Что это там, на дне бутылки? Червяк… Точнее, зеленая гусеница. А что делать, если она нырнет к тебе в бокал?
— Пойми меня правильно, Брайан. Таков был выбор матери Тильды. Мы были бы рады жить вместе с ней, но она привыкла к независимости.
В золотой бутылке закупорили солнце, а в густо-красной, наверное, спрятали органы для пересадки…
— Выбрала, что будешь пить? — спросил Алекс.
Клэрри ткнула в густо-красную. Из бутылки на нее смотрело собственное вытянутое лицо.
— Портвейн мы, пожалуй, оставим на после ужина, — негромко сказал Алекс. — Джин с тоником выпьешь? Ты любишь, я помню.
— Ладно.
С помощью блестящих, похожих на хирургические щипчиков Алекс под пристальным взглядом Клэрри бросил в бокал два кубика льда и налил бесцветной жидкости. Совершенно бесцветной. Клэрри была разочарована. Зато бокал приятно холодил ладони. Клэрри села в ближайшее к барной стойке кресло — глубокое, обласкавшее мягкой кожаной обивкой ее обнаженную спину — и уставилась в бокал. Что это там чернеет, внутри одного из ледяных кубиков?
— Я тебе говорила, что они наняли официантку на этот вечер? — Джуди Маршалл изящными пальчиками открыла бардачок, достала лак для ногтей и захлопнула отделение. — Прошу тебя, веди аккуратнее, дорогой, — сказала она, скручивая крышку флакончика. — Резкое движение может иметь плачевные последствия для обивки.
— Какого хрена ты там делаешь? — пробасил из-под усов Роджер Маршалл, лихо проходя поворот. Маневр был далек от аккуратного.
— Лак отколупнулся, котик, надо замазать. — Джуди умиротворяюще погладила его ногу. — Ты ведь любишь, когда я выгляжу идеально.
— Для меня ты всегда само совершенство. — Роджер послал жене улыбку.
— Гляди на дорогу! — приказала Джуди тоном мегеры-учительницы.
— Извини. — Он перевел взгляд на дорогу.
— Так говорила я тебе или нет?
— О чем?
Джуди вздохнула.
— Почему я должна все повторять по двадцать раз? Говорила я тебе, что они наняли официантку?
— Правда? — равнодушно отозвался Роджер.
— Да. Выделываются как могут. В последнее время Тильда жутко задирает нос — аристократку из себя строит, не иначе.
Густые брови Роджера сошлись у переносицы.
— Мне казалось, Тильда твоя лучшая подружка.
— Так оно и есть, дорогой, так оно и есть. — Джуди завернула крышку и забросила пузырек обратно в бардачок. — Мы с ней лучшие подруги. Потому-то я и считаю себя вправе высказывать любую критику по поводу ее поведения.
Роджер резко тормознул на светофоре.
— И ты ей в глаза можешь сказать, что она «выделывается» и «задирает нос»?
— Запросто. Не просто могу — именно так и скажу, при первой же возможности. Не думаешь же ты, что я стану сплетничать у нее за спиной?
Роджер покосился на жену. Чуть наклонив зеркальце над приборной доской, она подрисовывала и без того безупречно накрашенные губы.
Он открыл было рот для ответа — но в последний миг решил счесть вопрос риторическим.
— Нам, кажется, направо. Верно, дорогой? — Джуди искала, чем бы промокнуть губы.
— Не дергайся, я знаю дорогу. — Роджер свернул за угол и замедлил ход, подыскивая место для стоянки.
— Дорогой, иногда ты бываешь жутким занудой, — капризно-детским голоском пропела Джуди. — Надеюсь, сегодня этого не случится? Вон там есть местечко, видишь? За тем вульгарным чудовищем на колесах.
Ловко вписавшись в свободное место за «вульгарным» внедорожником, Роджер почти успел стереть с лица недовольство.
— Обошелся бы и без подсказок, — только и буркнул он.
— И что это означало? — Джуди резким движением подняла козырек с зеркалом.
— Ничего. — Он дернул рукоять тормоза и выключил двигатель.
Джуди выбралась из машины и, дрожа от холода и нетерпения, дожидалась, пока муж достанет с заднего сиденья шубку. Укутывая ее мехом, Роджер наклонился и приник поцелуем к шее Джуди.
— О-о! Дорогой, ты надел этот кошмарный блейзер! — вскрикнула она, поворачиваясь к нему лицом. — Боже, да у тебя еще и перхоть! — Джуди охлопала его воротник, потом взглянула в лицо мужа и с улыбкой погладила по щеке. — Шучу, радость моя, — проворковала она. — На самом деле ты у меня просто франт. — И, фамильярно дернув его за ус, первой двинулась по дорожке, оглянувшись разок лишь для того, чтобы бросить: — Нет, ты только погляди, что за железяку Тильда водрузила у себя перед домом. Что это на нее нашло?! Ничего себе скульптурка — одни яйца чего стоят.
От очередного звонка в дверь все вздрогнули.
— Я открою! — донесся из глубины дома голос Тильды.
Появление в гостиной еще одной пары гостей, представленных как Джуди и Роджер Маршалл, отвлекло Клэрри от изучения ледяных кубиков в бокале.
Имена были пустым звуком для Клэрри, пытавшейся осмыслить, где она видела человека в синем пиджаке. В нем все казалось знакомым, даже сияющие, будто форменные, пуговицы и надраенные до блеска туфли. И эти непроглядно-черные волосы… и усы как у военного… Военный… Маршалл… Маршал! Вспомнила! Усатый человек в фуражке, с угрожающе нацеленным огромным пальцем. Точно. «Ты нужен своей стране!» Китченер[1], вот он кто! Лорд Китченер с плаката военных времен. Победоносный вояка как раз кивал в сторону Клэрри, а Алекс повторял его имя — Роджер — и говорил что-то такое про близких друзей…
— Так ты, значит, и есть та девочка, что обженила Морриса, а-а-а? Наслышан, наслышан о тебе от твоего родственника. — Вояка подмигнул Алексу.
Клэрри решила, что подмигивание ей не понравилось, и перевела взгляд на глянцево-прилизанную женскую фигуру у двери. Круэлла де Виль[2] собственной персоной: гладко затянутые волосы, острые скулы, безупречно ровные тонкие арки бровей. Королевская осанка, властные жесты. Должно быть, и непременный мундштук таится в изящной сумочке черного бархата. Клэрри заметила, что Кость тоже изучает Круэллу, причем с очевидным неодобрением. По-видимому, Кость исповедовала методизм или что-то подобное, а Круэлла была откровенной язычницей, из тех, кто, не задумываясь, зубами сдерет шкуру с беззащитного животного.
— Что будешь пить, Джуди? — прервал мысли Клэрри голос Алекса.
— Водку с лимонадом.
Круэлла сбросила меха на руки Тильде, явив взору присутствующих шокирующее красное платье почти до полу, в сравнении с которым наряд хозяйки терялся. Тильда выжидающе потопталась, пока не сообразила, что Вояка не намерен расставаться с блейзером — не сразу, по крайней мере. Сообразив же, испарилась с недовольным бурчанием насчет «бездельницы Полин, которой следовало бы лично заниматься верхней одеждой гостей».
