Читаем без скачивания Мелодия Бесконечности - первый аккорд (СИ) - Екатерина Голинченко

— Алессио... Господи, Жан, прошу, не надо… - губы девушки задрожали, и от этого сладкого помешательства сердце колотилось как безумное, и она сама сейчас, наверное, была такой же безумной.

Джон прижал её к себе и осыпал лицо поцелуями:

— Зови его. Зови громче, пока горе не отпустит тебя. А я буду рядом.

У Маргариты закружилась голова, тело горело, руки и ноги дрожали - никто прежде не говорил её таких речей, таких будоражащих и откровенных, таких нежных и страстных в то же время - и только его крепкие объятия удерживали сейчас её от падения из-за слабости в ногах. Волна новых, непередаваемых ощущений накрыла её сверх всего её существа - не зависимо от её желания. Она полностью вверяла себя этому человеку и не боялась раствориться в нём. Сейчас он рядом, и пусть не навсегда - Маргарита не сможет забыть его поцелуев, его объятий, его голос, его глаза, его улыбку. Она нашла своего Мастера.

Он поднёс к лицу прядь её волос, вдохнул запах её духов и крепче обнял, потом взял её руку и поцеловал:

— Ты вся дрожишь. Замёрзла? - а она, и правда, дрожала, как свеча на ветру, не боясь сгореть и не боясь погаснуть.

Маргарита подняла глаза, на щеках заблестели слезинки. Джон вытер их, обнял девушку и зарылся лицом в её волосы.

— Ну, чего ты, глупышка? Я обещаю любить тебя до последнего удара своего сердца, до последнего вздоха, обещаю быть всегда откровенным с тобой. И поверь мне, счастье моё, я всегда отвечаю за свои слова и свои действия.

— Я безгранично верю тебе, - улыбнулась девушка, - Любить, душой и телом, и судьбой... Превыше истины любой - прошептала она словами любимой композиции из мюзикла "Дон Жуан"

— Любить, желая власти над собой... За ложно прожитые дни... оправдан Богом и людьми... дыханьем истинной любви...- вторил он ей.

— Неужели Ты знаешь эту песню? - удивилась девушка.

— Я, действительно, пока ещё мало знаю о вашем мире, но, ваша музыка меня приятно поразила.

Парень снял с шеи кулон и надел его Маргарите:

— У меня пока больше ничего нет кроме этой вещи, которая принадлежала моей матери. Думаю, она не будет возражать, если я подарю его любимой женщине. Я всего лишь бастард, но клянусь - постараюсь, чтобы ты ни в чём не нуждалась, найду работу и ещё стану знаменитым - ты мной будешь гордиться,- подмигнул он, - И я буду ждать Тебя сколько потребуется.

Он проводил девушку до её спальни, но в эту ночь Маргарита не могла уснуть...

Мысли, словно гонщики на трассе "Формулы-1", проносились на бешеной скорости в её голове.

И благонравие во плоти, и послушания тихий свет - той Маргариты не найти, той Маргариты больше нет, но, есть, узнавшая любовь - сильная и прекрасная, возрождаясь вновь и вновь - живая сердцем и умом, и это было - великое преображение любви.

И эхо имени "любовь" звучит ей в имени его - навек объявшего её.

Ноги сами привели её к двери комнаты, выделенной Джону, у которой она и остановилась, и замерла в ожидании. Чего? Что она собирается сделать? Что она может знать об этом? Аллесио поначалу серьезно не воспринимал попытки юного создания обратить на себя его внимание, и лишь вежливо-снисходительно продолжал держать дистанцию, но потом вынужден был признаться, и прежде всего - самому себе, что эта девочка его очаровала - милая, добрая и наивная. И надо же было - именно в тот трагический день, за несколько минут до катастрофы он первый раз позволил себе поцеловать её, не говоря уже о том, что до интима у них так и не дошло. Потому-то Маргариту так и накрыло от поцелуев другого мужчины - Джона, потому она и дрожала сейчас как тоненькое деревце на сильном ветру, разрываемая страхом перед этим этапом отношений между мужчиной и женщиной, стыдом за свою смелость, стеснением совершенной неопытности в данном вопросе и влечением к этому мужчине и бесконечным доверием его признаниям. Она всегда старалась быть хорошей и послушной дочерью, но сегодня её не удержали бы ни какие запреты. Девушке, не знавшей ещё мужчину, не должно приходить в мужскую спальню, но она не представляла уже себя без этого мужчины и желала познать его любовь до конца. Он не сможет сделать с ней чего-то, чего бы ей не хотелось, и о чем бы ей пришлось потом сожалеть. Набрав побольше воздуха в грудь и перестав дрожать, она решительно тряхнула головой.

В дверь постучали. Джон вышел из душа, наскоро обмотавшись полотенцем, растирая ушибленную руку. На пороге стояла Маргарита:

— Прости за вторжение... - она подняла на Джона глаза.

— Какой приятный сюрприз, мадемуазель! Проходи, дорогая, ты же знаешь - двери моей комнаты для Тебя открыты в любое время.

— Обещай, что будешь нежен со мной, - лицо девушки было серьёзным, - Я ещё не... в смысле, я не была ещё с мужчиной... ты понимаешь, о чём я?

