Про себя она гадала: чем она успела так насолить подполковнику? Генерал увидел в ней шпионку, а этот что? Неужели думает, что она будет на его место претендовать? Да с чего бы! Где капитан четвертого ранга, а где подполковник?
В общем, после этого ни музыка, ни чай, ни грибочки, которые Даари дожевывала, не чувствуя вкуса, ее особенно не радовали.
Она гадала — неужели капитан Рахат окажется таким же противным типом?
***
Капитан второго ранга Рахат оказался совсем другим типом. Невысокий (одного роста с Даари) человек в повседневной мужской форме мага — она отличалась от женской тем, что шорты были длиннее, а сапоги короче — неприязненно оглядел Даари и спросил:
— Где служили раньше?
— Нигде, господин капитан!
— Где учились?
Даари поняла, что он имел в виду с военной точки зрения, поэтому Академию упоминать не стала (да и все равно он в личном деле потом прочтет, если уже не прочел):
— Ускоренные курсы боевой подготовки.
— М-да… А шрам откуда?
— Несчастный случай.
— С какой магтехникой имели дело раньше?
— Ни с какой, — ответила Даари честно.
Капитан Рахат, не скрываясь, ругнулся.
— А какого беса вас ко мне направили?!
— Я неплохо разбираюсь в чарах…
— В чарах все разбираются! Вот что, барышня… тьфу ты, госпожа капитан! — он произнес это без издевки, но с досадой. — У меня техники зашиваются, запчастей не хватает… Я прошу нормальных сотрудников, а мне посылают не пойми кого — фифу из столицы с курсами рядового бойца за плечами! И мне плевать, кто вы там и кто у вас покровитель, ясно?! Громить у себя ничего не дам!
С каждой фразой Рахат начинал орать все сильнее и сильнее, сбиваясь в откровенную истерику. Даже слюной брызгал.
Даари рефлекторно попятилась.
— Я быстро учусь…
— Учится она! За государственный счет, да?! За счет моего гаража?! Здесь жизни на кону, если вы не заметили! А меня под трибунал в случае чего, да?!
Под этим напором выстоять было труднее: в основном потому, что Даари не ожидала такой истерики от армейского начальства. Военные, в ее представлении, были людьми спокойными и немногословными. Во-вторых, она чувствовала в его тоне искреннюю обиду и беспокойство за свое дело, и это сразу обезоруживало. Даари и в самом деле вторглась в этот гараж, задействовав личные связи. Вот только все было совсем не так, как он думал.
— Вы что, надеетесь, что Снежный Змей вас покроет?! — продолжал между тем начальник гаража. — Да он ни одну из своих девчонок не бережет, подставляет только так!
“Ага”, — подумала Даари.
Не пытаясь разубедить Рахата, что она креатура помощника коменданта, Даари сочла за лучшее ждать, пока поток возмущений и оскорблений прервется. Наконец дождалась.
Выбранная стратегия оправдалась. Прооравшись, Рахат неожиданно спокойно сказал:
— Вон там в углу старенький двуцикл видите? Если он у вас через месяц поедет, допущу к работе. Если нет, напишите рапорт о переводе.
Даари пригляделась. Гарнизонный ремонтный гараж представлял собой огромный зал — нет, не так, залище! — почти пустой, но вдоль стен и по углам стояло немало образчиков военных повозок. Некоторые из них сияли знакомыми “сверхновыми” под капотами, другие были темны и молчаливы. Двуцикл Даари еле разглядела в углу: он представлял собой скорее груду запчастей, слегка прикрытых брезентом. Ни огонька магии!
М-да.
— Есть, командир! — Даари дважды стукнула кулаком в грудь и отправилась в тот самый угол, отбывать свое наказание.
А что еще ей было делать?
Глава 3. Служба и дружба (без правок)
Даари ни беса не понимала в двуциклах. То есть она знала, что у них два колеса, в соответствии с названием, и что они ездят. В кино на них раскатывали либо злодеи, либо, наоборот, положительные, но слегка антисоциальные герои. Еще она сталкивалась с госпропагандой, которая топила за вред двуциклов и даже называла их донорциклами. Мол, все, кто на них ездят, рано или поздно попадают на стол к лекарю-хирургу в качестве банка органов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
До ее попадания в гарнизонный гараж ей никогда не приходилось сталкиваться с двуциклом живьем.
