А я по шпалам, опять по шпалам…
— Антона Эванс, ты виновна в краже магических предметов и незаконном использовании их в земном мире на полном виду у множества смертных, — на одном дыхании произнес приятный юношеский голос за моей спиной. Эту фразу он знал наизусть, этих слов боялись все в Зазеркальном мире, ведь расплатой за такое, одно из самых тяжких преступлений, являлась смерть. — Ты должна отправиться с нами на Суд Старейшин!
От знакомого голоса по моей спине побежали мурашки, я резко обернулась. Передо мной стоял высокий статный юноша с самой эпатажной прической на свете — его темные густые слегка вьющиеся волосы с левой стороны головы были очень коротко подстрижены, практически сбриты под ноль, а с другой остались нетронутыми и такими длинными, что доходили почти до талии. Самсон, самый неуязвимый и сильный солдат из Светлого Легиона. Своей правой рукой, что была с той стороны, где он не стриг волосы, он мог в прямом смысле выжать из камня воду. Такой силищей обладали бы его обе руки. Парень просто не мог ее контролировать, он все вокруг крушил и ломал, не умея рассчитывать свои усилия. Секрет такой мощи крылся в его волосах — чем длиннее пряди, тем сильнее руки. Вот потому парень и сбрил свой левый висок — дабы хотя бы левой рукой здороваться с товарищами в Зазеркалье, пожимая им руки, и при этом никому не ломать пальцы. Сейчас же я совсем была не рада видеть Самсона в мире смертных, а особенно — повстречаться с крепким кулаком его правой руки.
Рядом с загорелым коренастым юношей стояла стройная девушка с ярко-рыжими волосами, ее короткую стрижку игриво взъерошил налетевший порыв ветра. Это была Диана, самая ловкая, гибкая, быстрая и просто лучшая из амазонок. Если ее тоже отправили за мной в мир смертных, значит, мои дела совсем плохи. Светлые Легионеры очень часто использовались в качестве полиции, как в мире Зазеркалья, так и в обычном мире смертных. Естественно, ведь преступники могли свободно перемещаться между мирами, проходя сквозь порталы-зеркала, как сквозь двери.
Сзади меня на остановке только что с резким скрипом тормозов остановился трамвай. Он то и вернул меня обратно в мою печальную реальность.
— Привет, ребята, — пробормотала я, с ужасом глядя на серьезные лица «полицейских» из Зазеркалья. Мы втроем прекрасно понимали, что все вышесказанные обвинения в мой адрес были чистой правдой. — Классные у вас… шмотки!
Эта странная, но отнюдь несладкая парочка переглянулась между собой. На обоих была дорогая фирменная одежда обычных смертных студентов, правда размеры были слегка перепутаны и многие вещи одеты совсем не так, как надо. Например, на Диане были явно мужские зауженные джинсы, а Самсон, наоборот, натянул на свои мышцы женский безмерный кардиган. Было заметно, что эти ребята с Факультета Преданных из волшебной академии Зазеркального мира совсем не привыкли носить земные шмотки и очень скучали по своим серебристым латам и ярко-алым мантиям легионеров. Наступила неловкая пауза, в тишине которой, словно в недрах длинного туннеля угрюмо прозвучало предупреждение:
«Осторожно, двери закрываются, следующая остановка Главный Корпус академии. Бип-бип-бип…» Раздался громкий звуковой сигнал, вместо которого я вполне могла вставить все самые нецензурные бранные слова. Словно это закрывались двери в мое несуществующее будущее… Хотя, подождите-ка!
— Вот, держите крепче! — с нервной улыбкой я торжественно вручила Самсону свой недопитый холодный кофе, а Диане — покусанный кекс. И пока те с недоумением пялились на них, я резко развернулась и со всей дури кинулась в закрывающиеся двери трамвая. Они захлопнулись прямо перед сморщенным от негодования хорошеньким носиком Дианы. Самсон был находчивее — он схватился своей правой, самой сильной рукой за заднюю фару трамвая, которая с треском оторвалась, едва машина тронулась с места. На мое счастье водитель не заметил потери и, весело насвистывая, продолжил увеличивать скорость.
— Ты должна с нами отправиться на Суд Старейшин, — пробормотала, прижавшись носом к заднему стеклу и с наслаждением глядя, как от нас быстро удаляется пара высоких фигур, застывших в ступоре на остановке. — Сами идите-ка в такую даль! Болваны!
Наконец, мои ошарашенные преследователи скрылись за первым поворотом, и я, глубоко облегченно вздохнув, развернулась, дабы посмотреть, кто же сейчас ехал со мной в этом спасительном трамвае. Самое главное — не нарваться в такой неудобный момент на контролеров. Но я совершенно не успела разглядеть своих попутчиков, даже не смогла толком обернуться вокруг. Мой взгляд застыл на ближайшем пустом сидении, точнее — на его мягкой спинке, обитой темным дерматином. Там с любопытством пялясь на меня своими темно-зелеными бусинами чинно восседала моя недавняя знакомая — та самая бесхвостая белка, которая в нужный момент открыла дверь в кофейню и спасла зубы Даниэля от моего кулака.
— Ты-то что тут делаешь? До дупла с нами решила прокатиться? — шепотом спросила я, наклоняясь над храбрым зверьком. Тот навострил свои острые уши с кисточками, словно понимая каждое слово, которое я ему сейчас говорила. — Может, ты дрессированная и ручная? Сбежала из цирка? Сможешь дать лапу?
Зверек возмущенно пискнул и быстро повернулся к огромному заднему окну трамвая и забарабанил по нему своей маленькой когтистой лапкой, словно пытался мне что-то сказать. Я посмотрела туда, куда он указывал, и обомлела, мои руки затряслись, а колени подкосились. На фоне ярко-красного неба, раскрашенного пожаром заходящего солнца, отчетливо были видны два темных силуэта. За нашим трамваем, словно бы он гнал не под семьдесят километров в час, а раз в десять медленнее, спокойно бежала знакомая мне парочка. Рыжая девчонка и парень с длинными волосами на один бок, пряди которых сейчас развивались по ветру. Легко, непринужденно, словно на утренней пробежке, они быстро догоняли наш современный скоростной общественный транспорт. Через пару ударов моего почти остановившегося от ужаса сердца трамвай и вообще стал предательски тормозить, подъезжая к следующей остановке.
— Мы в дерьме, пушистый! — только и смогла произнести я, опускаясь на четвереньки и заползая в узкое пространство между сиденьями.
— Гражданочка, вы что совсем рехнулись? — с брезгливым визгом накинулась на меня пожилая дама, которая в самый последний момент взяла из проема на руки своего пушистого пуделя, трусливо поджавшего хвост. — Фу, Баркли, фу! В следующий раз поедем на такси!
— Я эм… не трону вашего пса, — быстро промямлила я, оправдываясь, — я тут… уронила колечко… дорогое. Вот ищу!
Как только двери трамвая тихим шуршанием распахнулись, в салон влетели Диана с Самсоном, а за ними чинно на борт поднялась пара строгих коренастых контролеров, одетых в фуражки и темно-синюю форму. Все перечисленные,
