Голос стих. Мальчик напряженно ждал, но больше ничего не произошло. Он посмотрел на кружок: может, попытаться вытащить его из крышки?
Нет. Дух-хранитель, кажется, не рассердился — он же не угрожал, а просто сказал что-то, лучше оставить этот кружок в покое.
Дух повторил:
— Еда и питье поданы.
Ян поднял голову, сердце у него заколотилось, и он тут же отчетливо понял смысл слов. Еда и питье! Неожиданно мальчик ощутил страшный голод. А где же еда? Он осмотрел все помещение, стараясь ни до чего не дотрагиваться. Только проходя мимо отверстия со спиральной лестницей, он уловил запах свежего хлеба, яиц и — о чудеса дивные! — ветчины. У Яна аж слюнки побежали, он с трудом смог проглотить слюну, такую резкую боль в животе вызвал голод. Итак, еда где-то у подножия спиральной лестницы. Спускаться было страшно: не опасно ли это? Или дух-хранитель завлекает его вниз с какой-то целью? Ян неподвижно стоял над лестницей и думал. Но голод победил страх, и мальчик стал осторожно спускаться.
Лестница была крутая и узкая, сделанная из какого-то загадочного материала, не то камня, не то металла, но и не из Дерева, а из чего-то похожего на все это сразу: гладкая на ощупь, как металл, теплая, как дерево, и серая, как камень. Лестница поворачивалась, как штопор, и едва пропустила бы взрослого мужчину, такая она была крутая.
Голова Яна миновала уровень пола, и он остановился, удивленно оглядываясь.
В десяти футах под ним расстилалось кольцо все того же странного мха, больше и шире даже хижины, в которой он прожил всю свою жизнь. Стены были наклонены внутрь, напоминая внутреннюю поверхность шишки со срезанной верхушкой. Получается, «яйцо» — только верхушка этой чудной шишки, а новое помещение находится под землей!
Странный теплый мох, покрывавший пол этого подземного зала, был ярко-голубого цвета. В самом центре стояли мягкие кресла и круглый стол с двумя стульями с высокими спинками. Да ведь это место отдыха лорда! Яна снова охватил страх, он наверняка оказался во владениях какого-то могучего лорда, но голод оказался сильнее страха, и мальчик двинулся дальше. Два стула? Может быть, у него будет компания? Но здесь так мало места, чтобы прятать одновременно двух человек!
Убежище лорда для развлечений с крестьянками?
На столе стояла тарелка с ломтями мяса, рядом лежали серебряные приборы: вилка, ложка и нож! Ян замигал, пораженный подобной роскошью, и очень осторожно и неуверенно подошел к столу.
Ничего не произошло.
Ян сел на один из стульев лорда и, не обращая внимания на вилку и нож, начал есть руками. Если его здесь и поймают, то, по крайней мере, не смогут сказать, что он что-нибудь украл. Ведь если он похитит что-нибудь из этих сокровищ, его просто повесят!
Ел он как волк, быстро и жадно, и вся еда очень скоро исчезла. Ян откинулся на стуле, сожалея, что все так быстро кончилось. Он посмотрел на дымящуюся перед собой чашку. Мясо было довольно соленое, и жажда при виде чашки с жидкостью усилилась. Мальчик протянул руку и поднял чашку за маленькую ручку. Она была налита доверху, и мальчик едва не пролил жидкость, но вовремя спохватился. Темно-коричневый напиток оказался очень горячим. Ян попробовал его и поморщился. Горько. Как может лорду нравиться такое? Ян поставил эту чашку на место и взял другую, полную оранжевой жидкости, подул на всякий случай и только после этого осторожно попробовал. Напиток понравился, и мальчик опустошил ее. Насытившись, он удовлетворенно осмотрелся и нахмурился.
Странно, как это гномы еще не нашли это местечко… Он пожал плечами. Нет смысла гадать. Слезая со стула, он подумал, что снаружи наверняка еще светло, а до темноты отсюда лучше не выбираться. Как он выберется, — другое дело, но пока дух был к нему так добр, что заботиться о новых трудностях время не наступило. Ян беззаботно лег на мох, вытянулся на мягкой подстилке и, подложив руку под голову, почти мгновенно уснул.
Едва Магнус появился в столовой в черном костюме, в рубашке с накрахмаленной манишкой и зеленовато-желтым галстуком, Пелисса захлопала в ладоши.
— О! Как вы чудесно выглядите!
Роберт сердито покосился на нее.
— Немного переигрываете, а, Пелисса?
— Ой, ну не будьте глупым, Роберт! Даже вы должны признать, что он выглядит очень элегантно! Очень!
— Вот именно, Роберт, вы должны, — добавила тетя Матильда и тоже сердито посмотрела на него.
— Ну… разумеется, так он выглядит получше, чем в том заморском наряде, в котором был днем, — пробормотал Роберт.
Магнус почувствовал, как у него вспыхнуло лицо, но постарался сохранить бесстрастное выражение.
— Понятно, что заморский и, вполне естественно, что средневековый. Именно такие одежды носят у меня на родине.
— Само собой, старина, но не в цивилизованном обществе.
Магнус пропустил это «старина» мимо ушей.
— Наверное, вы имеете в виду современное общество, хотя я замечаю, что ваша одежда, скорее, характерна для начала одного, тоже весьма отдаленного века.
— Начало века? — Роберт нахмурился. — Какой вздор! В начале века лацканы были гораздо шире, а брюки просторней.
— Я говорю о конце восемнадцатого и начале девятнадцатого века на Земле, а конкретнее, о том самом десятилетии, которое началось с наступлением 1810 года.
Роберт тупо посмотрел на Магнуса, и юноша неожиданно понял, что молодой человек совершенно ничего не знает ни о восемнадцатом, ни о девятнадцатом веках, как, впрочем, и вообще не понимает, что его костюм поразительно напоминает одеяния времен Регентства.
Неловкую паузу заполнила тетя Матильда.
— Вы должны помнить, дети, что костюм вашего кузена соответствует его культуре, и наши костюмы у него дома выглядели бы ничуть не менее странными.
— Как эти его «ты» и «твой», — пробормотал Роберт.
Магнус почувствовал, что снова краснеет, и строго наказал себе больше не допускать подобных ошибок.
— Совершенно верно. Роберт, может быть, вы завтра проводите Магнуса к семейному портному? И к шляпнику, разумеется.
Теперь настал черед Роберта покраснеть, он стиснул зубы, но ответил вежливо:
— Хорошо, тетя.
— Очень хорошо, — Матильда одарила всех ослепительной улыбкой. — Ну что же, приступим?
Роботы начали подавать блюда, и Магнус с тоской вспомнил свою любимую очаровательную семью.
Весь следующий день Роберт послушно водил Магнуса по магазинам, и это оказалось весьма утомительным занятием, как гость и ожидал. Очень скоро Роберт начал жаловаться и отпускать всякие саркастические замечания. Магнус отвечал, насколько мог вежливо, но тоже не смог удержаться от нескольких довольно язвительных реплик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
