что исполнение её достигнет
такого совершенства!
VII, 15
Жань Ю спросил:
– Учитель за вэйского государя?
Цзы Гун сказал:
– Ладно, пойду спрошу.
Войдя, Цзы Гун спросил:
– Что за люди были Бо И и Шу Ци?
Учитель ответил:
– Достойные люди древности.
Цзы Гун снова спросил:
– Роптали на что-нибудь?
Учитель ответил:
– Добивались человеколюбия и обретали человеколюбие,
на что же роптать?
Цзы Гун вышел от Учителя и сказал:
– Учитель не за вэйского государя[78].
VII, 16
Учитель сказал:
– Есть просо, пить воду из родника,
спать, подложив под голову руку —
и в этом радость нахожу.
Богатство же и знатность,
добытые неправедным путём,
подобны для меня плывущим облакам.
VII, 17
Учитель сказал:
– Поживи я подольше на несколько лет,
то пять-десять из них посвятил бы изучению «Перемен»
и тогда смог бы избежать больших ошибок.
VII, 18
Вот о чём Учитель говорил высоким слогом:
О «Ши», «Шу» и поддержании ритуала.
Всё это звучало красочно и торжественно.
VII, 19
Шэ-гун[79] спросил о Конфуции у Цзы Лу. Тот не ответил.
Учитель заметил Цзы Лу:
– Почему ты не сказал ему:
«Это такой человек,
кто в воодушевлении забывает о пище,
в радости не помнит о печали
и не задумывается о том, что вот-вот наступит старость?»
VII, 20
Учитель сказал:
– Я не тот, кто с самого рождения постиг её, а тот, кто,
возлюбив древность, упорно стремится проникнуть в неё.
[Вариант перевода]:
– Я не тот, кто от рождения обладает знаниями,
а тот, кто, возлюбив древность,
старательно стремится к обретению знаний.
VII, 21
Учитель не говорил о чудесах, силе, смуте и ду´хах.
VII, 22
Учитель сказал:
– Случись идти втроём,
я непременно извлекаю для себя урок:
что нахожу в них доброго, то принимаю,
что нахожу в них недоброго, то исправляю.
VII, 23
Учитель сказал:
– Небо породило во мне Дэ.
Так почему же этот Хуань Туй[80] так относится ко мне?
VII, 24
Обращаясь к ученикам, Учитель сказал:
– Вы что же, дети мои, считаете, что я стал скрытен?
Что бы я ни делал,
то не без вас, дети мои.
Я, Цю, таков.
VII, 25
Учитель учил четырём вещам:
культуре, поведению,
преданности и доверию.
VII, 26
Учитель сказал:
– Что касается совершенномудрого человека,
то мне не удавалось увидеть такого.
А вот что касается возможности
увидеть благородного мужа,
то это осуществимо.
Учитель сказал:
– Что касается человека добра,
то мне не удавалось увидеть такого.
А вот что касается возможности
увидеть обладающего постоянством,
то это осуществимо.
Тому, кто из неимущего становится имущим,
из пустого становится полным,
из бедного становится богатым —
трудно обладать постоянством.
VII, 27
Учитель удил рыбу, но не ловил сетью.
Стрелял привязанной стрелой,
но не бил птицу, севшую на гнездо.
VII, 28
Учитель сказал:
– Вероятно, есть такие, кто творит, не обладая знанием.
Я не таков: много слушаю, отбираю хорошее и следую ему;
много наблюдаю и запоминаю всё – так строю знание.
VII, 29
Люди селения Ху Сян с трудом поддавались увещеваниям.
Поэтому, когда от них пришёл отрок,
стоящие у дверей засомневались, впускать ли к Учителю?
Учитель сказал:
– Дайте ему войти, не дайте ему уйти.
К чему такие строгости?
Человек пришёл, чтобы очиститься,
так дайте ему очиститься.
Неважно, откуда он прибыл.
