Я тихонько хихикала, следя за ней, но, конечно, старалась морально поддерживать.
Накануне открытия Алла выпроводила меня домой пораньше, чтобы я выспалась и была готова молниеносно решать все гипотетически возможные проблемы, которые могли случиться в самый ответственный момент. Я зашла домой около восьми вечера, и уже собиралась было расслабиться в тёплой ванне с солью, как в домофон позвонил курьер.
Я ничего не заказывала, и тем сильнее было моё удивление, когда парень в красной куртке, лучезарно улыбаясь, вручил мне небольшой, но очень красивый букет из пятнадцати белых роз, обёрнутый в крафтовую бумагу.
– Спасибо… – я закрыла дверь и только потом заметила между бутонами карточку.
«Удачного старта! Ты большая умница. Д.»
Расплылась в глупой улыбке и простояла в прихожей несколько минут, пытаясь прикинуть: это всего лишь красивый жест Усманова или тонкий намёк? К сожалению, из записки не было понятно, объявится ли он сам в галерее или потратит своё бесценное время на что-то более важное. Так или иначе я была обязана выглядеть на все триста процентов. К тому же, неделю назад Алла потащила меня на шопинг, чтобы удостовериться, что я не припрусь в джинсах и рубашке. Пришлось разориться на тёмно-синее шёлковое платье и элегантный бежевый жакет, чтобы выглядеть одновременно женственно и деловито.
Перед сном я ещё раз пробежалась по списку оставшихся на утро дел, задержала взгляд на нежных розах и кое-как уснула, тревожно подёргиваясь. И конечно же, всю ночь мне снились кошмары: от прокисшего шампанского до неправильного адреса во всех приглашениях, падающие картины, пьяный ведущий, равнодушная публика и Дамир Усманов, разочарованно засвидетельствоваший мой организаторский позор…
* * *
В галерею я приехала к восьми утра на такси прямо с патчами на нижних веках и двумя объёмными сумками всего необходимого для создания идеального образа ассистентки Аллы Мироновой.
До открытия оставалось ровно двенадцать часов и примерно столько же моих нервных клеток. Но приехавшая к полудню рыжая красотка силой влила в меня два бокала шампанского и приказала прекратить панику. Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться и, переложив основную массу вопросов на вспомогательный персонал, привести в порядок саму себя.
Первые гости начали подтягиваться сразу после семи вечера. Шампанское из моей дурной головы к тому моменту уже выветрилось, и я с гордостью оглядывалась на результаты своего кропотливого труда.
Мы намеренно задержали начало официальной части на четверть часа, чтобы дождаться максимального количества посетителей, и, когда ведущий заговорил в идеально отстроенный микрофон, в дальней части галереи я заметила знакомый силуэт. Усманов смотрел на меня с ободряющей улыбкой. Вся усталость длинного нервного дня мгновенно покинула меня, словно он послал мне частичку своей неиссякаемой энергии…
Глава 8
Даша
Всё шло как по маслу. Требовательная публика была в восторге и после завершения официальной части нашего великосветского мероприятия оживлённо бурлила между полотнами современных художников, присматриваясь и прицениваясь.
Алла уверенно перемещалась от одной кучки гостей к другой, тепло со всеми здоровалась, что-то активно предлагала, убедительно поясняла и была в своей любимой стихии. Я же следила за тем, чтобы в фуршетной зоне царили идеальный порядок и полное разнообразие блюд и напитков, а на стойках рядом с картинами не заканчивались буклеты галереи. Подсказывала заплутавшим гостям, как пройти к уборной или где оформить покупку понравившейся им картины.
– До последнего сомневался, приезжать сюда или нет…
Обернувшись на голос, я замерла на мгновение и тут же тепло улыбнулась:
– Здравствуй, Дамир.
– Здравствуй, Даша. Поздравляю с успешным открытием! Впечатляет ничуть не меньше, чем запуск нового завода.
– Спасибо… И спасибо за букет. Очень красивые розы, – от лёгкой нервозности я закусила губы и сцепила пальцы рук в замок.
Усманов легко пожал плечами:
– Просто хотел тебя приободрить и как-то поддержать перед сложным днём.
