Таким образом, государственные институты и культура Древней Руси стали тем плавильным тиглем, который преобразовал конгломерат разношёрстных восточнославянских племён, а также славянизированных балтов и финно-угров в единое этнокультурное сообщество – Русь. Границы Руси в период её рождения включали территории сегодняшних Российской Федерации, Республики Беларусь и Украины. Яркой иллюстрацией единства Русской земли поверх нынешних границ между восточнославянскими государствами является тот факт, что княжившая в Киеве Ольга была уроженкой Пскова и основательницей Витебска. Символом духовного единства восточных славян в древнерусский период можно считать строительство Софийских соборов в Киеве, Новгороде и Полоцке. Как заявил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл во время Первосвятительского визита в Беларусь, «София Киевская, София Новгородская, София Полоцкая – это как бы маяки, с одной стороны, освещающие наше общее пространство, а с другой стороны, как крепостные стены – свидетельствующие о единстве этого духовного пространства, о его силе и о его способности защищать свою самобытность. Сегодня сквозь толщу веков эти храмы напоминают нам завет предков о братстве, единстве, взаимопомощи, несмотря ни на какую политическую конъюнктуру. Всё вторично – первична наша общность, из неё должна вырастать политика»[19].
Образование полоцкой ветви династии Рюриковичей
Белорусские историки националистического направления традиционно считают Полоцкое княжество суверенным государством и указывают в качестве одного из главных признаков полоцкой «незалежнасці» наличие у полочан «собственной княжеской династии», берущей начало от князя Изяслава Владимировича. Изяславичи якобы были обособлены от остальных князей Древней Руси и вели самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику. Рассмотрим, насколько данная концепция соответствует историческим фактам.
Повесть временных лет рассказывает, что в 980 году произошёл конфликт между новгородским князем Владимиром и полоцким князем Рогволодом. Причиной конфликта стало то, что дочь Рогволода, Рогнеда, отказала посватавшемуся к ней Владимиру, поскольку желала выйти замуж за его брата – киевского князя Ярополка. Вот как сию «мыльную оперу» описал древнерусский летописец: «И послал [Владимир] к Рогволоду в Полоцк сказать: «Хочу дочь твою взять в жёны». Тот же спросил у дочери своей: «Хочешь ли за Владимира?» Она ответила: «Не хочу разуть Владимира[20], но хочу за Ярополка». Этот Рогволод пришёл из-за моря и держал власть свою в Полоцке, а Тур держал власть в Турове, по нему и прозвались туровцы. И пришли отроки Владимира и поведали ему всю речь Рогнеды – дочери полоцкого князя Рогволода. Владимир же собрал много воинов – варягов, славян, чуди и кривичей – и пошёл на Рогволода. А в это время собирались уже вести Рогнеду за Ярополка. И напал Владимир на Полоцк и убил Рогволода и двух его сыновей, а дочь его Рогнеду взял в жёны».
Если не считать легендарного Радима, то Рогволод, Тур и Рогнеда – первые названные летописью исторические персонажи в западных землях Руси. Вероятно, сопоставлением Рогволода и Тура автор хотел подчеркнуть их одинаковый статус – оба были правителями крупных земель Древней Руси. Оба, согласно летописи, «пришли из-за моря» и, соответственно, были варяжского происхождения. По мнению белорусского историка Эдуарда Загорульского, Рогволод и Тур правили в Полоцке и Турове как назначенные туда киевским князем наместники. «Такое назначение, скорей всего, было сделано Святославом, о чём, впрочем, прямо говорится в Московском летописном своде конца XV века. По свидетельству этой летописи, Рогволод оказался в Полоцке «во дни Святослава Игоревича». Заметим, что Святослав княжил перед этим почти 30 лет. У него было только три сына, и потому во многие земли обширного государства были направлены наместниками верные ему люди. Такими, вероятно, являлись Рогволод и Тур»[21], – пишет Загорульский.
