– Вождь!
– Что там еще? – Ёдур недовольно перевернулся в постели, закинув ногу на свою жену.
– Ниялль и еще несколько воинов! Они уже во дворе, ждут Вас!
– Ниялль….? Ниялль!!! Сколько там человек? – конунг вскочил со своей постели, на ходу одевая кожаные штаны. Он накинул на себя шубку жены, сплюнув, выругался, и, схватив свою волчью шкуру, пошел к выходу! – так, сколько там человек?
– Четырнадцать вождь! И сам Ниялль. Он сказал, что Вы будете рады его видеть!
– Сколько наших во дворе? – Ёдур остановился и уставился в глаза старому викингу.
– Уже все собрались, я сразу же отправил за ними! Торгисл и Торвар тоже там, они пришли самыми первыми и ждут Вас!
Конунг Ёдур, молча, взял свой топор, перевесил его через пояс и вышел во двор.
– Ёёёёёдур! – протянул Ниялль, который с нахальным видом стоял на улице. – Мой старый друг! Рад тебя видеть! Обнимемся? – Ниялль расплылся в довольной улыбке!
– Друг? Ты кто такой и какого черта делаешь на моем дворе? Я вроде тебя уже видел… Ты отправился с моим сыном на одном судне в Англию, так?
– Да, к сожалению, вынужден огорчить тебя вождь. Твой сын утонул, как и все остальные воины. Бог лжи и обмана, коварный Локи сбил нас с пути. Мы ждали сигнальных огней на скалах, но кто-то решил не зажигать их и мы разбились об льды по ту сторону залива. – Ниялль показал рукой куда-то вдаль! – Мы шли столько времени, устали. Не накормишь нас? Друг!
– Ты с чего себя так ведешь вызывающе? И легенда ваша мне не нравится. Что скажут твои воины? – Ёдур посмотрел на толпу мужиков стоявших за спиной Ниялля. – Кто-то из Вас хочет признаться в преступлениях? Все ли поддерживают Ниялля? Неужели он говорит правду? Я обещаю безопасность и серебра с кулак тому, кто захочет мне в чем-то признаться! Ну? Есть такие? – он обвел взглядом всех мужчин.
Воины стояли и создавалось такое ощущение, что они все даже не дышат. Через несколько секунд один из викингов сделал шаг вперед.
– Мой вождь! Дай слово, что сдержишь обещание! Есть у меня, что сказать тебе!
– Конечно! Даю слово вождя! Боги в свидетели и все кто здесь есть! Говори же, не бойся! – конунг довольно улыбнулся и подозвал викинга к себе рукой! Но как только тот сделал шаг в его сторону, Ниялль выхватил топор и, что есть сил, ударил им его по плечу. Викинг закричал от боли и инстинктивно повернулся к Нияллю.
– Ааааа! – он выхватил свой нож и бросился через адскую боль на Ниялля, но тот сделал легкий шаг в сторону и с размаху нанес сокрушительный удар по голове викинга. Послышался глухой звук лопающегося черепа и мужчина упал замертво. Весь эпизод занял по времени не больше десяти секунд. Конунг Ёдур настолько сильно испугался, что бегом рванул обратно в свой дом и только успел крикнуть «Торгисл! Торвар! Взять его», как топор Ниялля, пролетев прямо перед лицами братьев, впечатал конунга в стену. Ниялль не попал ему в голову как хотел, топор зацепил область шеи, перерубив половину позвонков. Тяжелая бородатая голова Ёдура упала на бок, переломав все последнее, что держало ее на мягкой шее. Толстое неповоротливое тело рухнуло у порога дома. Все застыли от изумления и уставились на обреченного вождя. Странная голова, еще около минуты хлопала глазами и дергала ртом, пока глаза не закатились и рот не застыл в непонятном положении. Это была мучительная и очень страшная смерть. В конце концов, все повернулись в сторону Ниялля, который прислонился к плечу огромного викинга (тот даже не заметил этого, настолько был изумлен происходящим) и с каким-то любопытством рассматривал свои пальцы. Он поднял глаза и увидел пристальные взгляды воинов.
– Чего? Ноготь сломал… Представляете?
– Взять его! – закричал Торгисл и вместе с Торваром бросился в сторону Ниялля. Но викинги из возвратившегося вчера отряда, вышли вперед и взяли в руки топоры. Все северяне, что стояли во дворе (к слову это было почти все войско викингов) увидев, что кто-то вступился за Ниялля, сделали тоже самое. Весь Йорвик был не в восторге от толстого конунга и его псов Торгисла и Торвара, и поэтому, когда все увидели смерть вождя, то каждый хотел скорее зарубить братьев.
– Стойте! Стойте! Стойте! Не торопитесь, – Ниялль, разведя руки, вышел из толпы. – Друзья мои! Я хочу обратиться ко всем, кто здесь сейчас стоит! Так как наш конунг мертв, пришла пора выбрать нового вождя. Нет! Конечно же, я не намекаю на себя, – Ниялль улыбнулся и деловито прошелся мимо войска, – но подумайте! Кто из Вас достоин биться во главе славных северян? Отстаивать интересы жителей Йорвика? Ну?
Один из мужчин вышел к Нияллю. Это был лучший друг Ёдура.
– Я готов! Да! Я стану конунгом!
Ниялль недолго думая выхватил нож из ботинка и по самую рукоять вонзил его в брюхо умника и от души оттолкнул его ногой от себя.
