прежде чем её удалось разместить как положено.
— Малая станция связи БАРС-3 активирована. Запущен процесс развёртывания. Ориентировочное время завершения процесса — один час тридцать две минуты, — стоило подать питание, как малый мозг станции связи подключился к общей сети, передавая свои данные.
— Ну всё, каких-то пару часов настройки, и Барсик достучится до станции, — глядя на вырастающий из-под земли грибок спутниковой тарелки, командир дождался, пока бойцы обеих машин погрузятся, и на полной скорости рванул в сторону базы. В скором времени их ждала первая охота.
***
Лаборатория Морозовой
Десантный модуль “Черепаха”
Планета Перун
— Это просто невероятно, Игорь Владиславович! — чрезмерно возбуждённая Морозова разве что планшетом мне в лицо не тыкала. — Процент содержания эфира в воздухе просто зашкаливает! Видите? Вот, вот эти цифры! Да при такой концентрации тут даже кузнечик должен даром обладать!
Тридцатилетняя длинноволосая блондинка, чей яркий образ совершенно не соответствовал её интеллекту, сейчас вела себя как двенадцатилетний ребёнок, получивший подарок всей своей жизни.
Ей осталось только запрыгать вокруг меня, при этом смеясь и хлопая в ладоши. Впрочем, сейчас она и так смеялась. А места для кругов не было, всё же в лаборатории было весьма тесно. Тут всё заставлено дорогущим оборудованием. Да и мы находились около рабочего стола.
— Анастасия Олеговна, не могу сказать, что разделяю ваш восторг… — посмотрел я на это счастливое лицо и покачал головой.
— Вы всегда были слишком прагматичным человеком, Игорь… — начала она было говорить, но я перебил:
— …и хотел бы знать, чем это чревато для нас. Не считая, конечно, того, что теперь нам предстоит пугаться каждой встреченной полёвки, — всё же отодвинув в сторону планшет учёной, я переключился на записи дрона.
Летающего робота, отправленного на запад, я отозвал, решив не рисковать последним дроном. Перенаправил летающую машину на открытое пространство лугов. И теперь, просматривая записи, пытался определиться, куда бы податься для первой нормальной вылазки.
— Чем чревато… Думаю, я пока не могу сказать, данных слишком мало, — женщина в раздумье принялась накручивать на палец локон золотистых волос, а второй рукой что-то чертить на доске, коих в её лаборатории было великое множество.
Порой у меня складывалось впечатление, что она их просто коллекционирует, а не использует для расчётов.
— Нужно несколько образцов для детального исследования и, желательно, разных видов. Впрочем, даже сейчас, если использовать формулу Генриха-Браткина, то можно понять…
Анастасия настойчиво постучала маркером по доске, привлекая моё внимание.
Оторвавшись от видеозаписи, демонстрирующей животных, удивительно похожих на земных львов, если не учитывать костяные наросты на спинах и полуметровые бивни, я увидел длиннющую формулу, выведенную на доске.
Даже для меня эта формула выглядела страшно. Пришлось поднапрячь извилины, чтобы попытаться в ней разобраться.
— Хм, нет, не так, — прикусив губу, Морозова поправила расчёты, стерев неверную запись рукавом белоснежного халата. — Вот… В общем, выходит, что при такой концентрации вероятность формирования кристаллов тримития в живых организмах равна примерно шестидесяти трём процентам.
— Неплохо, — удовлетворённо произнёс я и добавил: — Главное, чтобы в нас эти кристаллы при такой насыщенности эфиром образовываться не начали.
Новость действительно была неплохой. На других планетах максимальный шанс на появление светящегося камешка-кристалла был ничтожно мал, и лишь в особо редких случаях, когда монстр был, не побоюсь этого слова, древним, можно было с уверенностью заявить, что кристалл в нем вырос.
Сами же кристаллы тримития, что по факту сгущённый эфир, служили катализатором пробуждения Дара у людей и возможностью его развития. Но, к сожалению или к радости, тут, как посмотреть, использование даже мощного кристалла не гарантировало пробуждение Дара. И поэтому цена на тримитий вместе со спросом с каждым годом становилась все выше и выше.
Также кристаллы могли служить в качестве источника энергии для машин, после их переоборудования, но у того же орданиума КПД было куда выше, поэтому сгущённый эфир не использовали, уж больно дорого заправлять бак чистой энергией. Это как тысяча девятнадцатым айфоном забивать гвозди.
Но и тут наша “Черепаха” была не совсем стандартна. И именно поэтому добыча тримития была первостепенной задачей.
— Повторюсь, нужны образцы фауны. Разные по виду и по месту обитания, — Анастасия Олеговна требовательно на меня посмотрела. — И желательно в целом виде.
— Ну раз в целом, то львы нам точно не подходят, — ещё раз посмотрев на бронированных тварей, пришёл к выводу, что соваться к ним без предварительного наблюдения не стоит. — Тогда, наверное, сюда. Фёдор Иванович, что там по разведчикам? Через сколько прибывают?
— Уже в пути, скоро будут. Как раз закончим экипироваться, и можно будет выдвигаться, — почти сразу же ответил по коммуникатору наставник, находящийся сейчас в главном ангаре. — Тяжей перепроверять закончили. Все в порядке. С целью определились?
— Ага. Пойдём охотиться на лисиц, если их так можно назвать… И берите с собой дубину, да побольше, — я перекинул картинку с координатами мужчине, а сам повернулся к Морозовой, тихо бубнящей что-то о необычайной удаче.
— Анастасия Олеговна, на время нашего отсутствия выделю вам пару бойцов и дрон прикрытия. Можете покинуть базу для сбора образцов растительности, — я серьёзно посмотрел на эту красивую женщину, и голос сделал строже. — И очень прошу не как в прошлый раз, когда вы притащили в исследовательский комплекс отца траву, что жрала пластик, выделяя при этом горючий газ. Хорошо?
— Это было очень перспективным направлением… — виновато заулыбалась она, — но я вас поняла, Игорь Владиславович.
Учёная смиренно склонила голову, но я в это не особо поверил, мысленно поставив себе отметку дополнительно проинструктировать её охрану. И выдать огнемёты, на всякий случай. Всё же эта женщина очень легко «забывается», когда находит что-то интересное.
— Хорошо, — кивнув на прощание, вышел из лаборатории и, стуча металлическими подошвами, по длинному коридору, направился в ангар.
На данный момент “Черепаха” закончила начальный этап развёртывания, превратившись из компактной «капли» в изолированное от внешней среды трёхэтажное здание на круглой платформе. Внешне выглядела действительно как земноводное.
На первом этаже располагался тот самый ангар, в данный момент вмещающий в себя два БТР, колёсный багги, мастерскую, стойки для штурмовых доспехов и комнату хранения оружия.
Второй этаж вмещал лабораторию, крохотную столовую и не менее крохотную казарму, где бойцам придётся по первости располагаться на трёхъярусных кроватях. Также имелся арсенал со складом, где базировался наш интендант.
Третий, он же последний этаж, занимали рубка управления, сейчас уже ставшая командным центром. Моя личная каюта и несколько свободных помещений, в которых в будущем будет установлено дополнительное оборудование.
Ну и самым главным, так сказать сердцем “Черепахи” и одним из важных моментов всего моего плана был цокольный этаж, занимавший
