Читаем без скачивания Выбравшие иной путь - Кэрол Энвэй

Изучение ислама в мусульманской стране

Некоторые женщины посетили мусульманские страны и были глубоко тронуты тем, как люди там практикуют нормы своей религии в своей повседневной жизни. Они имели возможность воочию познакомиться с образом жизни людей и их культурой, которые основаны на исламе.

– Когда мне было восемнадцать лет, я вышла замуж за своего друга. Поскольку он отправлялся во Вьетнам, я решила поступить на службу в медицинский корпус. Примерно в это же время я изучала иудаизм (хотя и была тогда христианкой), в основном потому, что в этой религии нет учения об Иисусе как о спасителе всего человечества. Однако я поняла, что верю в Иисуса как в пророка, а иудеи нет! Я также верила в его непорочное зачатие девой, что для них также было нонсенсом. Всё же остальное в их вере меня устраивало, и её положения сильно отличались от тех, по поводу которых я часто раньше спорила с пасторами и священниками. Таким образом, я считала себя наполовину иудейкой.

Я была хорошо подготовленной армейской медсестрой и последние несколько дней до падения Сайгона я была во Вьетнаме. (Да, я была добросовестным ветераном Вьетнама с бронзовой звездой и двумя орденами пурпурного сердца!). В 1978 году Организация Объединённых Наций нуждалась в квалифицированном персонале для проведения вакцинации в связи с эпидемией холеры, охватившей юг Саудовской Аравии, Йемена и Омана, и меня направили в Саудовскую Аравию. Многие дети и старики умирали от этой болезни. Иногда я могла наблюдать за тем, как молятся бедуины, но единственное слово, которое я могла разобрать, – «Аллах». Преданность тех людей своей религии поразила меня. Вместе с мужем мы отправились в путешествие по Ближнему Востоку в начале 80-х. В Каире я начала изучать ислам. И тогда «темнота в моей душе рассеялась, и я увидела яркий свет». Мой брак к тому времени дышал на ладан, и после развода со мной случился нервный срыв, связанный с попытками моего мужа и его семьи «вытащить меня из пут этого опасного религиозного культа, чарами которого я была околдована». Выдержка мне изменила, а мой ум пошатнулся от смятения.

После длительного лечения я отправилась на юг, чтобы вернуться в колледж и завершить бакалавриат. Там было много мусульманских студентов, которые удивлялись, откуда я столько знаю об их религии. В течение следующих шести месяцев я уже всё время проводила за чтением Корана и произнесла шахаду во время месяца Рамадан в 1989 году.

Моё обращение в ислам началось с учёбы в университете Пердью. Моё первое знакомство с исламом потрясло мой разум и наполнило меня грандиозным чувством (а позже и глубоким смыслом). Ислам впечатлил меня больше, чем любая другая религия, которую я изучала. Тогда я решила записаться на стажировку в одну из мусульманских стран, чтобы своими глазами увидеть мечети и поговорить с людьми. Это чрезвычайно расширило моё сознание. С этого момента единственным путём для меня стал ислам. Вернувшись из Египта, я пошла в местную мечеть, где сёстры помогли мне начать путь познания истины. В 1993 году я приняла ислам и обрела покой в своей жизни. До этого я не была набожной: пила, «дико» вела себя. Ислам научил меня, что эта жизнь – испытание перед вечной, загробной жизнью, и довольство Аллаха (Свят Он и Возвышен) является самым главным.

Я изучала исламскую религию в рамках обучения по своей специальности в колледже на отделении изучения Ближнего Востока и Африки. Я не верила, что кто-либо может по-настоящему практиковать предписания ислама в наше время. Как волонтёр я поехала на три месяца в Западную Африку. Там я встретила истинных мусульман. Когда они слышали призыв на молитву, то тут же спешили в мечеть. Если у кого-то было денег больше, чем необходимо для удовлетворения основных потребностей, то он делился с теми, кто нуждался в них. Имя Аллаха упоминалось всегда. И чем больше я проводила времени с ними, тем больше мне хотелось принять ислам.

Я сильно заболела, и меня должны были отправить в столичную больницу. Со мной не было никого, кто бы успокоил меня – все мои друзья были далеко. Всё, что было в моих силах, – это молиться. Я читала молитвы почти беспрерывно на протяжении трёх дней. На память мне пришла история о Йусуфе Исламе (Кэте Стивенсе): когда он тонул, то дал обещание Господу посвятить Ему свою жизнь, если она будет спасена. И я сделала то же самое. В течение двух последующих дней я вернулась к своим друзьям-мусульманам в деревню, но всё еще противилась принятию ислама.