– Кто еще? – улыбнулся Ниялль и рукой позвал выйти смельчаков к нему!
Молчание. Воины просто стояли на своих местах и следили за тем, что происходит. Хиленький прислужник, что был на суде, когда убили Адалу и воина из личного окружения конунга Ёдура, вышел из дома бывшего вождя и, что есть сил, закричал!
– Да здравствует конунг Ниялль! Да здравствует конунг Ниялль! – один за другим все люди, которые находились во дворе стали хором говорить то же самое!
– Тому и быть! Торгисла и Торвара убить! Разрешаю! – после этих слов он спокойно пошел в дом конунга Ёдура, а разъяренная толпа набросилась на братьев. Люди били их просто тупыми предметами, в ход шли палки, камни и обратные стороны топоров. Через пару минут на земле остались лежать только два горячих трупа, в которых крайне сложно было узнать людей.
Ниялль вытащил за волосы на улицу жену Ёдура.
– Мужики! Подарок… забирайте! – крикнул он и удалился обратно в дом.
Глава 6. Дочь кузнеца
Паль открыл глаза. Резкая боль в районе головы заставила его вскрикнуть. Крик был похож на рев старого медведя, застонав, и, после, беззвучно пролежав с открытым ртом пару минут, Паль что есть сил, стукнул рукой по стене. От стука Астрид резко вскочила с постели, ей показалось, что кто-то стучит в дверь.
– Кто там? – она отшатнулась назад и схватила нож с печи.
– Никто там… я здесь… кстати… где я? – Паль захрипел и дернулся встать с лежака, но из его носа пошла кровь и Астрид увидев это, поспешила принести ему тряпку и воду.
– Позволь я помогу… – она нежно смочила тряпку в воде и, уложив Паля обратно на лежак в ровное положение стала аккуратно смачивать кровь, которая залила всю черную бороду викинга.
– Ты в домике на пастбище, здесь раньше жили пастухи. Вчера я нашла тебя у залива, ты лежал там без чувств почти мертвый с сильной раной на голове. Болит? Я думала, что ты умрешь…
– Как меня зовут? Ничего не могу вспомнить… где-то я тебя уже видел. Мы знакомы? – он нахмурил брови и уставился на девушку.
– Зовут тебя Паль, ты сын конунга Ёдура, что правит городом Йорвик. Я же рабыня… Астрид. Я нашла тебя у залива… тащила в домик сама, несколько часов!
– Ничего не пойму… Какой Ёдур? Паль? – викинг напрягся и задумчиво посмотрел в потолок. – Ёдур… сын… Астрид, ты рабыня? И как… как же ты меня, такого здоровенного мужика то… с залива сама тащила… далеко от нас берег?
– Нет. Тащила сама, честно… я думала, что ты умрешь. Вот! – Астрид протянула к нему свои ладони. – Все руки в ссадинах, отморозила сильно и, крови было много, пока тащила.
– Я хочу пить. У тебя есть вода? – Паль облизнул сухие губы и стал причмокивать как грудной ребенок… – Вкус крови… одна кровь! Воды! Дай же мне воды!
Астрид поспешила принести ему, попить. Она налила в питьевой рог теплую воду с печи и поднесла к губам Паля. – Пей! Только прошу тебя, очень аккуратно. Не пролей на лежак, все будет мокрое.. я сейчас не могу ворошить сено, очень устала…
– Я…. – Паль нахмурился, покраснел и указал пальцем на свои ноги. – Я кажется под себя сходил… Пока спал. – Ему стало очень стыдно, он, серьезный мужчина лежит как калека помочившись под себя. Астрид расторопно посмотрела на него… на мокрую шкуру… с ее щеки скатилась соленая слеза и она, бросив рог на пол, поспешила убежать на улицу.
– Паль! Ты редкостная скотина!!! – выругался сын конунга и от злости на самого себя закрыл глаза.
Астрид выбежала из дома и быстрым шагом пошла к скалам, там, где обрыв у залива ревет от бушующих волн северного моря. Ледяной ветер моментально пробирается под одежду и насильно выгоняет таящееся там тепло наружу. Слезы градом льются по горячим щекам, иногда, девушка начинает горько рыдать от обиды и жалости к самой себе, но тут же упрекая себя в слабости, замолкает.
– За что, Отец! За что ты покинул меня!!! Почему позволил мне стать рабыней!!! – Астрид что есть сил закричала вдаль и ее голос отозвался эхом где-то вдали. Ей показалось, что кто-то ответил на крик непонятным бормотанием и от неожиданности Астрид обернулась назад. Но там никого не оказалось, лишь мелкие льдинки атаковали ее лицо, а ветер стал жадно целовать губы. Астрид нервно одела меховой капюшон, укрываясь от настойчивой непогоды и пристально уставилась на чуть виднеющийся домик, где сейчас лежал больной Паль, сын конунга. Его судьба полностью зависит от девушки. Раньше, она и подумать не могла о том, что человек с такой властью, может оказаться в ее руках. Одно движение ножа по его животу и он будет медленно умирать, не в силах ответить ей. Сейчас, она может убить его или подарить ему жизнь. Но что это даст несчастной Астрид? Почему она должна менять штаны этому грозному викингу, только потому, что он сам не в состоянии снять их. А если он никогда более не сможет ходить, что тогда? Столько мыслей сразу заполонили голову Астрид и она снова зарыдала, горько заливаясь слезами.
