Читаем без скачивания Эмиль. Теперь ты принадлежишь мне! (СИ) - Аверина Екатерина "Кара"

— Я помочь пришел, — смертник поднимается на ноги очень рискуя словить случайную пулю. Шамиль, стоящий за моей спиной, взводит автомат.

— Не надо, — окончательно перепугавшись сипит Саша, даже не пытаясь дергаться в моих руках. — Я не буду больше убегать.

— Посмотри, сколько людей пострадало из-за твоей глупой выходки, — нехотя отпускаю ее, делаю пару шагов назад. — А дома еще Малика, которой тоже обязательно достанется. И охранника, что открыл тебе ворота, я найду! Сходила на работу? Шамиль, забери девчонку в машину, я здесь закончу.

Саша

Ничего не слышу, уши заложило от нервов и страха. Ну мама! Спасибо, что притащила меня в этот Ад!

Шамиль подходит ближе, кладет ладони на плечи. Костик делает шаг ко мне, но натыкается на предупреждающий взгляд Эмиля. Все смазано, замедленно.

— Я устала, — едва шевелю губами и начинаю оседать.

Шамиль обхватывает меня за талию, приподнимает от пола и выносит на улицу. Здесь свежий ветер бьет в лицо приводя в чувство. Мужчина открывает заднюю дверь огромного черного автомобиля, кладет меня на сидение, я тут же сажусь.

— Можно открыть окно? — спрашиваю у него. — Душно.

— Открой, — Шамиль проходит вперед, садится за руль. Заметила, что с ним нет автомата, который был в баре. Мне стало легче.

— Что Эмиль сделает, если узнает, что это вы выпустили меня? — решаюсь задать еще один вопрос.

— Со мной лучше на «Ты». Он не узнает, если ты не скажешь.

— Не скажу, — обещаю ему.

— Зря ты нарываешься с первых дней, Саш. Есть простые правила общения с Альзаро. Эмиль бесится, когда женщина смотрит ему в глаза. Это воспринимается как вызов. Сначала она должна доказать, что достойна этого. Малике можно, она жена. Тебе нет. Спорить с ним тоже не желательно. Это как минимум неуважение, как максимум оскорбление. За последнее могут наказать. Как именно, зависит от настроения Эмиля. Он жесткий, вспыльчивый, упрямый, настойчивый и прочее в этом же духе. Умеет добиваться своего. Он — главный! Даже не его отец. Дениз постепенно отходит от дел, отдав бразды правления сыну. Эмиль рулит всем, а это огромная ответственность, с которой он отлично справляется. Чем быстрее ты научишься правильно себя вести, тем проще станет твоя жизнь. И моя тоже.

— Почему? — удивленно моргнула, впитывая все сказанное.

— Он приставил меня к тебе личной охраной. Сразу говорю, таких поблажек больше не будет. Я отпустил сегодня лишь потому, что должен был его жене. Мои парни не сдадут. Надеюсь, что ты тоже, — напоминает еще раз.

— Эмиль закроет бар? Он может? — мне все еще не верится в это.

— Может. У него связи по всему городу. Еще одна причина не дурить. Найдет и…

— Накажет, — закончила за него. — Знать бы еще что это значит, — тяжело вздохнула, обнимая себя руками и вновь мысленно проклиная маму за эту жизнь.

Зачем мне его деньги, если я буду заперта в клетке? А когда начнется учеба? Тогда мне что делать?

— Спасибо, — успела поблагодарить Шамиля прежде, чем открылись сразу три дверцы автомобиля. Возле меня сели двое огромных мужчин с оружием, но уже без масок. Эмиль сел на переднее пассажирское и махнул рукой отдавая команду двигаться.

Заведенный мотор легкой вибрацией проходит по телу. Шамиль тихо включил радио и повез нас домой.

От бара уезжало несколько машин, во двор особняка въехала одна. Наша. Охрана вышла из салона первой. Один из мужчин подал мне руку и помог спуститься на землю.

— Благодарю, — постаралась вежливо улыбнуться. Ни один мускул не дрогнул на его грубоватом лице с квадратным подбородком и легкой однодневной щетиной.

Эмиль сначала выбросил тлеющий бычок от сигареты, затем вышел сам. От меня все тут же отошли. Запомнив наставления Шамиля, я уставилась в район широкой груди своего пленителя, иначе его и не назовешь. Эмиль довольно хмыкнул.

— Вижу, тебе уже успели кое-что объяснить.