VII, 30
Учитель сказал:
– Далеко ли человеколюбие?!
Я пожелал человеколюбия и человеколюбие тут как тут.
VII, 31
Сыбай[81] из Чэнь спросил:
– Знает ли Чжао-гун ритуал?
Конфуций ответил:
– Знает.
Когда Конфуций ушёл,
Сыбай, кланяясь Ума Ци[82] и впуская его, сказал:
– Я слышал, что благородный муж беспристрастен,
но, оказывается,
благородный муж тоже проявляет пристрастие?
Государь взял жену в царстве У,
а так как она была той же фамилии,
назвал её Мэнцзы из У.
Если государь знает ритуал, то кто же не знает ритуала?
Ума Ци рассказал об этом Учителю. Учитель воскликнул:
– О, счастье мне! Если сделаю ошибку,
люди непременно узнают о ней.
VII, 32
Когда Учитель оказывался в компании с людьми,
которые пели, и пели хорошо,
то непременно просил повторить пение,
а потом сам присоединялся.
VII, 33
Учитель сказал:
– В культуре вряд ли равный мне найдётся.
Но вот чтоб выйти в благородные мужи,
то это мне ещё не удалось.
VII, 34
Учитель сказал:
– Уподобиться совершенномудрому да ещё и обладающему
человеколюбием, разве я посмею?
Лишь осуществляю человеколюбие без пресыщения,
поучаю людей неутомимо,
только это и можно сказать обо мне.
Гунси Хуа заметил:
– По правде говоря, этому-то мы, ученики,
пока и не смогли научиться.
VII, 35
Учитель серьёзно заболел.
Цзы Лу попросил разрешения помолиться за него.
Учитель спросил:
– А делают ли так?
Цзы Лу ответил:
– Делают. В одной из эпитафий сказано:
«Моления возносим за тебя душе и духу Неба и Земли».
Учитель сказал:
– А я уже давно молюсь!
VII, 36
Учитель сказал:
– Расточительность ведёт к непослушанию,
а бережливость к скупости.
Уж лучше скупость, чем непослушание.
VII, 37
Учитель сказал:
– У мужа благородного в душе спокойно и свободно,
а мелкий человек пребывает в бесконечных скорбях.
VII, 38
Учитель был ласков, но строг,
величествен, но не жесток,
был всеми почитаем и спокоен.
Глава VIII. «Тай Бо…»
VIII, 1
Учитель сказал:
– Тай Бо[83] – вот кого можно назвать достигшим Дэ:
трижды он уступал Поднебесную,
и народ не знал, как восславить его.
VIII, 2
Учитель сказал:
– Почтительность без ритуала – труд напрасный.
Осторожность без ритуала – ведёт к трусости.
Храбрость без ритуала – вызывает смуту.
Прямота без ритуала – выливается в грубость.
Если благородные мужи верны родственным узам,
то народ проникается человеколюбием.
Если старая дружба между благородными не забывается,
то в народе не творятся низости.
VIII, 3
Цзэн-цзы заболел, созвал своих учеников и сказал:
– Поставьте меня на ноги! Возьмите меня за руки!
В «Ши» сказано:
«Будь осмотрителен, будь осторожен,
как будто стоишь над бездонной пучиной,
как будто ступаешь по тонкому льду»[84].
Отныне и впредь я постиг избавленье!
Вот так-то, юные дети мои!
VIII, 4
Когда Цзэн-цзы заболел, его навестил Мэн Цзинцзы[85]
и осведомился о недомогании.
Цзэн-цзы произнёс:
– Крик птицы перед смертью жалобен,
человек перед смертью о добре говорит.
То, что благородный муж ценит в Дао,
состоит из трёх положений:
в выражении лица быть далёким
от жестокости и надменности,
обликом своим вызывать доверие,
в тоне разговора избегать пошлости и фальши.
VIII, 5
Цзэн-цзы сказал:
– Быть способным и спрашивать