– И у тебя это отлично получилось… – я отвела глаза в сторону и внезапно наткнулась на колючий ледяной взгляд… Марины Усмановой. Как она попала на закрытую вечеринку по приглашениям, оставалось лишь догадываться.
Сделав вид, будто не узнала её в толпе, я продолжила аккуратно обозревать галерею и снова повернулась к Дамиру:
– Тебе что-нибудь приглянулось? Для дома или в подарок?
В этот момент он смотрел на мои губы, и в его глазах я заметила лёгкие всполохи неприкрытого мужского желания…
– Приглянулось… Уже почти решился, – хрипло ответил Усманов, даже не пытаясь скрыть своё настроение.
Со стороны служебных помещений раздались подозрительные звуки, и как бы мне ни хотелось продолжить нашу странную, уже почти интимную беседу, я была вынуждена её прервать.
– Прости, нужно отойти… Наслаждайся вечером, – тихо проговорила, улыбнувшись, и тут же метнулась в сторону шума.
Оказалось, что один из официантов кейтеринговой службы всего лишь нечаянно задел пару ящиков с пустыми бутылками из-под алкоголя и минеральной воды. Я вернулась в зал и снова, теперь уже лицом к лицу, столкнулась с бывшей женой Дамира:
– Добрый вечер, Марина.
Но та в своей излюбленной манере высокомерно промолчала, неприязненно оглядев меня с головы до ног. Я сдержала личное раздражение и предпочла спокойно вернуться к своим непосредственным обязанностям.
Усманов маячил в противоположном углу зала, а рядом с ним крутилась симпатичная брюнетка примерно моего возраста. Она была утянута в чёрное атласное платье и откровенно улыбалась Дамиру.
– А теперь рассказывай, откуда ты знаешь Усманова! – громко прошептала мне на ухо Алла и ловко подхватила под локоть.
– Так ведь я же с ним и работала до галереи… – я удивлённо уставилась на свою начальницу. – Твоя таинственная знакомая, давшая тебе мой номер телефона, разве не говорила?
Миронова в своей излюбленной манере прижала пальцы к виску и лбу:
– Я… Я как-то, видимо, упустила…
И это было максимально странно и не похоже на Аллу, обожавшую свежие сплетни о владельцах самых пухлых кошельков в Москве. Меня кольнуло смутное сомнение, но она поспешила огорошить ещё одним вопросом:
– А вы с ним…? Того?..
– С ума сошла?! Нет, конечно! Пока мы работали, он был глубоко и счастливо женат.
Алла тихо рассмеялась:
– Ой ли! Кому это когда мешало? Мой Виктор до сих пор глубоко и счастливо женат. Вон, посмотри! – она аккуратно повернула мою голову за подбородок в сторону своего «добродетеля», бродившего между картинами под руку с супругой.
– А его жена в курсе? – я спрятала улыбку за хрустальным фужером с питьевой водой.
– Нет. Официально он тут меценатствует, а я типа наёмный руководитель всего этого безобразия, – она щёлкнула пальцами, целясь в центр зала.
– Ясно…
– Хотя она ведь не дура. Наверняка всё слышала и знает. Но молчит. Куда она денется? Так, погоди! Мы с тобой совсем отвлеклись от главной темы!
– От чего? – я оглядывала присутствующих, горько осознавая двуличную натуру большинства из них.
– От Усманова! У тебя ведь есть его номер телефона?
– Ну да… А что?
– Даша!!! – Алла снова закричала шёпотом. – Пожалуйста, поделись!
– Зачем? Ну… Подойди и спроси у него визитку, он наверняка не откажет.
– Это не мне, а моей подруге!
Я снова глянула в ту сторону, где в последний раз видела Дамира. Он всё ещё был там, и вокруг него всё ещё крутилась брюнетка. Не осознав, что она и была той самой подругой, я уточнила:
– Ты хочешь пристроить её к нему на работу?
– Нет, глупенькая, – Миронова вздохнула. – Я хочу пристроить её к Усманову в постель.
– Что, прости?
– Пока он свободен, хочу устроить личную жизнь моей прекрасной Любочке.
