мы сидим в ожидании бизнес-ланча в новом ресторане неподалёку от моего банка.
Помещение просторное, находится на первом этаже элитного жилого комплекса. Панорамные окна, богатые хрустальные люстры и дорогие дубовые столы. Начищенные официанты снуют между столами, принимая и разнося заказы.
Наш столик располагается у окна, которое выходит на главный проспект города.
- Марик хорошо. В садике. Осенью пойдет в школу, начинаем готовиться.
- Офигеть, Вик. Как быстро растут дети. Вот еще недавно был маленький комочек.
- Да, - задумчиво произношу. Когда Марик был маленький, мой муж еще любил меня. И хотел.
- А Лёшик?
Пожимаю плечами.
- Вроде хорошо. Работает.
Мой муж трудится в огромном холдинге на должности руководителя отдела программного обеспечения. У него ответственная работа, которая приносит существенный доход.
- Куда в отпуск в это году? Мальдивы? – продолжает допрос подруга.
- Не знаю пока. Может вообще не получится.
- Почему? – впивается глазами в мое лицо.
Снова жму плечами.
- У вас что-то произошло?
Прячу дрожащие ладони на коленях, поправляя юбку.
- Да нет, все так же.
- Что-то ты темнишь, - подозрительно улыбается. – Вы что за вторым собрались?
Маша хлопает в ладоши. Меня же в пот бросает от раздражения.
- Нет. Не за вторым. Я вообще не знаю соберемся ли.
- Почему? Что случилось?
- Лёша меня разлюбил, - выдыхаю, сдерживая готовые хлынуть слезы из глаз.
Маша непонимающе смотрит.
- Зотова, ты дура? – называет меня по привычке девичьей фамилией.
- Нет, - мотаю головой.
- Он сам тебе это сказал?
Нет. Но он и обратного не сказал.
Снова мотаю головой.
- Тогда выбрось всю фигню из головы? У вас с сексом как?
Закатываю глаза.
Маша из тех людей, которые готовы разговаривать о сексе двадцать четыре на семь даже с незнакомыми людьми и при этом не покрываться красными пятнами с головы до ног. Она с легкостью может посоветовать лубрикант или игрушку для секса, рассказать про новые позы или свои достижения по поиску точки джи. В общем, с Машей в новые компании я не хожу еще со студенческих времен. После пары прецедентов.
- Давно он не шурудил твою пещерку своим жезлом? – спрашивает она шутливо, играя бровями.
- Маша, - повышаю на нее голос, оглядываясь по сторонам. – Заткнись, пожалуйста.
Подруга ржет.
- Мне кажется, вы просто устали. Сдайте Марика маме и закройтесь дома на сутки. Потрахайтесь хорошенько и все печали уйдут.
- У тебя на все один рецепт, Маш.
До сих пор краснею от того, как именно она посоветовала вылечить мне горло в прошлом году.
- Тебе надо раскрепоститься. Почувствовать себя сексуальной. Ты зажатая такая, вы пятнадцать лет вместе. Нужно раскрыться, привнести что-то новое в отношения. Может тебе любовника завести?
Усмехаюсь, переводя взгляд в панорамное окно. Только этого не хватало.
С улицы слышится грохот каких-то басов и на светофор подъезжает знакомый желтый джип. За рулем танцевальная звезда собственной персоной. Окна в машине открыты, и орущая в салоне музыка разносится по проспекту.
Матвей в белой майке, оттеняющей его загар и бицепсы. На лице черные очки, пальцы постукивают по рулю.
- Какого-нибудь красивого, молодого, - продолжает размышлять подруга. – Чисто для секса.
Андреев трясет подбородком в такт музыке и склоняет голову в бок, разминая накачанную шею.
- Чтобы снова ощутить себя желанной, чтобы загореться изнутри для мужа. Такой живой кожаный фаллоимитатор, – прыскает смехом.
Матвей вдруг чувствует пристальный взгляд и резко поворачивает голову, застукав меня на месте преступления. Быстро отвожу взгляд, успев зацепить наглую улыбку. Отбрасываю прядь волос за спину.
Для живого вибратора он, конечно, слишком хорош, но если бы ты выбирала, то это был бы точно он, - шепчет внутренний противный голос.
Трясу головой, отбрасывая шальные мысли и возвращаюсь в реальность.
- Не неси чушь, Маш.
- Хороший левак укрепляет брак. Слышала такое?
- Я Свободину не изменяла и не собираюсь. И где вообще наш обед, мне через час нового сотрудника собеседовать, - говорю, глядя на часы.
Глава 8. Виктория.
В субботу после того, как в очередной раз отвезла Марка к маме и выслушала порцию нотаций, доезжаю до танцевальной студии.
Практически всю неделю мы со Свободиным не разговариваем. Он периодически интересуется бытовыми вопросами. К примеру, где его синяя футболка или во сколько нужно Марку на занятие к логопеду. Отвечаю, как ни в чем не бывало. Помимо таких тем мы не общаемся.
Я больше не прихожу к нему ночью и пока не решила, как быть дальше.
Быстро переодевшись, прохожу в танцевальный зал и начинаю разминаться.
Ни капли не удивляюсь, когда спустя десять минут в зал заходит Андреев.
- Привет, - говорит, закрывая дверь.
- Добрый день, - отвечаю, отвернувшись обратно к танцевальному станку.
- Размялась уже?
- Немного.
Он снова в черной майке и черных тренировочных брюках, низко сидящих на бедрах.
- Тогда начнем. Сегодня будем изучать постановку. Ты когда-нибудь танцевала контемп?
- Да, но только в группе.
Матвей кивает, включая музыку.
- Контемпорари – танец, который позволяет показать все свои эмоции и чувства, - говорит, подходя ко мне со спины. Смотрит поверх плеча в мои глаза через зеркало.
- Сквозь танец можно высказать все свои внутренние переживания, - продолжает.
Ведет пальцами по моей руке от запястья до плеча. Затем тоже самое проделывает с другой рукой.
Ежусь от прикосновений.
- У тебя ведь есть внутренние переживания? – говорит тихо на ухо, щекотя своим дыханием кожу на шее. Она тут же покрывается мурашками от потока теплого возлуха.
Матвей располагает свою руку чуть выше линии моей груди. Выглядит пристойно, а ощущается разрывающе сексуально. Медленно мажет ладонью вдоль груди и туловища до низа живота.
Завороженно слежу за этим процессом.
- Для того, чтобы танцевать контемп необходимо использовать определенные техники дыхания, которые позволят вложить в твои движения частичку души.
Притягивает мое тело к своему.
Боже, они просто идеально совпадают. Как околдованная слежу за нашим отражением в зеркале. Дыхание учащается, щеки чуть краснеют от близости постороннего мужчины.
Сексуального мужчины.
Хотелось бы сбить его руки с себя, заорать, чтобы не смел трогать и немедленно выбежать из зала. Но я не могу.
В голове ступор. Он словно нашел мой стоп-кран.
- Ни один другой танец не даст столько свободы и чувственности.
Его бедра начинают раскачиваться по кругу, подталкивая за собой
