* * *
Снова мглистые сны октября,На душе – торжество листопада.Не ругая, не боготворя,Я смотрю на тебя из оклада.
Взгляд давно вросших в стены картин —Откровение времени в спальне.Ты свободен и снова один.Постарел, поседел. Стал печальней.
Лоб раздавлен квадратом окнаЧас который? Второй или пятый…Как осенняя ночь холодна!Бесконечны и влажны расплаты.
Перекресток двух драм: ни душиИ, увы, ни огня между нами.Новой боли бокал осушив,Я тебя провожаю глазами.
Дети солнца
* * *
Мы те, кто помнит сны и имена,Чьи ночи – ярки, будни – торопливы,Кому в броске подвластны времена,Изменчивой истории извивы.
Мы – дети! Чуем бег небесных тел,Энергию числа и алфавита.Для тех, кто светел, устремлен и смелРаскрыта жизнь земли – до неолита.
Мы различаем знаки, голоса,Летим – во мглу направленные стрелы!Играя, совершаем чудесаИ устремляем взоры за пределы!
Мы раскрываем радости сердца,Приносим знаний солнечные искры,Апостолы единого Творца,Пророчим об истоках древних истин.
Мы новой расы первые ростки,В душе читаем – как в священной книге.Мыслители. Поэты. Вестники.Сверкающие радугой Индиго.
* * *
Над временем натянута струна,И дверь в мой мир тебе всегда открыта!Мы огненные буквы алфавита,Затерянные в свитках письмена.
Призванью до рожденья отдана,Несу в себе судьбу метеорита,Чтоб за горой грядущего гранитаСияли солнцем наши имена.
Пусть в глубине бездонного колодцаОднажды эхом слово отзовется,Взметнется Лета, странно солона,
Неведомой волной из ниоткуда…И третий глаз, переживая чудо,Вдруг различит во тьме полутона.
* * *
В сердце встречи, как вехи,Верстовые столбы.В перекрестках судьбыСверкнули доспехи!
Или это венцы?Мы герои, беспечные дети.Под плащами столетийК людям мчатся гонцы.
В синем шелесте сбруйБьют копытом крылатые кони.Нет истории в мире исконнейСилы солнечных струй.
Славьтесь, воины света,Я узнала ваш меч!Гимн сияющих встречВ семицветье завета.
* * *
Щит золоченый – его рука.– Не сомневайся! Иди смелей!Так защищают ученикаОт сонма ложных учителей,
Чье имя истинно Легион!Зов не позволит с тропы свернуть!Для тех, кто избран и пробужден,Сияет в сердце особый путь.
И пусть порою сожмет тоска,Терзают страсти, сомненья жгут,В небесных картах и дневникахДавно прочерчен судьбы маршрут.
Вожатый рядом: порой костыльИ утешенье, огонь в ночи.– Стряхни с одежды земную пыльИ паутину пустых причин.
А по дорогам – туманы, дым…Приняв великой любви обет,Душа – божественный пилигрим —Идет обратно – в великий свет.
* * *
Пройден пик в двадцать семь,Знаменитый предел,Взлетная полосаДля тех, кто посмелКрикнуть смерти: Я есмь!И шагнуть в небеса.
Значит, будет ещеМного страхов, тревогИ попыток сбежать,Выбить шар из под ног!Только вход запрещенПрежде срока, а жаль.
Тридцать семь, сорок пять.У судьбы точный счет,Не оспорить уже…Надо с честью принятьНа любом рубеже!
* * *
Не каждому посчастливитсяТак выжать движок шальной,Что линия из прерывистойСтановится вдруг сплошной
И кадры летят стремительно!– Жизнь! Сердца не смей терзать!На стершейся разделительнойБессмысленны тормоза.
Пусть на запредельной скорости,Но только вперед, вперед!Пока горизонт не скроетсяИ вены не разорвет!
Пятое Солнце
Когда волна уже пронесетсяИ мир исчезнет в багровом дыме,Когда закатится Пятое Солнце,Мы вдруг очнемся совсем другими.
К тебе я вновь потянусь руками,И будет мне в первый миг одиноко,Но, рыбьими шевеля плавниками,Не вынырнем мы с тобой из потока
И, каждый куст ища, как награду,Под атмосферой, легким пробитой,Не будем бегать крикливым стадом —Лишь попрощаемся из зенита.
Но может, память вновь шевельнется,Когда вдохнешь азот, улетая,Как обжигало Пятое СолнцеВ джунглях, в безбрежности Юкатана.
Куда твой огненный дух устремится?Моя судьба и курс – на восьмуюПланету, в зеленую снов зарницу,Чуть-чуть похожую на земную.
