– Да, она у меня просто дикарка. – Фиона кивнула в сторону разодранной книжки, валявшейся в углу. – Сегодня ей было скучно, и видите, что осталось от моего учебника.
– Вы еще учитесь?
– Я студентка колледжа.
– Вы такая еще молодая? Я думал, что вы постарше.
Ее улыбка увяла.
– Спасибо за комплимент. Похоже, ему явно сегодня не везло!
– Я имел в виду старше двадцати.
– Мне почти двадцать шесть. Я поздно начала заниматься своей карьерой. Но все же лучше поздно, чем никогда.
– Вы из Лас-Вегаса?
– Нет, из Идахо. Здесь я всего лишь несколько лет. Работаю в баре по ночам, чтобы платить за обучение и квартиру.
Дарин даже представить себе не мог такого образа жизни. Ее сила духа восхищала его не меньше, чем ее тело.
– Такое ощущение, будто вы вообще не спите.
– Да, спать приходится немного. Но я уже привыкла. Ну, а вы откуда родом?
– Где я только не жил. У меня нет постоянного дома.
– Все имеет свое начало. Мне почему-то кажется, что вы вообще не из Штатов.
– Угадали. Я родился в небольшом государстве рядом с Оманом. Но я уже давно там не был.
– Ни жены, ни подруги, которая ждала бы вас? Или вы из тех, которые находят себе женщин повсюду?
– У меня нет привязанностей.
Точнее, он не хотел их.
– А ваши родители?
– Они умерли.
Она вздохнула и опустила глаза.
– Извините. Мой отец умер, когда я была совсем маленькая, но мама до сих пор жива. Она научила меня всему, что я знаю о своей работе. Она делает лучший мартини в Штатах, а может быть, и во всем мире. И еще она научила меня защищать себя.
В этом Дарин уже успел убедиться. Но ему не хотелось, чтобы ей снова пришлось оказаться в подобной ситуации – еще одна причина поскорее покинуть ее квартиру.
Раздался стук в дверь, сопровождаемый лаем и повизгиванием собаки. Дарин попытался встать, но Фиона жестом остановила его.
– Не вставайте! Это Пег.
– Убедитесь в этом, перед тем как откроете дверь. Бекенфельд мог проследить за нами.
– Думаете, у него настолько хорошие манеры, что он стал бы стучаться?
Дарин тоже сомневался в этом, но на всякий случай достал из кобуры пистолет и положил к себе на колени. В его положении он должен быть готов ко всему. Но что касается Фионы… К ее появлению в своей жизни он явно оказался не готов.
Хотелось бы ему провести с ней ночь? – уже не в первый раз спросил он себя. Эта мысль вызвала прилив сил в его теле. Если он и не в той форме, чтобы преследовать Бекенфельда, но он вполне способен заняться с ней любовью. Но только если они сразу договорятся об условиях: никакой привязанности, никакой эмоциональной зависимости, никаких обещаний. Все то, что случится в течение нескольких часов между закатом и рассветом, должно остаться между ними.
Завтра он вернется к своему одинокому существованию, где ничего не будет иметь для него значения, кроме его работы. Ему не нужны длительные отношения, хотя временами, признаться, он и ощущал по ним тоску.
Через глазок Фиона увидела свою соседку в белой фланелевой пижаме с мелкими розовыми сердечками. Блестящие завитки каштановых волос, фейерверком выстреливали во все стороны от ее головы.
Фиона открыла дверь и выскользнула в коридор.
– Это все, что я смогла найти. – Пег тряхнула маленьким коричневым чемоданчиком. – Мне не хотелось врываться в клинику среди ночи – это вызвало бы подозрения.
Взяв у нее чемоданчик, Фиона щелкнула застежкой и заглянула внутрь.
– Ты просто золото, Пег!
– И где это у тебя?
– Что?
– Где ты порезалась?
– Я не порезалась.
Пег кивнула в сторону чемоданчика.
– Тогда для кого все это?
– Для моего друга.
Пег нахмурилась.
– Для друга? А ты уверена, что у твоего друга нет аллергии на пенициллин? А вдруг у него случится анафилактический шок? Тогда я могу потерять работу.
– Я спрошу у него.
– Нет, лучше я сама.
И прежде чем Фиона успела ее удержать, Пег нырнула ей под руку и заглянула в комнату через приоткрытую дверь. И тут же отпрянула назад.
– Кошмар! У тебя на софе голый мужчина с пистолетом! – воскликнула она, глядя на свою подругу широко раскрытыми голубыми глазами. – Он что, держит тебя заложницей?
– Ради бога, успокойся. Он из полиции, и ему нельзя себя раскрывать. А сегодня он попал в переделку.
Пег выпятила нижнюю губу.
– Все это очень впечатляет. Его пистолет. И сам он тоже. Интересно, а как работает другое его оружие?
Фиона дернула Пег за руку.
– Не глупи, Пег. Он ранен. Его не интересует секс.
Пег коротко хохотнула.
– Не смеши меня. Я не знаю ни одного мужчины, которого какая-то царапина могла бы удержать от этого занятия.
– Ну, это совсем не царапина. Вот поэтому я попросила тебя осмотреть его. Конечно, если только ты пообещаешь больше не задавать дурацких вопросов.
– Ладно, обойдемся без вопросов, – шмыгнула носом Пег.
– И без всяких намеков. Договорились?
– Постараюсь, – еще менее охотно протянула ее подруга.
Фиона открыла дверь. Пег, держась как можно ближе к Фионе, осторожно вошла в комнату. Скорпио сидел на софе в широком зеленом шарфе, завязанным вокруг бедер. Пистолет он уже успел убрать в кобуру.
Фиона кивнула в сторону Пег.
– Фрэнк, ой, прости, Скорпио, это моя соседка Пегги Джонс. Она посмотрит, чем тебе можно помочь.
Дарин наклонил голову.
– Буду очень благодарен.
Отодвинув Фиону локтем в сторону, Пег вышла вперед.
– Без проблем. Показывайте, где болит.
Дарин подтянул шарф и открыл залепленное пластырем бедро.
– Ну, это совсем не дело, – охнула Пег и принялась отдирать пластырь.
Фиона подумала, что напрасно она не сбрила своему гостю волосы на ноге, но, взглянув на его лицо, с удивлением заметила, что тот даже не поморщился. Очевидно, этот парень был из тех редких счастливчиков, что имеют очень высокий болевой порог.
– Так. Одна рана готова. Где остальные?
– Рана на бедре еще ничего, – сказала Фиона. – Ему нужно перевернуться, чтобы показать тебе другую. Та похуже.
Дарин перевернулся на живот и опустил голову на сложенные руки. Пег присела на софу возле его ног. В этот раз, когда ее глаза встретились с глазами Фионы, в них не было и тени усмешки.
– Да, рана скверная. Возможно, даже повреждено сухожилие.
Скорпио приподнял голову.
– Сделайте что можно, я потерплю.
– И подцепите какую-нибудь инфекцию. По крайней мере, вам нельзя будет ходить как минимум два дня… если, конечно, не умрете раньше.
– Можете не сомневаться, выживу.
Его голос был абсолютно спокоен.
– У него были раны и похуже.
Фиона показала на длинный белый шрам, идущий почти через половину его спины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