Какой-то миг он стоял застывший, ошеломленный, от неожиданности закашлявшись, потом подошёл к Маргарите:

— Стоп-стоп, задержи эту мысль, - шутливо произнёс Джон,- Ущипните меня - я сплю, и мне снится прекрасный сон? - Маргарита его легонько ущипнула, и уже оба заразительно смеялись.

Потом он сказал уже всерьез:

— Понимаю... В таком случае, сочту за честь сегодня быть Вашим рабом, Моя Госпожа, - парень поцеловал её руку, - Ты точно этого хочешь? Я ведь не святой, Марго, могу и не сдержаться,- вполголоса произнёс он - Что же ты со мной делаешь? Что же ты...Что же...

— Ты, говорил, что знал женщин, научи меня - я быстро учусь, - эти слова прозвучали словно вызов, - Ты помнишь их? Тех женщин?

Джонни подвёл Маргариту к зеркалу:

— Я их уже давно забыл, да и они меня, скорее всего, тоже. Это было только удовлетворение наших физических потребностей. Посмотри внимательно - что ты видишь? Сперва, нужно возлюбить себя и своё тело. Скоро ты станешь прекрасной молодой женщиной - это самый восхитительный период перехода от детства к юности. Твоя кожа нежнее шёлка и гладкая, как бархат. Твои глаза сияют ярче бриллиантов. Ты прекрасна, любовь моя, и будешь ещё прекраснее. Истинная любовь - это не только страсть и желания плоти, но и духовная близость. Чтобы научиться получать наслаждение, нужно не стесняться говорить о своих желаниях и своих страхах. Любовь - это игра на двоих, магия двоих, и нужно уметь вести не только диалог тел, но и диалог словесный, ибо в этом великом таинстве, недосказанность - хуже всего, - прошептал он, но, положа руку на сердце, сомневался, что уже сможет остановить себя, - Ты абсолютно уверена?

— Да, - только и смогла выдохнуть она.

Она ещё не понимала, что сейчас имеет над ним власть не меньшую, если не большую, чем он над ней, с радостью принимая эту счастливую реальность, в которой рядом с ней был мужчина её грез - реальный, из плоти и крови, и его признания и поцелуи были реальными.

А он всё не мог поверить, что сейчас она стоит перед ним - настоящая, такая живая, такая теплая и такая желанная, оказывая ему честь быть её первым мужчиной. Даже несмотря на печальный опыт первого брака, он не перестал преклоняться перед самим образом женщины, как таковой. И всё внутри разрывалось от двойственного чувства - такого до одури болезненного и сладостного затмения от одного вида и запаха любимой женщины, и он готов в полной мере принять ответственность за то, что сейчас произойдет - он снова чувствует и ощущает, живет и дышит полной грудью, и за это благо он не пожалеет отдать всего себя. Давно он не испытывал такого - с тех пор, как был пылким влюбленным юношей, которому жизнь успела преподнести свой суровый урок. И рядом с ней его защитная маска, которую он так тщательно создавал и исправно носил последние годы, раскололась, обнажив его настоящего - такого, которого она сумела разглядеть за всей показной веселостью и удалой бравадой, без богатств и громких титулов. И показалось, что его ресницы совсем не по-мужски увлажнились. "Господи, ну что же он собирается сделать? Что будет с этой девочкой?" - с настойчивостью сверлили мозг мысли, но он тут же сам себе отвечал, что ни за что не допустит, чтобы с ней случилось что-нибудь плохое и непременно защитит её от всего дурного и негативного, что может встретиться в её жизни.

— Как пожелает моя госпожа, слушаюсь и повинуюсь, - Джон подхватил девушку на руки и отнёс на кровать - на фоне белоснежных простыней его хорошо сложенное, загорелое тело казалось ещё смуглее и ещё роскошнее, маня и подчиняя себе её волю, но, в его взгляде было столько обожания, а в его ласках - столько нежности и чувственности - и не было ни сил, ни желания сопротивляться, а он словил себя на мысли, что даже попроси она его сейчас остановиться, он уже не в силах будет этого сделать. Медленно он освобождал девушку от лишней одежды, покрывая её тело поцелуями, доводя до безумия, распаляя и успокаивая одновременно. Маргарите тяжело было дышать - словно волны захлёстывали и не давали вздохнуть, она судорожно ловила ртом воздух, все мысли выветрились из головы, всё тело словно онемело, периодически сменяясь приятным покалыванием. Она ощущала себя крошечной песчинкой в бесконечной вселенной, и только маяком сияли в темноте его глаза, он чувствовал то же самое и видел только её глаза и её губы, и для него они были слаще щербета и хмельнее вина. Весь мир был создан только для них двоих - как первозданные Адам и Ева, они уже не помнили, кто они, как их зовут, всё, что было до - потеряло значение, всё, что будет после - обретало смысл только, когда они были вместе. Когда он вошёл, Маргарита тихонько вскрикнула, а её глаза раскрылись ещё шире от удивления - боль была не настолько сильной, как она себе представляла, а потом и вовсе исчезла, сменившись новыми, странными и непознанными ощущениями.