Несмотря на то, что Рогволод и Рогнеда были родом из тех варягов, которые пришли на восточнославянские земли вместе с Рюриком, самостийные историки считают их белорусами. Некоторые «свядомые» авторы доходят в своих рассуждениях о «белорусскости» полоцкого наместника и его дочери до полного абсурда. Белорусский историк Александр Гронский приводит весьма показательный фрагмент выездной лекции для молодёжи одного из «свядомых» специалистов по средневековой истории: «Исследователь утверждал, что все европейские средневековые монархи были белорусами. Логика объяснений была следующей. Рогнеда, дочь полоцкого князя Рогволода, была белоруской. Все подозрения о том, что Рогволод был варягом, лектором просто отметались по принципу того, что это русификаторские выдумки тех, кто хочет лишить гордых белорусов их подлинной истории. Так вот, Рогнеду (под именем Гориславы) насильно взял в жёны князь Владимир, который позже стал великим князем киевским. Поскольку, как утверждал лектор, у древних белорусов родство велось по материнской линии, то дети Владимира и Рогнеды были белорусами. В том числе и Ярослав Мудрый. Итак, белорус Ярослав Мудрый стал великим князем киевским. Он выдал своих дочерей замуж за европейских монархов. Одну за венгерского короля, другую – за шведского, а третью – за французского. Таким образом, жёнами европейских королей стали белоруски, а их дети – будущие монархи – тоже являлись белорусами, т. к. они были рождены от белорусских матерей. Лектора даже не смутило то, что Ярослав Мудрый был «белорусом» по женской линии, но его жена была шведской принцессой. Следовательно, их дети, по логике белорусского учёного, должны были быть шведами. Но почему-то они стали белорусами»[22].
Помимо «белоруса Ярослава Мудрого» Рогнеда родила Владимиру «белоруса Изяслава», которого местечковые националисты считают основоположником «полоцкой княжеской династии». Изяслав, действительно, княжил в Полоцке, однако туда его направил отец – Владимир Святославич, который сделал девятерых своих сыновей наместниками в разных землях Руси.
Изяслав вполне мог занять великокняжеский киевский престол после Владимира, если бы не умер в весьма раннем возрасте, ещё до кончины отца. Тот факт, что Изяславу не довелось стать великим князем, предопределил потерю его потомками юридического права на киевский престол. Дело в том, что при князе Владимире на Руси был установлен особый порядок наследования власти и распределения княжений, в соответствии с которым киевский престол после смерти великого князя переходил к его братьям в порядке старшинства, и только после того, как младший из братьев отправлялся в мир иной, трон занимал сын старшего брата. Сыновья Владимира в порядке старшинства занимали все княжения Древнерусского государства: вторым по важности (после киевского) было новгородское княжение, его занимал старший из братьев великого князя, младший брат княжил в наименее важном и значимом княжестве. Когда старший брат умирал, его место занимал следующий по старшинству князь, а все остальные переходили на освободившиеся более почётные княжения (они как бы поднимались на одну ступеньку по лестнице, а потому такая система распределения княжений получила название лествичной). Если один из братьев великого киевского князя умирал, так и не достигнув старшинства, его потомки навсегда лишались права княжить в стольном граде Киеве. Область, находившаяся под властью данного князя, выпадала из лествичной системы, и ему наследовали собственные дети и внуки. Первым из данной системы выпало Полоцкое княжество, позже то же самое произошло с рядом других древнерусских земель.
Таким образом, Изяслав Владимирович выступил основателем не новой династии (как утверждают «свядомые» историки), а лишь одной из региональных ветвей династии Рюриковичей.
Изяслав умер в 1001 году, прожив приблизительно 25 лет. Никоновская летопись даёт ему следующую характеристику: «Бысть жа сий князь тих и кроток, и смирен, и милостив, и любя зело и почитая священнический чин иноческий, и прилежаще прочитанию божественных писаний, и отвращаяся от суетных глумлений, и слезен, и умилен, и долготерпелив». Изяславу наследовал его старший сын Всеслав, однако он ушёл из жизни ещё в юношеском возрасте. Преемником Всеслава стал его младший брат Брячислав.
Печать Изяслава с родовым знаком – трезубцем с крестообразным средним зубцом.
Брячислав Изяславич
Брячислав получил известность в связи с его нападением на Новгород и последующей битвой с киевским князем Ярославом, приходившимся ему дядей.
В 1021 году полоцкий князь совершил удачный военный поход на Новгород, захватил имущество новгородцев и с пленными горожанами оправился назад с Полоцк. Однако на реке Судоме его поджидал с войском Ярослав, который, узнав о нападении на Новгород, тотчас отправился навстречу Изяславу. В битве на Судоме Брячислав потерпел поражение и бежал в Полоцк. Пленные новгородцы были освобождены и вернулись домой.
