«Хемуль — пьянь и деревенщина, конечно, но в аналитических способностях ему не откажешь, — подумал Скай. — Мута оценили высоко, за такую награду любой рванет в Зону. Уголовная шваль уже небось мечется по городу, потрошит склады и сметает у натовских интендантов списанное снаряжение. Однако все, у кого есть голова на плечах, понимают, что на данном этапе лучше вернуться в Чернобыль-4 и изобразить саму невинность — вынужденного переселенца. На пару-тройку дней, пока весть об исчезновении Мута дойдет до кого надо. Кому она действительно предназначена. А потом можно будет и о деле подумать. При личной встрече нам, кстати, найдется, о чем потолковать, немалый уже должок накопился».
ПДА пискнул сигналом очередной общей рассылки. «Внимание! Усиление патрулей в первом, третьем и четвертом охранных секторах. Во втором секторе, у места утреннего прорыва, объявлен полный карантин. Расчеты огневых точек заменены приказом коменданта особой охранной зоны Чернобыль-4».
Порадовал Че, ничего не скажешь. Скай переменил лежку, поудобнее перехватил бинокль и снова впился взглядом в молчаливые доты первой линии Периметра.
«Полный карантин» на языке военных — уничтожение всего, что движется из Зоны. Терминология Большого Прорыва, когда живая масса мутагенеза прет волнами и пулеметов уже не хватает, в дело идут минометные батареи и реактивные огнеметы, а вертушки с бреющего полета жарят НУРСами и ГВБ все, что еще способно шевелиться. Похоже, натовское командование затеяло большую чистку: хочет показать высокой комиссии, а заодно и наглым бродягам-сталкерам, кто в Зоне хозяин. Потому и расчеты сменили — на случай, если выходящие из-за Периметра клановые несуны заранее прикупили себе безопасный проход в цепочке дотов.
Далеко на западе простучал пулемет. Длинной очередью, но не взахлеб, без истерики. Наверное, натовцы расстреливали какую-то особо ретивую тварь. Скай на звук не отвлекся и поэтому успел приметить смазанное движение в левом от себя, резервном доте.
Хитро. Бетонная коробка долгое время стояла законсервированной, в этом секторе голубые каски больше полагались на датчики движения и патрули: открытая всем ветрам, ровная как стол проплешина в унылом пейзаже считалась не слишком удобным местом для выхода сталкеров за колючку. А на крайний случай есть засечные позиции минометчиков, которые в случае необходимости притормозят прорвавшихся мутантов на полчаса, пока поднимутся в воздух вертолетные звенья.
И вот такой сюрприз. Да, большие нашивки с лампасами и в самом деле проснулись. Ох, и весело тут будет к вечеру, когда на выход попрется молодежь и прочие самоделкины, щиплющие Зону по самому краю. ПДА-то не у всех есть, ну и Че тоже не Красный Крест — абы кого на общий сталкерский канал не сажает.
Вроде бы только внутри Зоны все поутихло, как теперь уже комендатура взялась закручивать гайки. Старые кланы в последние месяцы почти не воюют: беспредельщиков темных раскатали минометным огнем военные, когда чистили Мертвый город, и теперь те ведут себя скромно и пугливо, как монашки в стриптиз-баре, а остальные, устав от кровавой резни во время Большого Прорыва, свято блюдут шаткий нейтралитет.
Правда, у развалин ЧАЭС по-прежнему держит круговую оборону «Монолит»: эти зубры, по слухам, непосредственно связанные с полумифическими Хозяевами Зоны, никогда не упустят случая устроить небольшую заварушку. Ходят упорные слухи, что и их отряды понемногу редеют, дорогу им перешел новый клан — «Последний рубеж», который состоит в основном из военных сталкеров, оставшихся не у дел. Парни из «Рубежа», похоронив в свое время немало товарищей на подступах к Саркофагу, имеют на монолитовцев очень серьезный зуб. И как будто даже поклялись извести фанатиков всех до единого.
Но это все в глубине Зоны, в таких гиблых местах, что не всякий опытный бродяга рискнет сунуться. Разве что совершенно больные на голову, вроде того же Мута, не к ночи будет помянут. А ближе к Периметру, на Свалке, у Агропрома, в Мертвом городе и на Диких землях царит негласное перемирие. Потому и Хемуль, мужик свирепый, решил предварительно поговорить, а не принял случайного бродягу в четыре ствола, что вышло бы безопаснее. Нет, теперь если кого и захотят прищучить по старой памяти, то скорее обратятся к наемникам. Эта братия последнее время расплодилась до невозможности. Сталкеры из развалившихся или уничтоженных кланов, выжившие темные, военные, оказавшиеся вне закона, да и настоящие профи, подавшиеся на заработки…
На ПДА пришел личный вызов. Краткое сообщение, без пароля и подписи: «Жди».
Вовремя. Значит, проход через внешнюю линию обороны откроют, как обещали, — деньги дошли по назначению. Ну а с дотами придется разбираться самому. По-хорошему не договориться, если военные и правда подняли в ружье всех, кого только можно. Молодых контрактников в засаду не поставят, скорее всего, там, за амбразурой, опытные сержанты, которым до выписки осталась пара недель. Эти дел со сталкерами иметь не будут, опасаясь подставы. Они уже одной ногой дома, зачем им себе премиальный лист портить? Военная пенсия с неба не падает, ее кровью и потом зарабатывают.
Скай не отрываясь следил за дотом и наконец снова заметил движение. Чуть слышно скрипнул станок, и в амбразуре блеснул ствол «Браунинга М2». Списали небось в свое время с очередного влетевшего в гравиконцентрат «Брэдли», а сейчас, по объявлении карантина, выгребли со складов всю рухлядь, что еще не успели распродать тыловики.
Это еще полк крылатой кавалерии пока стоит на приколе, экономит казенную горючку. А гости заявятся, так над Периметром будет не протолкнуться, как в час пик на Крещатике.
Нет, конечно, комендатура вполне неплохо кормится с кланов и вряд ли станет просто так портить себе бизнес. Но если при больших звездах из Брюсселя случится шухер вроде утреннего, командование миротворческих сил огребет хорошую плюху. Не дай бог еще комиссии придет в голову проинспектировать какой-нибудь объект внутри Периметра — настанет полный карачун. Вертолет с высокими персонами непременно грохнется в самом гиблом месте, как уже бывало не раз, и все, кто в Зоне еще не стоял на ушах, немедленно на них встанут. Начнется такая охота, подставы и выяснение отношений под шумок, что Большой Прорыв покажется новогодней сказкой. В итоге все закончится очередной спецоперацией, и в глубине Зоны опять поляжет до черта военных сталкеров, а их и так немного осталось.
Так что комендант Мортенсен из кожи вон выпрыгнет, чтобы все прошло в штатном режиме. Чтобы хотя бы в ближайшую неделю в Зоне было скучно и тихо, как в морге маленького альпийского городка, где вот уже триста лет самый громкий инцидент — это драка в единственном местном кафе двух пьяных русских туристов в одна тысяча восемьсот девяносто седьмом году.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
