— Где ты выучил наш язык? — с осторожностью спросила Тень Солнца.
— Мы тут на границе частенько перехватываем ваши гражданские переговоры, вот я и поднабрался слов. Мне языки легко даются.
Коу’то в изумлении смотрел на Тень Солнца. Ее лицо ничего не выражало, по нему нельзя было предугадать, помилует ли она сдавшегося или пристрелит сию же минуту. В виду тяжелых потерь, понесенных тау за сегодня, Коу’то склонялся ко второму варианту. Поскольку он оставался единственным офицером достаточно высокого ранга, именно ему выпадала обязанность оградить командующую от ненужных эмоций. Он встал между ней и пленником и сильно ударил человека по лицу прикладом импульсной винтовки.
— Не смей обращаться напрямую к командующей, гуэ’ла! — проорал он. — Ты понял?
Человек сплюнул кровь и кивнул.
— Да, я понял.
— Шас’уй, — негромко сказала Тень Солнца, — отойдите в сторону.
Коу’то сделал вид, что не расслышал.
— И впредь, когда открываешь рот, говори только со мной, иначе тебе конец, это ясно?
— Да, — ответил человек, — как скажешь, только не убивай меня. Пожалуйста.
— Шас’уй, — чуть громче повторила Тень Солнца. — Я приказала вам отойти.
Коу’то проворно выхватил тяжелый пистолет из кобуры у пленника и заткнул его себе за пояс. Створ, испещренный техническими отверстиями и тускло светящимися деталями, доходил ему почти до колена. Офицер повернулся в Тени Солнца и с поклоном отрапортовал:
— Пленник разоружен, командующая. Мы заключим его под стражу.
Тень Солнца по-прежнему не опускала фузионные бластеры. Никто не двигался с места. Казалось, даже лес вокруг замер в ожидании. Тогда Коу’то приказал двум своим воинам увести человека, и отпустил остальных. Когда солдаты ушли к «Манте», офицер закинул винтовку на плечо и встал напротив командующей.
Тень Солнца медленно опустила фузионные бластеры. После продолжительной паузы она потупила глаза и не своим голосом произнесла:
— Я ранена.
Коу’то жестом указал на «Манту».
— Командующая, на борту вам окажут помощь. Я последую за вами.
Тень Солнца повернулась и побрела к кораблю. Коу’то держался на почтительном расстоянии, но не отрывал от нее глаз.
У самой рампы девушка сняла боескафандр. Коу’то приказал одиннадцати воинам огня встать кругом, прикрывая командующую спинами, пока она переодевалась. Опустив голову так низко, что подбородок касался груди, он подал ей смену одежды. Командующая быстро оделась, вновь закрепила на левом запястье гибкий экран и произнесла:
— Немного великовато.
Коу’то стоял неподвижно.
— Простите, командующая. Мы сняли эту форму с тела одного из павших. Он был крупнее вас. Мы не нашли ничего более достойного.
Тень Солнца затянула пояс потуже и закатала рукава, но форма все равно висела на ней, словно горчичного цвета мешок.
— Его вклад принят и оценен по достоинству. Отпустите своих воинов.
Коу’то вскинул голову.
— Ла’руа, карае’на! — прогремел он.
Тау, прикрывавшие командующую, расступились и присоединились к товарищам, которые собирали на поле боя тела убитых, причем как своих, так и врагов. Офицер достал из-за пояса небольшой коричневый мешочек и передал Тени Солнца:
— Это лекарства, командующая.
Тень Солнца поблагодарила офицера и достала из мешочка небольшой цилиндр с надписью «заживление ран». Открутив крышку, девушка придавила его к шее.
— Где гуэ’ла?
— Связан и под стражей, — ответил Коу’то.
Девушка прикоснулась к одному из многочисленных порезов на лице. Кровь уже начала свертываться, рана затягивалась.
— Отведите меня к Шас’ла Сабу’ро.
Они вместе поднялись по рампе. Несмотря на огромный размер «Манты», внутри корабля было очень тесно. Крылья полностью занимали двигатели и оружейные батареи. Центральный фюзеляж делился на три части: кабина пилотов, рассчитанная на двух представителей касты воздуха, прямоугольный отсек-хранилище, в котором перевозились крупногабаритные машины, танки и боескафандры «Кризис», и верхняя палуба, на которую и поднялись Тень Солнца с Коу’то. По обеим сторонам и вдоль центральной перегородки располагались пассажирские кресла, с боков было еще по одному дополнительному сидению.
Тень Солнца остановилась. Коу’то поспешил ответить на еще не заданный вопрос.
