Холодный ветер залетал под его футболку, поднимая ее и обнажая кожаный ремень с синими и черными заклепками, расположенными в шахматном порядке. Он крепко прижал рубашку к себе и придерживая ее на предплечьях продолжил путь.
– Главное на каких-нибудь скинов не напороться… – улыбнулся Руби. На смену ласковому солнцу пришла холодная луна. Она заменяла своим светом разбитые фонари ночного городка. Руби одел на голову наушники и включил музыку. В темноте за несколько десятков метров мертвенно тихо стоял парк. Деревья еле слышно шелестели листвой уступая ночному ветру в неравной борьбе. Термометры на стеклах оконных проемов панельных многоэтажек, нехотя отпускали столбики ртути, медленно, но неотвратимо стремящиеся упасть на протоптанную к земле траву. Руби остановился и еще сильнее вжался в свою рубашку. Он словно хотел растянуть ее подобно жевательной резинке. Наушники, не выдержав ярого желания немедленно согреться, сорвались с растрепанных волос и с громким хрустом упали на неаккуратно выложенную, старую плитку.
– А может ну это все? – обращаясь в никуда спросил Руби, подняв и одев их на шею.-Да не, не катит. Подарок все же.– остановившись, он крепко задумался, но спустя полминуты продолжил шаг.-Просто буду делать то что уже и так начал, посмотрим что будет. Признаться и забрать всегда успею.
– Эй, патлатый! – Руби замер. Сердце дрогнуло и ушло в пятки. Ему не хотелось оборачиваться. Он хотел убежать, но ноги просто отказывались двигаться, будто бы из подошв его конверсов глубоко в землю вытянулись титановые штыри. Ему хотелось кричать, но страх сковывал голосовые связки.
– Гляньте ка. Это ж эмо! Застрял в 2007? Я к тебе обращаюсь, глухомань! – пробасил незнакомец. Руби дрожащей рукой поднял челку, словно готовился бежать при первой же возможности, и медленно обернулся. Его взору предстали пятеро хорошо сложенных молодых парней. Все они были одеты в широкие синие джинсы, с подвернутыми штанинами, заканчивающиеся огромными мартинсами. Верхняя часть их одежды представляла куда большее разнообразие. У троих были олимпийки с какими-то надписями, у одного серая рубашка и у последнего черная майка с рваными дырами на груди и животе. Двое держали в руках железные биты, а остальные резкими движениями рук вынимали из бездонных карманов своих джинс ножи и отвертки.
– «Вспомнишь заразу и вот она сразу.» – мелькнула мысль в голове Руби и он начал медленно пятиться назад.
– Куда собрался, чмошник? Мы тебя еще никуда не отпускали! – вся компания начала подходить к эмобою. Ноги его наконец оторвались от земли и он побежал в темноту не разбирая дороги. Антиэмо тоже принялись набирать скорость, но Руби был быстрее. Он бежал не оборачиваясь, боясь сбить дыхание, чувствовал что преследователи нагоняют его. И вот один из них уже вытягивает руку чтобы схватить несчастного за волосы, но спасительный поворот вовремя приходит на помощь. Руби кричит во все горло, надеясь быть услышанным. Он смотрит через правое плечо на бегущих к нему ,и… врезается в так неудачно вставшее на пути дерево. Мозг в черепной коробке юноши от столь сильного удара будто повернулся на 180 градусов. Ноющая боль поразила его не сразу. Не успел он опомниться, как чьи-то грубые сильные руки ухватили его за волосы, и потащили во двор одной из многоэтажек. Руби ничего не понимал. Вместе с ультразвуковым писком в ушах он мог хорошо разобрать истерический смех нападающих. Как только он смог открыть глаза, он наконец-то понял что с ним произошло.
– «Ну вот и все.» -мелькнула мысль в его гудящей голове.
– Что ты забыл в моем районе? – обратился к парню один из старшеклассников, хватая его за футболку. – Разве твои дружки неформалы не предупредили тебя, что таким жалким женоподобным задротам в моем районе лучше не появляться!?– он еще сильнее сжал кулак. Руби тяжело дышал, но не произносил ни слов. Бонхеды окружившие его, со злобными ухмылками на лицах переглянулись, после чего эмобой получил удар в грудь. От столь резкой, пронзающей боли он инстинктивно прижал руки к туловищу. Его хрупкие ноги, не выдержав нагрузки подкосились и юноша упал на колени. Нападавшие, увидев костер страха, разгоревшегося в его глазах, не давая ему опомниться принялись бить тяжелыми мартинсами по его спине и животу. Руби съежился, надеясь, что они сами скоро прекратят, и оказался прав. Спустя несколько минут высоченный как скала бонхед отступил от дрожащего, валяющегося на земле парня и все шестерки повторили за ним. Затем он могучей рукой схватил Руби за волосы и прижал к стене на уровне своего лица. Руби вскрикнул от боли, и слезы блестящими в свете луны каплями побежали по его шее.
– Пока что можешь идти, но попадешься мне еще раз, пощады не жди. – бонхед с невероятной силой отбросил Руби в сторону. – Убирайся!
Юноша вскочил на ноющие ноги и побежал вдоль по улице, небрежно откидывая волосы назад. Он бежал вперед к своему дому, кратчайшей дорогой, боясь погони. Преследовать его никто не торопился, но страх не давал перейти на шаг или даже просто замедлиться. Совсем немного осталось и он уже дома. Многоэтажка с одним единственным горящим окном уже виднелась в паре кварталов. Руби свернул за угол и пронесся мимо девушки в серой толстовке и огромных наушниках, едва не сбив ее с ног. В блеклом луче единственного работающего фонаря он мельком успел разглядеть ее белоснежное лицо с ярко подведенными горящими глазами, но не уделил этому никакого внимания. Сейчас у него были проблемы посерьезнее. Со всех ног забежав в подъезд он ураганом пронесся по ступеням, тяжело дыша и то и дело перекидывая непослушную челку назад. Нужная квартира. Руби судорожно принялся рыться в кармане в поисках ключа. Обычно когда он поздно возвращался домой, он старался вести себя максимально тихо. Но увы не в этот раз. С громким поворотом ключа в замке и не менее громким скрипом квартирной двери, юноша забежал внутрь, встретившись взглядом с проснувшимся отцом. Он быстро захлопнул дверь и наконец остановился. Ноги его подкосились и он медленно сполз на пол, закрывая лицо бледными ладонями.
– Если уж и препираешься за полночь, то хоть не шуми! – окинув парня неодобрительным взглядом холодно пробасил отец.– И слезы вытри, не будь бабой!
– Пап… – подняв на отца блестящие от слез глаза начал Руби.
– Не пытайся оправдаться! Слезам мужика нет оправдания! Просто заткнись и не мешай мне спать! Не смей! – перебил отец и тяжело ступая уставшими за день ногами отправился в спальню. – "Не смей… Смотреть на меня её глазами…"
Руби забежал в свою комнату и закрыв дверь без сил рухнул
