Читаем без скачивания Авианосцы, том 1 - Норман Полмар

Лейтенант Сэмсон получил временное звание капитана 2 ранга и был назначен командиром морского крыла КЛК. Журнал «Аэроплан» откликнулся на это назначение с большим пылом, чем на эксперименты Сэмсона на «Африке». Комментируя назначение Сэмсона, журнал назвал его великолепным начальником и заметил: «Разве могут быть сомнения, что найдется какой-нибудь другой офицер, который является пилотом такого же класса, который так же любит полет ради полета. Он хочет проводить все полеты сам, хотя здравый смысл помогает ему сдерживать подобные порывы».

Этот энтузиазм не разделяли некоторые офицеры, которые думали, что Сэмсон добивается известности в прессе. Они заявляли, что манеры у Сэмсона грубые, что у него мало такта. В такие обвинения трудно поверить, особенно если учесть прекрасные отношения, которые Сэмсон позднее установил с армией и иностранными коллегами и чиновниками. Сэмсон всегда был известен как верный друг, всегда готовый провести любой воздушный эксперимент.

Во время военно-морского смотра в Веймуте в мае 1912 года Сэмсон успешно взлетел на аэроплане с палубы броненосца «Хайберниа», когда корабль шел со скоростью 10,5 узлов. Через 2 месяца он повторил взлет с палубы броненосца «Лондон».

В конце 1912 года старый бронепалубный крейсер «Гермес» (не путайте с авианосцем под тем же названием) был выделен Сэмсону, чтобы послужить «отцом» корабельной авиации. Он был оборудован для базирования 2 «гидроаэропланов», которые взлетали на роликах с короткой полетной палубы, сооруженной на баке. Именно на «Гермесе» в 1913 году капитан 2 ранга Сэмсон испытал самолет со складывающимися крыльями. Эту идею в свое время выдвинул Уинстон Черчилль, тогда Первый Лорд Адмиралтейства. (Адер также описал самолет со складывающимися крыльями в своей книге «Военная авиация». Черчилль, не любивший термин «гидроаэроплан» , заменил его словом «гидросамолет» .)

Эксперименты с «Гермесом» в 1913 году были настолько успешными, что Адмиралтейство приобрело только что заложенное торговое судно, чтобы достроить его как авианосец для 10 гидросамолетов. Они взлетали бы с полетной палубы, размещенной на баке, используя ролики, как на «Гермесе». Однако работы шли вяло, и к началу войны переоборудование судна не было завершено, зато «Гермес» лишился своего авиационного оборудования.

Перед самым началом войны морская авиация была реорганизована, превратившись в авиационное подразделение ВМФ. Теперь она стала называться Королевской Морской Воздушной Службой (Royal Naval Air Service – RNAS, КМВС). Это название было утверждено 1 июля 1914 года, хотя вошло в употребление еще 2 года назад, примерно через месяц после создания КЛК. Теперь КМВС имела свою собственную систему званий.

Война пришла в Англию в августе 1914 года. Английский КЛК был отправлен во Францию. Это оставило военное министерство, отвечавшее за оборону метрополии, без истребителей. Адмиралтейство попросили взять на себя воздушную оборону всей Англии. Эта цель имела более высокий приоритет, чем чисто морские задачи флота – патрулирование и разведка. Но в начале войны немецких воздушных налетов на Англию просто не было, и КМВС продолжала использовать свои самолеты для поддержки действий флота. Так как гидросамолетам не хватало дальности полета, чтобы действовать совместно с кораблями, было решено создать корабли, которые смогут нести гидросамолеты.

Не ожидая завершения переоборудования торгового судна, работы на котором начались еще год назад, Адмиралтейство приобрело 3 парохода, курсировавших через Ла-Манш – «Эмпресс», «Энгедайн» и «Ривьера». Они были переоборудованы и смогли нести по 4 гидросамолета. Хотя эти корабли хорошо подходили для патрулирования у берега, им не хватало дальности плавания, чтобы действовать вместе с флотом. Тогда был приобретен старый лайнер компании «Кунард» «Кампэниа». У него на баке соорудили полетную палубу длиной 120 футов. Корабль водоизмещением 18000 тонн мог нести 10 самолетов. В 1916 году он прошел модернизацию. Его переднюю трубу разделили на две, стоящие по бортам, что позволило удлинить «полетную палубу» до 200 футов. «Кампэниа» могла развить скорость 22 узла, как и ламаншские пароходы. Однако океанский лайнер мог поддерживать эту скорость более долгое время. Он также имел неплохую мореходность, что делало этот гидроавианосец более подходящим для действий в составе флота.