Его взгляд обжигает мои щеки. Они горят огнем и даже прохладный ветер не может унять это жжение. Ужасно! Здесь все ужасно! И даже дом перестал быть таким красивым после всего, что случилось сегодня. «Обезьянник» на вокзале был бы для меня комфортнее этого особняка.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Ты можешь ответить, — дает разрешение.

— Да. Шамиль объяснил. Эмиль, не закрывайте бар, — выпалила на одном дыхании, на миг подняла ресницы и тут же отвела взгляд на газон, но на его темные глаза, которые в ночи становятся пугающими, я все же наткнулась.

Тихий смех мужчины показался мне крайне странным. Сложилось ощущение, что он доволен этой моей маленькой оплошностью.

Эмиль сделал ко мне пару шагов, шумно втянул ноздрями ночной воздух.

— Ты сегодня заставила меня побегать по городу, — произнес он, забираясь своим голосом прямо под кожу.

— Мне было нужно, — отвечаю тихо.

— Посмотри на меня, Саша, — просит Эмиль. — Ну же! — подняла взгляд. — Будешь себя хорошо вести, через пару недель их откроют и даже реабилитируют перед клиентами. Все убытки, что я сегодня понес нанимая людей, гоняя их за тобой, вычту из твоего личного ежемесячного бюджета. Буду снимать ровно половину суммы до тех пор, пока ты не погасишь долг. Муки совести — твоё наказание на эти две недели. Тебе уже стыдно за то, что так подставила любимого босса? — довольно скалится мой новый родственник.

— Да, — я выше подняла подбородок позабыв все правила. — Но если бы вы меня выслушали…

— Три недели, — Эмиль сжимает челюсти.

— Я могу идти спать? — постаралась задать вопрос так, чтобы не дрожал голос.

— Я тебя не держу, — мужчина сделал шаг в сторону давая мне возможность уйти.

Прошла мимо, через просторный двор добрела до дома слушая лишь собственное сердце, мечущееся в груди.

— Козел, — всхлипнула, взявшись пальцами за ручку входной двери.

— Упрямая, — услышала довольный смешок у себя за спиной.

Глава 8.

Эмиль

Хорошо повеселились!

Довольно улыбаясь, вошел в спальню к жене. Снял с себя одежду, небрежно бросил ее на бежевое кресло. Малика спит, обнимая мою подушку. Ревнивая стерва! Я и сам понимаю, что мой интерес к внезапно ворвавшейся в нашу жизнь девчонке гораздо выше, чем братский.

Она завела меня, бросила вызов, разогнала горячую кровь. При этом остается нереально нежной, чувственной, пугливой. Сегодня хотелось собирать ее слезы губами. И даже не трахать, просто обнимать, гладить по волосам, уложить рядом с собой в постель и чувствовать ее доверчивое тепло.

Я напугал, но так лучше. Пусть Сашка меня боится, а я буду ловить этот страх в ее взглядах и держаться на расстоянии. Сейчас другая задача, надо заняться здоровьем и сделать все, чтобы Малика забеременела. Любовницы — это вкусно, конечно, но удержать границы за нами они не помогут.

— Иди сюда, — лег на кровать и подтянул под себя жену.

Она сонно завозилась. Теплая такая, приятная. Шелковая ночнушка задралась на бедра, словно помогая мне. Завтра я придумаю, как ее наказать, а сейчас мне нужен секс.

— Эмиль, я сплю, — вяло отбрыкивается Малика от моих формальных поцелуев. Они ничего не значат, даже не заводят, так что я просто стянул с нее трусы, кинул их на пол и вдавился членом в женское тело. — Ммм… — застонала жена, выгибаясь мне навстречу, раздвигая ноги.

Завел за голову ее руки, прижал запястья одной ладонью к подушке, второй уперся в матрас с другой стороны. Грубые движения бедрами вперед — назад, чистая физика, чтобы кончить.

Сосредоточил взгляд на приоткрытых губах своей женщины, она соблазнительно их облизывает, томно смотрит на меня и двигается навстречу, когда я опустошаю ее почти до конца.

Мокрая, горячая.

Малика проснулась, поймала мой ритм, моё настроение. Подстраивается, помогает, ласкает руками свою грудь освободив ее от ткани ночной рубашки. Темные волосы красиво раскиданы по подушке, она смотрит мне в глаза. Я когда-то позволил.

«Ну же, женщина! Сделай так, чтобы я в тебя кончил!»