Джек задрал подбородок, без слов предлагая ей насладиться открывшимся зрелищем. Красавица с усилием сглотнула; она явно была заинтересована, но громадный рост и мощное сложение, унаследованное Джеком от своего настоящего отца – боксера-профессионала, ее немного пугали. Скорее всего девушка привыкла к тому жилистому и, без сомнения, слишком нетерпеливому юнцу, которого они видели на берегу.
– Я не кусаюсь, – прошептал Джек, сдерживая улыбку.
– Милорд, что-нибудь еще? – Девушка осторожно приблизилась.
Не сводя глаз со своей добычи, он кивнул, сунул монеты в ее ладонь и начал расшнуровывать лиф. Девушка дрожала, но не сопротивлялась.
Глава 2
Следующим утром отец и Коннор отправились в поселок вароа, расположенный в нескольких милях от лагеря. Они надеялись подыскать там проводника, который решится отправиться с ними на Амазонку.
Иден молилась, чтобы индейцы-вароа оказались благоразумнее, чем ее гениальный отец. Возможно даже, что местный шаман, друживший с отцом, отговорит его от этого сумасбродного поступка. Почти все здешние племена не меньше, чем белые люди, боялись грозных яномами, которые хозяйничали в джунглях Амазонки. Поговаривали, что эти дикари варят из своих врагов суп.
Чем больше Иден думала о предстоящем путешествии, тем сильнее подозревала, что гибель и есть истинная цель отца, хотя, возможно, и подсознательная, ведь смерть сулит ему встречу с матерью. Иден занималась обычными делами: инструктировала слуг, проверяла запасы, снимала показания приборов – и все не могла отвлечься от этой мрачной мысли.
Наконец остались только замеры течения на реке. Иден прошла по вымощенной досками тропе к хлипкой пристани. Свежий утренний бриз немного ее успокоил – он так живописно раскачивал резные листья пальм, плющи и плети лиан. Иден откинула голову, рассматривая золотых и синих ара, носившихся в кронах, как живой фейерверк. Тремя уровнями выше паучья обезьяна с малышом на спине прыгала с ветки на ветку. Внизу большой тощий агути, фыркая, рылся в мягкой земле, пытаясь добыть на завтрак какой-то длинный корень. Иден минуту постояла, с любопытством наблюдая за этим каменным зайцем, и двинулась дальше. Обогнула гигантские опорные корни красного дерева местной породы, полюбовалась на огромную синюю стрекозу, внимательно осмотрелась, прежде чем ступить на крошечную пристань, – ей вовсе не хотелось самой стать чьим-то завтраком.
Ленивое течение слегка покачивало три выдолбленных каноэ. Иден, прищурившись, всматривалась в маркировочный шест, вставленный Коннором футах в десяти от берега. Двадцать пять футов. Вода сегодня низко, даже для сухого сезона.
Иден отметила уровень в журнале наблюдений.
Внезапный всплеск испугал девушку, но она тут же улыбнулась, заметив розового дельфина. Эти таинственные создания в изобилии водились в реке. Мелькнул кораллово-розовый хвост. Иден снова улыбнулась. Индейцы называли этих животных буото и верили, что в теле дельфинов прячутся чародеи, живущие в золотой подводной стране. В поисках жен они превращаются в прекрасных юношей и проникают в деревни. Буото знамениты своими любовными похождениями, однако добродетель Иден не подверглась испытанию – дельфин исчез, и она, удовлетворенная наблюдениями, вернулась в лагерь к своим ежедневным делам.
А выше по реке, в Ангостуре, Джек лично наблюдал, как крепят баржу, груженную драгоценной древесиной, к плоскодонному речному судну, которое он для этого нанял.
Когда все двадцать членов команды его канонерки собрались, Джек, стоя на пристани, пожал руку дону Эдуардо.
– Удачи, Найт. – Монтойя проследил за взглядом Джека. За кованой решеткой балкона стояла, завернувшись в простыню, черноволосая красотка и лениво помахивала на прощание своему англичанину.
Джек послал ей воздушный поцелуй.
– Можете взять ее с собой, если хотите, – с усмешкой заметил Монтойя. – Это, во всяком случае, убережет ее от моих сыновей.
– О Господи, нет! – воскликнул Джек. – Женщина в море? Сплошная головная боль! – И он прыгнул в лодку.
Люди Джека отдали швартовы, а дон Эдуардо неспешно двинулся к спуску с пристани, вскинув руку в прощальном приветствии.
Судно отошло от берега, его подхватило плавное течение могучей реки. Джек смотрел вперед, ни разу не оглянувшись на женщину, доставившую ему столько радости прошедшей ночью.
Такова судьба моряка. Нужно лишь умудриться никогда и нигде не задерживаться, тогда не успеешь ни к кому привязаться. Именно так Джек и действовал.
Первый час путешествия он приглядывал за местным лоцманом, которого нанял, чтобы провести судно по незнакомой реке. Опытный моряк, Джек не мог не заметить, что мудрый лоцман относится к Ориноко с чрезвычайной почтительностью. Джек в своих путешествиях всегда предпочитал местных проводников, и сейчас, когда смуглый метис вывел судно на открытую воду, он отправился взглянуть на груз, затем, отметив, что путешествие проходит благополучно, решил отдохнуть.
Трайерн обретался поблизости, глядя на залитую солнцем гладь реки, а потому Джек устроился в тесной ходовой рубке на старом деревянном кресле с первой в Ангостуре газетой, которую недавно основал Боливар.
– Не понимаю, – произнес Трайерн на английском, которого не знал лоцман, – почему вы не настояли, чтобы они заплатили вам серебром? Могли бы продать его в Китае и получить пятьдесят процентов прибыли.
– О Господи! Оставь, пожалуйста. Мы неплохо торгуем серебром в Буэнос-Айресе. – Серебро, разумеется, было контрабандным, но что за печаль? Английская корона всегда закрывала глаза на процветающий бизнес британских контрабандистов в Южной Америке, да и как иначе, если карманы Джона Буля в последнее время совсем опустели? – Хочешь разбогатеть, научись ждать, – посоветовал Джек, переворачивая страницу. – Свобода, свобода, одна только свобода, – проворчал он. – Пропаганда и ничего больше.
– Но вы ведь любите пропаганду, Джек, – с насмешкой произнес Трайерн.
– Только когда сам ее использую. Черт возьми, ну и жара! Открой-ка окно пошире.
Трайерн повиновался.
– Смотрите! – Он указал на живописную группу всадников на золотистой равнине. – Толпа лланерос.
– Благодарение Богу, Боливар перетянул их на свою сторону.
– Выглядят почти как кавалерия, – одобрительно заметил Трайерн.
– Во всяком случае, они умеют сражаться. И знают местность, – пробормотал Джек, наблюдая, как пастухи на лошадях перегоняют свой скот на свежие пастбища. – Я, пожалуй, вздремну. Эта девчонка из меня все соки вытянула.
Трайерн расхохотался. Джек ответил довольной ухмылкой, откинулся на спинку и вытянул длинные ноги. Ночью ему почти не довелось поспать. Конечно, он не жаловался, но знал, что силы скоро понадобятся – нужна вся ловкость и осторожность, чтобы, прячась от судов испанского патруля, проскользнуть вдоль берега к своему кораблю. «Ветер Фортуны» скрывался сейчас в пещере близ Икакоса, скалистого полуострова на юге Тринидада в проливе, известном под названием Змеиная Пасть.