“И не придется, — поняла она, рассматривая груду хлама, прикрытую брезентом. — Потому что пациент скорее мертв, чем жив!”
Ну что ж, она открыла на магфоне интранет (инструкции по настройке висели тут же, в гараже, в виде запаянного в пленку листика на двери) и начала искать в гарнизонной библиотеке спецификации и инструкции по сборке. Это отняло у нее где-то час, во время которого мимо несколько раз дефилировали работники гаража — в основном, не-маги. Явно хотели посмотреть на диковинку.
Правда, никто не пытался оторвать ее от телефона и даже разговорить: Даари чувствовала вокруг себя молчаливую стену изоляции, воздвигнутую Рахата. Это не помешало Даари ознакомиться со штатным расписанием, которое она нашла тут же, в гарнизонной библиотеке.
Всего работников было двадцать человек, из них магов помимо капитана Рахата и Даари — двое. И те явно звезд с неба не хватали. Если Дракон прав, и даже слабый магический дар можно добить до серьезного уровня, было бы время, то эти ребята явно в себя время не вкладывали.
Видно, именно поэтому они и оказались в армии на подсобной должности: у магов посильнее или постарательнее хватает других возможностей заработать, построить карьеру или даже прославиться.
Остальные же представляли собой просто грамотных техников, которые либо изучали чароплетение только в теории, либо вовсе им не занимались, специализируясь на починке движущихся частей. Как правило, они и ломались: чары на военную технику ставились мощные, тут еще попробуй с ними что-то сделать! А если все-таки требовалось что-то подправить (ну там вновь надеть слетевшую петлю магического канала на какую-нибудь шестерню), хватало и рабочих перчаток. Что касается визуализации проблемы, то на гараж были наложены же чары, что и на дуэльные залы Академии. Они не показывали магические каналы как таковые, но позволяли видеть создаваемые ими поля в виде разноцветного свечения, которое понемногу концентрировалось и оседало пухом на пол.
Судя по расписанию чисток, висевшему на стене рядом с инструкцией по выходу в интранет, этот пух предполагалось убирать четыре раза в день. И так же часто — чистить браслеты всем сотрудникам. Плакат “Очисть браслет, Владыка смотрит на тебя с укоризной!” (и стилизованное изображение Дракона в старинном стиле) тоже висел на стене у входа, вместе с коробочкой очистителя. При этом браслеты у служилых, включая Рахата, переливались всеми оттенками угольной пыли. То есть по крайней мере на это требование ТБ тут забивали, хотя казалось бы чего проще: сунь руку с браслетом в коробочку и сразу достань. Даари в чистильщиках и потом в судьях настолько привыкла чистить свой браслет при каждом выходе из дуэльной аудитории, что даже не обращала на это внимания. Адептки тоже чистили браслеты постоянно; только это и позволяло многим клиенткам Даари заподозрить наведенные чары: если ты сама не колдуешь, а браслет слишком быстро темнеет — возможно, что-то не так. Поэтому такое наплевательское отношение действовало на нервы.
У Даари появилась неприятное предчувствие, что обязанность убирать магический “пух” скоро тоже перекинут на нее.
И точно: когда она посидела с магфоном примерно час, Рахат подошел к ней, протянув рабочие перчатки и совок.
— Можешь хоть пользу принести, пока ты тут торчишь. Хватит сидеть в чармиках, приберись по штатному расписанию. Знаешь, как?
— Сталкивалась, — сказала Даари, не став конкретизировать.
Она предчувствовала, что если сказать, что работала чистильщиком в Академии, обязанность по уборке закрепят за ней перманентно. А так есть шанс со временем от нее отвертеться. В конце концов, не офицерская обязанность! Правда, здесь, в гараже, у всех офицерский либо унтер-офицерский чин…
