мой “сообщник”.
Ладно-ладно, я свою “проблему” в состоянии решить сама.
Глава 4. Жорж и потеря потерь
Влада
Время девять часов пятьдесят пять минут. Солнечное утро середины августа. Я стою и таращусь на вывеску, сообщающую о том, что передо мной вход в фотостудию “Жоржа Лесовского” – бога современной фотографии. Коленочки дрожат, сердце заходится, ладошки нервно потеют. Всего маленький шажок до порога, который станет огромным шагом к моей мечте.
Ладно, была ни была! Хватит нервно мяться у дверей, настало время решительных действий. Не зря же я всю жизнь поставила свою на кон. Играть, так по-крупному!
Перехватываю папку со своими лучшими работами, прижимая к груди, как родное дитя, и смело захожу внутрь. Все будет тип-топ, я уверена. Иначе и быть не может. Тем более, в светлом, увешанном картинами фойе за невысокой стойкой меня уже встречают.
– Добрый день, я к Жоржу Лисовскому, у меня...
– Добрый день, вы Владислава Рыбкина? – улыбается миловидная девушка-администратор. На вскидку, моя ровесница. А если совсем расфантазироваться, то можно подумать, что тоже фотограф.
Тут, наверное, все такие: немножко с “кукушкой” и объективами вместо глаз.
Я киваю.
– Проходите на второй этаж, последняя дверь направо. Жорж уже вас ждет.
Ох, как все быстро и просто.
Еще раз киваю, совершенно от нервов растеряв весь запас своего красноречия, и крутанувшись, припускаю в сторону лестницы, уже почти со второго этажа, перегнувшись через перила, крикнув девушке “спасибо”. Нервы нервами, а хороший тон никто не отменял.
Дальше топаю прямо по коридору, который и не такой уж большой, и вот она заветная дверь. Стучу. Жду. Слышу:
– Войдите.
И собственно вхожу. Дрожа от волнения, как воробышек.
– Добрый день, – натягиваю на губы улыбку, – я…
– Владислава! Привет!
Да-да, именно она, пребывающая на грани потери сознания. Слова до сих пор не желали прорезываться, поэтому я активно закивала, как китайский болванчик, таращась на кумира своего детства во все глаза.
Максимально приземленный и до ужаса неформальный. Никаких вам костюмов и рубашек, простые джинсы и песочного цвета футболка. Длинная светлая шевелюра в легком эстетичном беспорядке, а щеки покрывает густая щетина.
Блин! Не верится, неужели это и правда он? Тот самый Жорж, о работе с которым многие могут только мечтать? Божечки-и-и, доберусь до Степаниды и расцелую!
– Ну, что ты замерла? – улыбается маэстро, – проходи давай, садись.
Прошла. Села. Вернее, плюхнулась попой на стул, все еще пребывая в состоянии немоты.
– Я рад наконец-то с тобой познакомиться, Влада. Когда наша любимая Степанида показала мне твои работы, я сразу понял, что не могу пропустить такой неограненный бриллиант. Ты просто обязана со мной поработать! Для меня это честь.
Что? Что он сказал? Поработать со мной – для него честь?
Все-е-е-е, держите меня семеро, иначе я сейчас грохнусь в счастливый обморок! Сердце ухнуло в пятки и категорически отказывалось возвращаться на место. Улыбка расплылась по лицу, как варенье по тарелке, аж скулы начало сводить.
Услышать такие приятные слова, да от мастера, который работает на самых именитых показах, вплоть до Милановских недель мод… это не то что дорогого стоит, это просто самое дорогое, что есть в мире фотографии!
– Я… я… не знаю, что сказать, – попыталась я выдавить хоть что-то вразумительное. Вышло плохо. Вернее, никак. Получалось только улыбаться.
– Например, скажи “привет”.
– Спасибо вам огромное!
– Не “привет”, но тоже сойдет, – подмигнул мужчина, – и давай договоримся: не вам, а тебе. Давай на ты. Терпеть не могу этот официоз, – отмахнулся Жорж.
Нет, все-таки ущипните меня, пожалуйста! Я точно не сплю? Точно-точно?
– Я только за, конечно же. И… привет, – наконец-то выдавила я, протягивая руку. – Для меня огромнейшая честь с вами поработать, Жорж! Ой, то есть с тобой.
– Ничего, – засмеялся именитый фотограф, отвечая на мое рукопожатие, – со временем привыкнешь.
Да вот сильно сомневаюсь, что к такому возможно привыкнуть. Это ведь как дотянуться до звезды! До той, самой яркой и манящей, на которую ты смотришь день и ночь в таком далеком темном небе, протягивая ладони в надежде хоть на миллиметры стать ближе. Звезды, которая кажется совершенно недосягаемой.
Сказка, не иначе.
Но что самое потрясающее, эта “звезда” в жизни оказалась человеком более чем приятным и забавным. Болтливым до ужаса и супер гостеприимным. Встретив и усадив в кресло, Жорж налил нам по чашечке чая для успокоения нервов, притащил коробку конфет и приказал мне перестать трястись так, как будто передо мной сидит сам дьявол.
Мужчина расспрашивал про мои увлечения, работу, учебу, жизнь. Держался мастер со мной так, будто мы закадычные друзья и знакомы вечность, не меньше. Активно вовлекал в дискуссию и интересовался, где и с кем я хотела бы поработать в дальнейшем. Какому формату съемки отдавала бы предпочтение: показам, персональным фотосессиям или сотрудничеству с журналами. Вкратце поведал, какая работа в этот год “партнерства” нам предстоит, и рассказал, что на его курсах, помимо меня, будет еще три человека.
Я чувствовала себя так легко и непринужденно, что совершенно расслабилась и потеряла счет времени. Было приятно болтать, болтать и болтать, зная, что тебя слушают, слышат и понимают. Рассказывать о своих мечтах человеку, который однажды был таким же мечтателем и который “смог” – это точно особый вид кайфа!
Влада
Из мастерской Жоржа Лесовского я вышла уже почти в два часа дня.
Следующая встреча была назначена на завтра. Мастер объявил, что устроит вводное занятие, и теперь я жду, не дождусь следующего утра.
Довольная, как слон, зажевав вкуснейшее эскимо на палочке и переделав все задуманное, я зашагала в сторону метро. Удачно села в поезд и полезла в сумочку за наушникам, да неожиданно поняла... что ключей-то у меня и нет. Они не брякают...
Меня кинуло в жар, потом в холод. Я что? Посеяла ключи от квартиры?
Прощупала карманы джинсовой курточки, потом снова перетрясла содержимое рюкзака, и все тщетно. Отлично. Замечательно, Влада! И что мне теперь делать? Куковать у подъезда в ожидании всемогущего дяди Паши?
Блин. Да что за девочка-катастрофа-то, а?
Посмотрела на часы, время только пятый час. А значит, у меня достаточно много времени для того, чтобы подышать свежим воздухом. Буквально передышать им могу! А потом еще, и еще, и еще… Так! Отставить панику, Владислава, как сказал бы папа.
Кстати, папа!
Сеть ловит, уже неплохо.