— Ауна не было на борту, когда нам пришлось покинуть флагман, — сообщил офицер.
Среди всех невзгод пережитого дня, отсутствие эфирного стало для нее самым сильным разочарованием.
— Нет, — тихо произнесла девушка, — конечно, ни один аун не успел бы добраться до доков.
Тень Солнца приложила руку ко лбу, липкому от спекшейся крови.
Щуплый солдат тау прошел мимо пленника и направился навстречу к командующей. Его форма цвета охры была в темно-красных пятнах. Одной рукой он держал свой шлем, в другой был скрученный в трубочку гибкий экран. Подойдя к старшим по званию, он низко поклонился. Стараясь не встречаться взглядом с Тенью Солнца, он обращался к Коу’то.
— Шас’ла Фал’шиа Сабу’ро в вашем распоряжении, — скороговоркой отрапортовал он.
Тень Солнца присмотрелась к нему повнимательнее. Он был совсем юн, наверное, не старше десяти-одиннадцати. Должно быть, он с отличием прошел все учебные испытания, раз получил дозволение служить на флагмане.
— Рада вас видеть, шас’ла, — сказала командующая, — какова ситуация со связью?
Прежде чем ответить, Сабу’ро бросил вопросительный взгляд на Коу’то. Ветеран кивнул, дозволяя подчиненному обращаться к Тени Солнца напрямую.
— Командующая, — с гордостью ответил юнец, — связь установлена. Местные узколучевые и межпланетные тахионные лучи на полной мощности.
— Сможете наладить связь с остальным флотом?
— Уже выполнено. Все корабли заняли выжидательную позицию в восьми световых минутах за луной иль’Уолахо согласно вашим указаниям. Командование временно принял на себя Кор’эль Кенхи’та. Он передал на Т’ау пакет данных о сегодняшнем происшествии. — Сабу’ро улыбнулся и добавил. — После того, как вы вышли на связь, я также передал всем судам весть о том, что вы живы.
— На Т’ау тоже получили это сообщение?
Юный связист на миг замешкался, удивившись ее вопросу.
— Конечно, как же иначе?
Тень Солнца кивнула, представив, что, должно быть, творилось на ее родной планете. Сначала пришла новость о крушении флагмана и гибели всей команды, затем сообщение о том, что ей и еще горстке солдат удалось выжить, но они застряли на этой планете. Несомненно, жители Т’ау пережили шок, затем печаль, нежданно сменившуюся радостью и новым беспокойством. В залах Аун’т’ау’рета, верховном совете империи Тау, должно быть, выдался нелегкий полный событий день. Девушка винила за это себя.
— Сколько у нас выживших? — спросила она Коу’то.
— Их хватило, чтобы сформировать только три команды воинов огня, командующая. Еще есть десять стрелковых дронов с кор’вес, но два из них я приказал переоборудовать в защитных дронов для вашего боескафандра.
— Что с танками? — спросила девушка, памятуя о двух боевых машинах класса «Рыба-молот», которые обычно транспортировались на «Мантах».
— Выведены из строя в процессе приземления.
— Сама «Манта», надо полагать, взлететь уже не сможет?
— Никак нет, командующая.
Тень Солнца нахмурилась. В ее распоряжении всего несколько роботов и меньше тридцати человек пехоты. Такими силами позицию не удержать. Людям известно их точное расположение, следовательно, повторное нападение — лишь вопрос времени. Еще одну атаку им не отбить.
— Придется уходить, — заключила вслух Тень Солнца, — но если приказать флоту эвакуировать нас, энергетическая пушка гуэ’ла собьет приблизившиеся корабли.
— Несомненно, — согласился Коу’то.
— Значит, придется нам самим уничтожить планетарную защитную систему. Прикажите привести пленника.
Коу’то подал знак солдатам, ожидавшим снаружи. В этот миг гибкий экран в руке у Сабу’ро издал громкий протяжный звук. Юноша развернул его, встряхнул, чтобы тот обрел жесткость, и, пробежав глазами данные, сообщил:
— Командующая, для вас поступил информационный пакет, — Сабу'ро передал ей устройство. — Это закодированное послание, ретранслированное к нам через флот.
Иль’Уолахо располагался в ста пятидесяти световых годах от центра империи. На таких расстояниях связь в реальном времени невозможна даже для технологически развитых тау.
Тень Солнца взглянула на отметку о времени получения сообщения. Он было отправлено, когда флот был еще в пути.
— Здесь написано, что сообщение отправлено некоторое время назад. Почему мне показали его только сейчас?
Сабу’ро лишь покачал головой. Включилась запись.