Вернувшись в США опечаленной, я больше не могла жить в обществе, настолько далёком от того, чего мне хотелось. Я познакомилась со многими мусульманами – американцами и арабами – которые деликатно побуждали меня подчиниться Аллаху. Я настолько была истощена попытками противостоять притяжению этой религии, что, наконец, 21 января 1989 года, я приняла ислам.

Эти женщины, казалось, попали под очарование того, что они наблюдали в мусульманских странах. Их тронуло то, что они видели и чувствовали, и они откликнулись, став частью этого мира.

Произнесение шахады теми, чьи соседи или знакомые были мусульманами

Некоторые молодые женщины повстречали в своей стране мусульман, оказавших на них влияние своей повседневной жизнью и религиозной практикой. Они почувствовали в этих мусульманах личностную силу, которая, казалось, проистекала из их веры. Иногда их выбор ограничивался произнесением шахады на словах и лишь при ответе на вопросы, но чаще речь шла о сознательно избранном ими образе жизни.

– Мне было пятнадцать лет, когда я впервые познакомилась с ь исламом. Одна саудовская семья переехала в дом по соседству, и меня очаровали их манеры, одежда, язык и религия. Я стала близко общаться с той женщиной. Но прошло почти четыре года, прежде чем я приняла ислам. Они никогда не подталкивали меня к этому, просто отвечали на мои вопросы, проявляя по отношению ко мне доброту и гостеприимство. Даже не будучи мусульманкой, на протяжении тех лет, когда я училась в старших классах, я сторонилась всего плохого. Это было обусловлено тем влиянием, которое на меня оказывали мои саудовские друзья. Поэтому когда я обратилась в ислам, единственное, что претерпело изменения, – это моя одежда и досуг, вроде концертов, музыки, спорта.

– До того, как принять ислам, я была атеисткой и дистанцировалась от церкви, хотя и была открыта для любой обстоятельной и глубокой дискуссии на тему Бога и этого мира. Проработав несколько лет на удовлетворительной, но не увлекательной работе, я поехала в путешествие по Южной и Центральной Америке, которое завершилось в Техасе. Местная мусульманская община пригласила меня пожить с ними и разобраться в моей полностью запутанной и несчастной жизни. По воле Аллаха я встала на путь ислама, произнесла шахаду и пожелала выйти замуж. Так во мне родилась новая личность, и у меня появилась иная жизненная ориентация, но без окончательной потери «меня» прежней.

– Мой муж не был соблюдающим мусульманином, когда мы познакомились, так что он не возражал, когда я решила вернуться в лоно церкви и взять с собой детей. Единственное, о чём он просил, – так это чтобы мы не ели свинину. Деловые партнёры моего отца из Египта впервые показали мне, что значит по-настоящему следовать предписаниям ислама. Именно тогда мой муж задумался о более серьёзном отношении к исламу в своей жизни. Затем моя тётя вышла замуж за мусульманина, и я много времени проводила у них, расспрашивая их об исламе. В 1990 году у нас родился четвёртый ребёнок, и я поняла, что не знаю ничего о своей вере. Я имею в виду, что на самом деле не понимала, могу ли я считаться верующей мусульманкой. Но однажды ночью Аллах открыл передо мной истину. Я чувствовала, что меня трясёт, и кричала подобно своей дочери трёх недель от роду, сидя, уставившись в молитвенник.

Я хранила свою веру в тайне даже от собственного мужа на протяжении двух недель. Но однажды я рассказала ему об этом в разговоре по телефону, когда он позвонил мне с работы. Он сразу начал расспрашивать меня о причинах, заявив, что всё это очень серьёзно, и что нельзя относиться к этому так просто, и что в этом не должно быть принуждения, а лишь убеждённость. Он прервал разговор, сказав «Мы поговорим об этом, когда я вернусь домой». Позже он рассказал мне, что, повесив трубку, он заплакал и начал благодарить Господа. Он дал обещание попытаться начать новую жизнь и соблюдать исламские предписания полностью. В левое ухо нашей новорождённой дочери он прочитал призыв на молитву (азан), а в правое – объявление о начале молитвы (икама), чего не делал с другими нашими детьми.

– В 1983 году я через моих друзей познакомилась с одной арабкой, и мы подружились. Однажды она спросила, могу ли я посидеть с её дочерью, и я согласилась. Накануне ночью дети, ложась спать, прочитали мне молитвы и хотели также научить меня им. На следующий день она спросила меня, считаю ли я Иисуса Сыном Господа. Я ответила, что я не принадлежу к какой-либо религии, и попросила её рассказать мне о своей – то есть об исламе. Впоследствии мне потребовалось около двух лет, пока я не произнесла шахаду.