Девушка уже исчезла из виду, тут же в ее направлении прошел
 старик-генерал, а еще через минуту на всю улицу растявкалась собака, но
 вдруг ее тявканье потонуло в отборной ругани, загремевшей тоже на всю
 улицу. Голос принадлежал генералу Казмо. РВацлав, и я рассмеялись.
В
 Вернувшись в гостиницу, я обнаружил, что у меня появился сосед по
 комнате. Звали его Рван, РЅРѕ РѕРЅ предпочитал, чтобы его окликали: "Айвен".
 Был он типичным русским парнем: голубые глаза, русые волосы, толстые губы,
 густые брови соединяющиеся над переносицей. Узнав, что я прибыл в этот
 город из Афганистана, он обнял меня и расцеловал трижды, назвав при этом
 "братишкой"! Я был озадачен. Но вскоре он поведал мне, что свой подвиг
 совершил в одной из стран Африки, выполняя интернациональный долг, и
 поэтому, мол, мы с ним можем быть полностью откровенными в отношениях друг
 с другом. Хорош повод быть откровенным! Потом он достал из своего чемодана
 военную полевую форму, погладил ее и спрятал на место. Все это он делал,
 как мне показалось, только из расчета, что я увижу то, чем он дорожит. В
 этот момент он дорожил военной формой, пистолетом "ТТ" и энциклопедическим
 справочником по птицам Африки на венгерском языке. Правда, чуть не забыл
 упомянуть хороший бинокль, кажется даже еще более мощный, чем бинокль на
В РіСЂСѓРґРё Сѓ генерала Казмо. РЇ рассказал Айвену-Рвану Рѕ правилах поведения РІ
 этом РіРѕСЂРѕРґРµ, РЅР° что РѕРЅ ответил: "Рту чушь СЏ уже прослушал!" Ей Р±РѕРіСѓ,
 кажется мне, что между этим русским героем и генералом Казмо было что-то
 общее.
 Потом, в знак дружбы, Айвен вытащил бутылку водки с красным перцем и
 одновременно включил в сеть странный прибор, именуемый в русском народе
 "кипятильник". С помощью этого прибора он за две минуты заварил крепчайший
 чай. Попытался разлить его по пластмассовым стаканчикам, стоявшим в
 ванной, но они почему-то обмякли и опустились бесформенными кусочками
 пластика на стол. Пришлось вытирать стол полотенцем и еще раз включать в
 сеть "кипятильник". Вторая заварка чая была более удачна - Айвен
 использовал вазу, выкинув из нее заботливо поставленные кем-то свежие
В СЂРѕР·С‹.
 Полчаса спустя мы оба были пьяны.
 Пошли на набережную.
 По дороге Айвен бросился на шею какому-то герою из африканской армии.
 Потом извинился. Сказал, что обознался. Наверно в такой ситуации
 действительно легко обознаться.
 Море немного штормило. Заунывно кричали чайки. На пристани висело
 объявление об отмене рейсов прогулочных катеров.
 Айвен чуть не прослезился с досады.
 - Я, - сказал он, - потратил полтора года, чтобы совершить подвиг и
 попасть сюда, а здесь из-за всякого пустяка отменяют рейсы прогулочных
 катеров!
 - Полтора года?! - удивился я.
 - Ну да! - подтвердил он. - У нас же это страшно сложно! Надо было
 записаться в очередь желающих совершить подвиг. Я был в этой очереди
 тысяча восемьдесят третьим. А у нас ведь совершение подвига или двух еще
 не делает тебя героем... Сначала надо написать рапорт командиру
 подразделения о твоем желании совершить подвиг, заполнить бланк в трех
 экземплярах с приблизительным описанием будущего подвига и если документы
 утвердят, тогда ты получаешь звание под-героя и все уже обязаны создавать
 тебе условия и возможности стать настоящим героем...
 У меня не было слов, чтобы выразить свое отношение к этой странной
 русской системе.
 - Так-то! - Айвен кивнул головой, осознав, должно быть, мое
 усилившееся уважение к нему.
 Я был более, чем поражен, но вскоре мой дар речи вернулся и наш
 дальнейший разговор был посвящен уже другому - возможной войне с военными
 силами инопланетян.
В - Рнопланетяне РЅРµ РїСЂРѕР№РґСѓС‚! - РїРѕРґ конец разговора твердо заверил меня
 Айвен, подняв кулак над головой.
 Утром мой новый друг чувствовал себя неважно и на прогулку по городу
 я отправился в одиночестве. Без труда нашел вчерашнее кафе, но завтрак там
 не подавали. Вместо "балерины" за стойкой стояла женщина лет тридцати.
 Тоже симпатичная, но не настолько приветливая. Довольно безразличным
 голосом она объяснила мне, где можно позавтракать и я направился в
 указанном направлении. В том, более просторном кафе, увидел Вацлава и
 множество незнакомых ребят. Присел за свободный столик и тут же мне
 принесли овсянку с изюмом, две гренки, вареное яйцо и стаканчик
 апельсинового сока. Господи! Должно быть это единственное место на земле,
 побывав в котором можно понять, что такое РАЙ!