Тебе, наверно, лететь к четвертой:Там испытать и судьбу, и время…Воспоминанья без боли стерты,Мы вдруг окажемся надо всеми
Страданьями, удивленьем даже,Счет на столетья – не на минуты!Потом, ты знаешь, помчимся дальше,До промежуточных новых пунктов!
В движении долгом душа проснется,Очистившись от стихийных бестий…Когда закатится Пятое Солнце,Мы будем на расстоянье – вместе,
Очистив слух и улучшив зренье,Вот только руки не вложишь в раны…А где-то заново час твореньяИ дух, носящийся над океаном.Пробуждение Кундалини
Миг возгорания огней:Прорыв – и небо распахнется!Как будто охранитель-змейРазжал свои тугие кольца.
Вибрация коснулась стопВеличественным вихрем танца,Сверкает позвоночный столбНатянутой струной пространства.
Свободно движутся лучи,Как стрелы семицветной неги!Все мироздание звучитВ живой гармонии энергий.
От боли зрение и слухРаскрылись в кратком интервале:Взмывает окрыленный духПо развернувшейся спирали.
* * *
Вся жизнь тревожная моя —Всего лишь вспышка бытия,Луч, соскользнувший на экран.Но дремлет в капле океан,Мужают в предках сыновья, —Свершается великий план.
Вмещает сто былых эпохМой к сердцу обращенный вздох.Трудяги, странники, творцы,Смеются в детях праотцы,Задумчив на могилах мох.В снах все начала и концы…
Вселенский пламенный покой,Молекул рой и род людскойПослушно смелют жернова,Стихия озарит слова.Звенит над шахматной доскойСверкающая тетива,
Веков грядущих голосаПоют, танцуют полюса.Вибрации пустых страницСвет наполняет – без границ.Туманны темные лесаИ сотни промелькнувших лиц.
Под кроной мирового древа —Созвездья образов, идей —Спит мудрости великой змей,Кольцо могущества и гнева.В тени раскидистых ветвейИграющая с Богом Ева.
* * *
Карма в круге – сансара-мельница,Ветер крыльями крутит бурно.Мы с тобой непременно встретимся,Когда время столкнет Сатурны.
Все разрушится. Видишь зарево?В нем разлуки пылают прошлые.Мы друг друга узнаем заново,Обретенью в объятья брошены.
Переходные знаки. ИстовоВ сердце боль и страданье странствуют.Именами играют, числами,Отражениями, пространствами.
А глаза ледяные, синие,В них вселенная рыбой плещется.Пилигримы бредут пустынями,Столкновенья приводят к трещинам
Оболочек. Восстав из пламени,Обернись – и забвенье кончится.В рассекреченных руслах памятиЖив дракон. Он обвил нас кольцами!
* * *
Тугая спираль – бег времениДо ложа в пространстве цинковом!Не встретимся мы, безверные,В убежище гиацинтовом;
На пляже другой ВенецииКолоды крутить цыганские!Не вымолить индульгенцииДля нищих с кровями царскими!
В созвездиях все наследие,А жизнь пропадет на паперти.Пророки любви последние —Не постники и не праведники.
Веками хранили истинуОт бегства и от отчаяния.Друг друга познали мыслями,Виденьями изначальными.
Мы в сердце сомненьем раненыИ небом в уста целованы.– Держи меня крепче, ангел мой,Чтоб вместе лететь в безмолвие…
Странничество сердца
* * *
Быть твореньем – нелегкое ремесло,Что ни миг – то выбор, а может, два.Неизвестно имя, молчит числоИ скрывают подлинный смысл слова.
В коридоре враждебно глядит трюмо:– В мир иной? Пожелаю умерить прыть!Приходи, прочитаю его письмо,Так как дольше – не собираюсь хранить.
И вообще, мне пора. Где-то был чемодан,И в квартире прежде скрипела дверь…Погружаясь в волны чужих нирван,Избежать нельзя случайных потерь.
Прозревая время, сказал пророк,Что придет за стадом седой Машиах,Но пока не вышел свиданья срок,Никаких вестей – только смута и страх.
И венец созданья всегда один,Будь хоть рядом царь и толпа цыган!Пусть вина нальет от души Бог Сын,Чтоб ты был сегодня смертельно пьян!
За таким весельем – гудеть беде!Сколько хватит силы – гуляй, танцуй!..Нам бегущий, как посуху, по воде,Что оставил? Притчи – да поцелуй.
И что делать с этим венцом щедрот?Если только следом рубить крестыИ идти сквозь море сомнений вбродДо последней долгой своей версты.
* * *
