых шрама, которые особенно проявлялись в минуты напряжения.
Высокий мускулистый Джек гордился своими шрамами. Он хвастался тем, что получил их, голыми руками борясь с волком в Аркандейле. Когда он был пьян – а это бывало нередко, – из его россказней получалось, что его противником был оборотень, «…и очень важная персона в обществе. Я мог бы кое-что порассказать о той стране». На этом месте его похвальбы слушатели потрезвее обменивались многозначительными взглядами. Кто его знает, это могло быть правдой: на борту Джек появился однажды ночью, умоляя забрать его из Аркандейла…
О прекрасная дева,Прекрасная дева!Мое сердце занято Морской Леди.О Морская Леди!Я околдован ею.О Морская Леди;Мне сужденоОдну ее любить.
Несмотря на недостатки музыкального воспитания Красавчика Джека, в энтузиазме и громкости исполнения ему нельзя было отказать. Это была любимая его ария из «Удовольствия пирата». Его все еще переполняла гордость, что берег увидел первым именно он.
– Черт возьми, Джек, ты ведь знаешь, что тебе не положено петь на борту, – взорвался капитан, поднимаясь по трапу.
Джек притих как побитая собака. У каждого капитана свои предрассудки. Дюмон запрещал команде петь на борту. Лишь артисты могли петь, да и то лишь арии из очередной постановки.
– Прошу прощения, капитан. Я забылся. Я не хотел ничего худого, сэр.
Неудовольствие Дюмона не проходило.
Действительно, Красавчик Джек «не хотел ничего худого». Ни тогда, когда был пьян и подвергал судно опасности быть посаженным на мель. Ни тогда, когда преследовал наиболее привлекательных посетительниц плавучего театра, что кончалось проклятиями и заверениями, что их ноги здесь больше не будет. Ни теперь, когда он пел вопреки прямому запрету.
У Джека были свои достоинства. В трезвом состоянии он был лучшим рулевым. Даже у Драгонейса не было такого чутья в отношении незнакомой территории. Он лояльно работал, испытывая благодарность за место, полученное от Дюмона.
– Хорошо, – вздохнул Дюмон наконец. – Я знаю, что ты не хотел ничего худого, Джек.
Красавчик Джек удовлетворенно ухмыльнулся.
– Вы, сэр, джентльмен, насквозь джентльмен, я всегда говорил это. Будьте добры, капитан.
Он отступил от рулевого колеса, предложив его капитану. Такова была традиция. В порт судно вводил лично Дюмон, все остальное время предоставляя управление подчиненным.
Дюмон встал за рулевое колесо, которое было больше него. Через некоторое время он протянул руку к гудку.
– Джек, – вращая рулевое колесо, произнес Дюмон, – ты видел сражение с чудовищем из тумана?
– Да, сэр. Это был хитрый ход использовать волну против…
– Да, конечно, но видел ли ты, как мисс Снежная Грива рисковала жизнью?
Джек понимал, что капитан хочет определенного ответа, но какого?
– Да, сэр. Я видел. Очень смело для девушки, не правда ли?
Дюмон жестко взглянул на него, и Джек съежился:
– Боже, ведь она под моей опекой, да к тому же она ведущая танцовщица. Какой бы смелой она ни была, ей не место на палубе в опасном месте. Я хочу проучить ее и нуждаюсь в твоей помощи.
– Моей, сэр? Конечно, я всегда к вашим услугам.
Дюмон сдержал улыбку. Он заговорил спокойным голосом:
– Рад твоей готовности. Скоро мы будем у причала. Я сойду на берег, чтобы встретиться с городскими властями, а завтра у нас будет…
– Парад! Капитан, вы позволите мне увидеть парад?
Мысль о том, что он увидит спектакль, который он вместе с другими членами команды только слушал через переборки корабля, взволновала его. Обычно артисты устраивали парад по главной улице города. Они проходили в костюмах и исполняли пару сцен из спектакля. Для изголодавшихся по зрелищам жителей городов этого было достаточно, чтобы заполнить театр. Верный своей линии на разграничение команды судна и артистов, Дюмон никогда не позволял команде смотреть парад. Но вопреки ожиданиям Джека, на этот раз никаких отступлений не предвиделось.
– Нет, Джек, ты знаешь правила. – Лицо Джека потухло и стало еще более непривлекательным. – Парад состоится. После него, когда артисты смешаются с публикой, на мисс Снежную Гриву нападет подозрительная личность. – Дюмон многозначительно посмотрел на Джека.
– Я?
– Ты, Джек. Конечно, переодетый до неузнаваемости. Ты будешь угрожать мисс Снежной Гриве, а я поспешу на помощь. Ты убежишь, скроешься в темноте и вернешься на пароход, а я объясню мисс Снежной Гриве, как опасно подвергать себя риску. Итак, я могу рассчитывать на тебя.
Красавчик Джек энергично закивал головой.
– Я так и думал. Теперь иди в столовую и попроси от моего имени кока Брока получше угостить тебя.
– Спасибо, сэр! – Красавчик Джек направился к Броку, предвкушая пиршество.
Дюмон с презрением проследил за его удалением. Хватит с него этого Джека. План Дюмона должен был избавить его от этого глупца.
Капитан все внимание теперь обратил на причал. На пирсе собралась толпа. Завтра он сотрет подозрительность с этих лиц при помощи блестящего спектакля. Капитан дал гудок и ухмыльнулся при виде вздрогнувших зевак.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
