Это очень серьезный проступок - срыв сроков, подрыв доверия клиентов и как итог, значительные убытки.
Мужчина откидывается на спинку кресла и едва заметно усмехается уголками губ.
- Почему же вчера, видя недочеты работы вы о них не сообщили? - снова спрашивает мужчина.
Спасибо, хоть не спросил, почему не исправила их.
- Не видела смысла. - пожимаю плечами. - Утром все равно все увидели и узнали.
Вру, смысл был. Доложи я начальнику, он бы сказал мне, как единственной оставшейся в офисе, доделать и проблемы бы не было. Сейчас, когда меня так вдумчиво и спокойно распекают становится еще хреновей, чем вчера. Лучше б орал, как шеф утром. Да и совесть с удвоенной силой точит, не давая расслабиться.
- Вы же сами понимаете Юлия Андреевна, что это неправда. - замечает спокойно. - Чьи подопечные допустили ошибки? Я знаю, что каждый из вас - Антон и вы - отвечаете за несколько человек в отделе. Чьи недоработали?
- Антона, - приходится признаться.
Проверить это не составит труда, даже если у меня есть доступ, то у директора подавно. Краем сознания отмечаю, что бывшего он называет просто по имени - ну да, будущие родственники.
- А Антон в конце дня проверяет выполнение работы отдела? - вкрадчивый и до ужаса спокойный тон просто выводит из себя, заставляя непроизвольно сжаться.
Тон слишком спокойный. Взгляд слишком вдумчивый. Все в этом мужчине слишком… Мне не комфортно. Наверное так чувствует себя лягушка, которую препарируют.
- Не знаю, я за ним не слежу. - снова вру, прекрасно знаю, он не проверяет. Я давно забрала это на себя и просто смысла нет проверять дважды.
Шеф прищуривается и будто знает, что я обманываю:
- Не знаю, в курсе ли вы, но у директора есть доступ к информации, с какого компьютера последний раз заходили в общую систему и еще до того, как вы сказали, что видели вчерашнюю недоработку, я уже это знал. Так же, как и то, что второй наставник не был в ней за последний год ни разу. За более ранний срок, к сожалению, посмотреть невозможно, информация только год хранится. Но поскольку его не было там, очевидно, что и статистику он не просматривает.
Черт. Эта программа более сложна - можно статистику выполнения посмотреть, где видна общая цифра выполненных заказов, а система нужна только для того, чтобы норму у каждого отдельно сотрудника отслеживать, а это нужно начальнику отдела, которого у нас пока нет. В нее каждый раз нужно заходить - вводить логин, пароль, автоматическое сохранения на ней не работает.
Я приучила себя пользоваться именно ей, потому что кто-то может переработать, кто-то недоработать, а цифра итоговая будет одинаковая, вот только направления у всех-то разные. Игорь Валентинович, всегда настаивал, чтобы мы пользовались именно системой, а статистика для рядовых сотрудников отдела. Но скажите, пожалуйста, неужели никто никогда не халтурил?
- Из чего несложно сделать вывод, - продолжает мужчина, - что функцию контроля в отделе выполняли именно вы. И думаю, что обычно в таких случаях, вы исправляли подобные огрехи. Мне не составит труда еще раз зайти в систему и проверить, какой компьютер работал и после окончания рабочего дня, подбивая заказы до нормы. Мне только интересно, что же случилось вчера? Почему вдруг не сделали как обычно? Ревность замучила и захотели подставить бывшего любовника? - теперь в его голосе звучала сталь. Он подался вперед уперев локти в стол и сцепив пальцы в замок. Взгляд просто резал на части.
- Вы же все уже решили на счет меня?! - медленно встала на подрагивающие ноги. И я не спрашивала, скорее утверждала. Потому что видела - решил. - Зачем тогда это показательное линчевание? Я и сама все прекрасно понимаю, поэтому не стоит утруждаться и повторять то, на что утром очень явно намекнул ваш отец.
