Читаем без скачивания Бастард рода Неллеров. Книга 1 - Серг Усов

любимой дядькиной закуски, лежит здоровенный тесак, которым впору брать торговую каравеллу на абордаж. Отрезаю этим гигантом себе солидный кусок вяленой баранины и возвращаюсь.

А если попробовать оторвать магический усик? Нет уж, хватит экспериментов. Сорок семь лет, а веду себя как дитё неразумное. Эйфория от новых возможностей? Безумство храбрых?

Наплевав на собственное решение, отрываю оранжевую ниточку длиной сантиметров десять. И что дальше? Пока, вроде, ничего страшного не случилось, если не считать того, что чуть не подавился плохо прожёванным жёстким куском мяса. Попробовать свернуть нить в кольцо? Делаю и вижу основным зрением загоревшийся на месте кольца яркий светлячок.

Поздравляю себя, я действительно маг. И осёл. Сознание вновь начинает мутиться, но на этот раз не отключился. Теперь точно хватит проводить над собой опыты.

Светляк ещё долго, минут десять висел ровно на том месте под потолком, куда я его подвесил. Замечательно.

Читать нечего, смотреть тоже. Хочу просто полежать, благо, есть о чём подумать и поразмышлять. Однако, как и в случае с преждевременными магическими опытами, не могу оставаться в бездействии. Юный организм требует постоянных движений и даже усталость от разминки и таскания вёдер быстро прошла.

Что бы сейчас сделал Степ? Парнишка, невзирая на ушибы, пошёл бы гулять на улицу. К тому же, куда идти, у моего предшественника было — к дому городского советника Анатоля Раймса, чья дочь Верда в своём дворе вечерами развлекалась на качелях и за которой можно было подсматривать, забравшись на росший возле забора тополь.

Тащиться в район богатых особняков и подсматривать за пакостницей мне ни к чему, а вот прогуляться поблизости от своей улицы, почему бы и нет. Доставшаяся память, она как просмотренная телепередача, в ней нет ни запахов, ни вкусов, да и звуки с картинками плоские. А ещё я очень хочу ходить, хочу бегать, хочу жить. Нет, мне сейчас не сорок семь. Неполные четырнадцать, так я себя ощущаю. Ноющая боль от синяков? Почти забыл про неё.

Надо только что-нибудь ещё на себя накинуть. Дни-то стоят уже по-летнему тёплые, а вот вечерами прохладно. Скоро наступят сумерки и встретить их лучше в тканевой куртке? Где она? В шкафу? Нет, там же, куда Степ её бросил, за тумбочкой.

Закрыв замок и спрятав ключ под камень — если Ригер вдруг придёт сегодня пораньше, знает, где его найти — направляюсь в сторону, противоположную площади с колодцем.

Наша улица далеко не самая бедная в Неллере, столице одноимённого герцогства, есть такие трущобы, куда даже днём лучше не соваться. Поэтому иду туда, где безопасней гулять. Побить могут везде, но хоть не убьют, и за то спасибо.

Куртка нараспашку, в одном кармане положенный туда ещё Степом небольшой окатыш для увеличения веса удара. Морда разбита, но улыбка искренняя. Настоящий шпанистый пацан, такой, каким когда-то был в отрочестве.

Улица на улицу, район на район, драки и хулиганство — нынешние сидельцы по домам со своими смартфонами, планшетами, ноутбуками, приставками и не поймут, о чём речь. Ловлю себя на мысли, что как раз в моей новой жизни здешние пацаны очень даже поймут. Какое это счастье. Хочется засвистеть или громко закричать. Понимаю, что не совсем сейчас адекватен. Мне простительно. Ничего, скоро приду в норму.

Шпили герцогского замка, возвышающегося на крутом холме в центре Неллера, видны с любой точки города. Как по мне, так жилище местных правителей выглядет слишком мрачновато. Ещё и камень для строительства взяли тёмно-серый, почти чёрный.

Сколько лет этой твердыне? Правильный ответ: двести пятьдесят два. До этого здесь тоже стоял замок, только поменьше. Уроки истории, впрочем, как и остальные предметы, Степ усваивал старательно.

Средневековые порядки не предполагали мягкости в воспитании и обучении. Розги для мальчиков или тёмный карцер для девочек грозили всем, кто проявлял нерадивость. Хотя и здесь справедливости не существовало. Чем богаче родители школяра, совершившего проступок или не усвоившего предмет, тем выше шанс отделаться внушением, а то и вовсе лёгким укором.

Сирота Степ Ниш на снисхождение рассчитывать не мог, поэтому учился старательней других и шалил меньше. Тем не менее, это не смогло его избавить от наказаний. За неполных четыре года учёбы ему пришлось не менее полутора десятков раз ложиться на скамью.

Чаще всего парнишке доставалось от Леопольда Нирбаха, тридцатилетнего учителя грамматики и каллиграфии. Мой предшественник был не очень аккуратным, и кляксы часто портили листы бумаги отвратительного качества, выданные ему для письма.

Вот и конец нашей улочки. Выхожу к небольшому базару, аналогу блошиного рынка, где продают всякую всячину. Здесь достаточно много народа, в основном тёток, и никому из них я не интересен, ни продавцам, ни, тем более, покупателям.

Колокола церквей Создателя принялись отбивать вечерню. Их звон с разных сторон волнами поплыл над городом. Часть людей принялись шептать короткие обращения к богу и осенять себя перстами правой руки, прикладывая их ко лбу и сердцу поочерёдно, вверх-вниз несколько раз.

Мне молиться не обязательно, мал ещё. Взрослые тоже чрезмерной набожностью в этом мире не отличаются. Ригер ходил в церковь только раз в неделю, в последний, шестой день, да и то только по просьбам Эльзы её сопровождать.

Несмотря на отсутствие у людей большого религиозного рвения, еретики здесь преследовались с не меньшей жестокостью, чем во времена земного средневековья. У церкви Создателя, помимо орденов Молящихся и Целителей, имелись Наказующие, методам борьбы которых с сектантами, колдунами и ведьмами позавидовала бы и Святая Инквизиция.

Ввинчиваюсь в толпу и с каким-то нездоровым удовольствием слушаю базарные разговоры. Для Степа они были как раньше для меня шум проезжавших автомобилей, фоном, на который не обращаешь внимания. Я же пытаюсь уловить все произносимые фразы одновременно, ничего не упустить.

— Эй, мальчик, даже не думай! — пригрозил крупный мужик, торговавший тушками кроликов.

Позади него находились клетки с этими ушастыми зверьками и колода, на которой он разделывал следующих, как только продаст уже освежёванных.

Принял меня за воришку? Да ну, бред. Всё-таки я выгляжу вполне прилично. Перестраховывается.

Иду дальше и узнаю много нового для себя — до сих пор тлеющем крестьянском бунте на севере герцогства, хотя предводителя восстания сожгли здесь в Неллере ещё три недели назад, о проигранной королевством войне на востоке, о претензиях герцога Ормайского на наш Тибо-Ласт, об отлучении настоятеля готлинского монастыря от церкви и пожизненном его заточении за связи с сектантами Нового Прихода, о скором возвращении маркиза Джея Неллерского из столицы, о ценах, склоках, кражах и о многом другом, что мне казалось очень интересным. Никогда не