Пока шли работы над этими проектами, КМВС неожиданно обнаружила, что вовлечена в воздушную войну над континентом, благодаря усилиям командира эскадрильи Сэмсона (он получил это звание уже в составе КМВС). В конце августа Сэмсону приказали перебросить его эскадрилью на бельгийское побережье в Остенде, чтобы поддерживать бригаду Королевской Морской Пехоты. Сэмсон поднял в воздух свои 9 самолетов (7 различных типов) и полетел в Остенде. Наземные службы последовали за ним на борту «Энгедайн» и угольщика. В Бельгии морские авиаторы начали проводить разведку для войск. Сэмсон быстро расширил сферу действий своей эскадрильи. Он наладил наземную разведку, используя гражданские автомобили, причем некоторые из них вооружил пулеметами. Когда морская пехота ушла из Бельгии, Сэмсон сумел убедить местное командование, представителей английского правительства и наконец Адмиралтейство, что его эскадрилью лучше оставить в Бельгии, как в военных целях, так и для улучшения отношений между союзниками. Эскадрилья осталась, получив благие напутствия самого Черчилля. Она вела наземную и воздушную разведку, а изредка даже боевое патрулирование. Сэмсон бронировал часть своих автомобилей. Так было создано Королевское Военно-морское Бронеавтомобильное Соединение. Чтобы эскадрилья смогла справиться с внезапно возросшим объемом задач, Сэмсону прислали 250 морских пехотинцев.

Хотя немецкие самолеты и цеппелины еще не бомбили Англию, угроза была слишком очевидной, и Черчилль лично дал разрешение атаковать ангары дирижаблей. Первый из этих налетов был назначен на 12 сентября. 3 самолета капитана 2 ранга Сэмсона должны были вылететь с передовой базы в Антверпене. Но прежде чем самолеты взлетели, налетел сильный шквал и разбил их прямо на земле, так как они стояли открыто. Неустрашимый Сэмсон назначил вылет 4 самолетов на 22 сентября. Машины взлетели, как и было запланировано. 2 самолета направились к Кельну, а 2 – к Дюссельдорфу. Каждый нес по 3 бомбы весом 20 фунтов. Хотя погода в районе английской базы была хорошей, очень скоро самолеты встретили туман. 3 машины вернулись в Антверпен. Однако один самолет проделал путь длиной 100 миль до Дюссельдорфа и нашел ангары цеппелинов. К сожалению, пилот летел слишком низко, когда сбрасывал бомбы. Вертушки предохранителей не сделали нужного числа оборотов, прежде чем бомбы упали на землю. 2 бомбы вероятно попали в ангар, но не взорвались, а третья разорвалась рядом с ангаром, убив двоих или троих солдат. Все самолеты благополучно вернулись домой. Это был первый налет английской авиации на немецкую территорию.

8 октября 2 морских самолета снова взлетели с аэродрома в Антверпене. Первый направился к Кельну, а второй – опять к Дюссельдорфу. Первому самолету помешал густой туман, и он сбросил бомбы на железнодорожную станцию. Второй летчик, лейтенант звена Р.Л.Г. Марикс, спикировал на ангар дирижабля возле Дюссельдорфа и сбросил 2 бомбы с высоты 600 футов. Ангар и армейский дирижабль Z.IX внутри него были уничтожены, так же, как и расположенная рядом механическая мастерская. Самолет Марикса был поврежден зенитным огнем, и пилот был вынужден сесть, не долетев до своей базы 20 миль из-за нехватки топлива. Марикс вернулся в эскадрилью на одолженном велосипеде.

Эти атаки были первыми, в ходе которых самолет сбрасывал бомбы в тылу противника, а не на поле боя. Позднее этот чахлый росток превратился в мощное древо стратегических бомбардировок.

Завершить первый год войны англичане планировали рейдом гидроавианосцев против ангаров цеппелинов в Куксхафене. В нем должны были участвовать переоборудованные ламаншские пароходы «Эмпрес», «Энгедайн» и «Ривьера», прикрывать которые должны были 2 легких крейсера, 10 эсминцев и 10 подводных лодок. Соединение вышло в море 24 декабря и утром в день Рождества находилось в 12 милях от Гельголанда. Каждый гидроавианосец имел на борту 3 гидросамолета, однако в воздух сумели подняться только 7 машин. Взлет проводился с воды.

Вскоре после вылета самолетов немецкие радиопереговоры усилились, а затем над «авианосным» соединением пролетели немецкие самолет и цеппелин. Они сбросили бомбы, но повреждений не нанесли, и были отогнаны огнем зениток.

Некоторое время спустя над соединением появились 3 английских гидросамолета. Они сели на воду и были быстро подняты на борт кораблей. Но не было никаких признаков 4 остальных гидросамолетов. После недолгих поисков эскадра повернула домой, но подводные лодки остались на месте. Е-11 находилась на поверхности, когда показался еще 1 гидросамолет в компании с немецким цеппелином. Гидросамолет сел на воду, и Е-11 попыталась взять его на буксир. Пока подводники возились с ним, появились еще 2 гидросамолета. Они быстро сели на воду, и лодка сняла их экипажи, состоявшие из 2 человек. Самолеты были уничтожены артиллерийским огнем, пока цеппелин маневрировал, чтобы атаковать Е-11. Еще более усилил замешательство внезапно появившийся перископ. Когда немецкие бомбы начали падать вокруг лодки, Е-11 поспешила погрузиться и вернулась в Англию. Неизвестная лодка на самом деле оказалась английской. Она поднялась на поверхность, чтобы окончательно удостовериться, что больше не осталось летчиков, которых нужно подобрать. Потом она снова погрузилась, провожаемая пулеметным огнем цеппелина, который он вел с высоты всего лишь 50 футов. В это время седьмой самолет сел у борта голландского траулера. Его пилот и механик были интернированы в Голландии.