Психанула, просто не выдержала и психанула. Терпеть не могу, когда вот так убийственно спокойно говорят о твоих косяках. Еще со времен школы ненавижу - отец делал точно так же. Шеф утром наорал, я все поняла - увольнение так увольнения. Меня так вымотали эти две недели, что сейчас уже перспектива остаться без работы не пугала. Не понимаю только, зачем повторять снова.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- И что же я по вашему решил? - снисходительно улыбается мужчина.
И это бесит еще больше. Будто перед ним неразумное дитя.
- Ой, только не надо прикидываться, - меня уже несет. Если увольняют, смысл уже следить за тем, как я говорю, в конце концов я же не собираюсь оскорблять. - Я уволена - это и так понятно. А теперь, если это все, я хотела бы пойти домой.
Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и иду к выходу. Оставаться здесь больше не хочется.
- Вы на машине? - резко торможу, не ожидая услышать такого вопроса. Да и произнесен он обычным повседневным тоном.
Хлопаю глазами, пытаясь сообразить, что это оказывается обычный голос нового шефа и он так непривычно мягко обращается именно ко мне.
- Нет, на автобусе, - бросаю через плечо, потянувшись к ручке двери.
- Я вас отвезу, уже поздно, - звучит бескомпромиссное в ответ.
Все же поворачиваю голову к собеседнику и вижу, как Александр Игоревич встает из-за стола, подхватив висящий на спинке кресла пиджак и телефон, идет в мою сторону.
- Я могу себе вызвать такси, - возражаю.
Ехать с ним в одной машине не хочется. У него так быстро меняется настроение и тон разговора, что становилось страшно - не знаешь, что будет в следующую минуту.
- Это не безопасно в такое время, - невозмутимо говорит мужчина, открывая дверь и пропуская меня вперед.
- И смысл меня подвозить сегодня, если завтра я все равно пересяду на обычный свой транспорт, - бурчу себе под нос.
Ну ведь правда, от того, что он подвезет меня сегодня, завтра у меня ни права, ни машина не появятся и я снова пересяду на автобусы.
Мой выпад конечно же был услышан.
- Предлагаете подвозить вас каждый день? - уже совсем весело замечает он.
Молчу, только сильнее поджимаю губы. Совсем не смешно.
- Подвозить меня, это впустую потраченное время.
- Это мое время. И еще больше вы его тратите, пререкаясь со мной сейчас.
Вздыхаю, но спорить больше не решаюсь. “Раньше сядем - раньше выйдем”.
Спускаемся на парковку. Для меня галантно открывают двери авто и подают руку, что для меня непривычно, а для шефа похоже обычное дело.
Вся дорога до моего дома, проходит в молчании, разбавленном спокойной музыкой, льющейся из стереосистемы. Я только называю адрес своего дома, получила в ответ “хорошо” и все.
Надо бы поговорить о моей отработке положенные две недели, но поворачивая голову к мужчине с намерением задать этот вопрос, тут же осеклась - сейчас снова как заговорит своим убийственно спокойным, но леденящим тоном… не хочу. Завтра приду в отдел кадров и все узнаю, уверена, что уже утром у них будут все распоряжения.
Машина тормозит возле моего дома и я берусь за ручку дверцы.
- Спасибо, что подвезли. Всего доброго Александр Игоревич, - не важно кто передо мной и как я к нему отношусь, вежливость никто не отменял.
- Юлия Андреевна, - останавливает меня мужчина, когда я уже собираюсь выйти, - с завтрашнего дня и на две недели у вас стажировка. Вам на почту сейчас вышлю все данные. В фирму, куда вы идете работать, документы уже направлены. Вас там будут ждать завтра в восемь утра. И не забудьте по окончанию стажировки, подготовить отчет по ней.
Едва заметно хмыкаю. Вот и вопрос с двухнедельной отработкой решен. И отрабатываю и в тоже время в офисе меня не будет. Продумано, что тут еще скажешь.
- Я поняла. До свиданья.
Соскальзываю с сиденья и ухожу в подъезд, а дальше в квартиру.
Ну что ж, этот исход был закономерен. Вместо годовщины, повышения и близких людей рядом, я сижу в квартире одна, без любимого человека, теперь еще и без работы.
Глава 5
В среду, облачившись в офисное платье, как примерная девочка, стучу каблуками к временно-новому месту работы.
