Читаем без скачивания Там, где умирают корабли - Уильям Дитц

— Я скоро вернусь!

Под тяжестью Дорна сходни прогнулись, но выдержали. Доски были скользкие, но поперечины позволяли на них удержаться. Под сходнями по илу, извиваясь, ползали рыбы с выпученными глазами. При встрече с местными ракообразными они отталкивались хвостом, подпрыгивали и шлепались в грязь уже несколько дальше. Большинству удавалось уйти.

В прямом соответствии с названием заведения, «кантина» была выкрашена в красный цвет. Палуба давно выцвела и была сплошь заляпана белым птичьим пометом. Массивная дверь преграждала Дорну путь. Он толкнул ее и вошел внутрь.

За дверью было довольно темно и относительно прохладно. Миновав конторку, юноша прошел в центр зала. В зале стояло пятнадцать двадцать столов, на них лежали стулья. Уборщица вытирала шваброй пол. Она даже не подняла на Дорна глаза.

Откуда-то из глубины комнаты раздался женский голос:

— Чем могу вам служить?

Дорн откашлялся и постарался придать голосу солидности:

— Один из моих друзей посоветовал к вам заглянуть.

— Вы с другой планеты?

— Совершенно верно.

Он услышал легкие шаги, и из полумрака выступила женщина. У нее было красивое лицо, во всяком случае, когда-то оно, несомненно, было красивым. Что же касается фигуры… она и сейчас завораживала семнадцатилетнего подростка. Женщина заметила это и улыбнулась:

— Как вас зовут?

Дорн решил не врать, за что и поплатился.

— Мое имя Восс, Дорн Восс.

Она подняла тщательно выщипанные брови.

— Правда? Вы из семьи, которая владеет компанией «Восс Лайнз»?

Дорн скромно кивнул:

— Да, я — сын ее владельцев.

Женщина протянула руку, Дорн поспешил ее пожать. Только тогда он увидел золотистую змейку с рубиново-красной пастью, обвивавшую запястье дамы. Клыки змеи оказались всего в нескольких сантиметрах от его пальцев.

— Добро пожаловать в «Кантина Роха». Меня зовут Кармен, и я хозяйка этого заведения!

— Очень рад, — вежливо ответил Дорн, стараясь не пялиться на ее груди, — когда вы открываетесь? Мне бы хотелось переброситься в карты.

Мисс Кармен заметила, что парень хорошо одет, что у него дорогой уронокомпьютер, и пришла к заключению, что молодой человек — повеса, сын богатых родителей, который вообразил себя игроком и просаживает кучу денег, как только садится за стол. Наверняка он прибыл с последним кораблем. Однако ей-то деньги ох как нужны! Кармен облизнула губы кончиком языка.

— Мы открываемся в девять! Куда прикажете прислать за вами машину?

Дорн почувствовал себя значительной персоной. Вот это — деловой разговор!

— В «Приют космонавта»!

— Хорошо, — кивнула Кармен, — машина будет ждать вас у входа в восемь сорок пять. Я, конечно, не могу обещать, но надеюсь, что мои постоянные клиенты будут рады встретиться с вами за игорным столом.

Дорн поблагодарил любезную Кармен, вышел из казино и пошел длинной дорогой назад. Наверное, надо будет вздремнуть, перед тем как отправляться играть.

Впереди длинная ночь… и доходная.

4

Нет большего зла, чем то, что причиняют родители своим детям.

ПЛАНЕТА МЕХНОС

Карнэби Орр, владелец компании «Орр энтерпрайзес», великолепный промышленник и обладатель несметного количества призов и наград за особый вклад в процветание общества, поднял игрушечного желтого утенка над ванной, где плескался его сын, и бросил вниз. Игрушка с брызгами ударилась о воду, и малыш радостно засмеялся:

— Еще раз! Пожалуйста, папочка!

Орр ласково улыбнулся и повторил этот нехитрый трюк. Мальчик рассмеялся снова, потом сам взял утенка и утопил. Игрушка коснулась дна ванны, потом подскочила и закачалась на волнах мыльной пены.

— Так, сынок, пора одеваться. Нас ждут доктора.

— Не хочу к докторам, у меня ничего не болит! — закапризничал мальчик.

— Конечно, не болит, но каждый человек должен время от времени показываться докторам. Так что давай вылезай и бери полотенце!

Двадцать пять минут ушло на то, чтобы уговорить Дейсона вылезти из ванны, вытереть его, одеть и спуститься в холл. Лестница вилась вокруг колодца с прозрачными стенками, внутри которого в невесомости парила трехмерная модель Конфедерации. Звезды изображались светящимися шариками, вокруг каждой планеты вращалось необходимое число спутников, облачность соответствовала времени года, и вся модель двигалась по тщательно рассчитанной орбите. Красные огоньки отмечали планеты, где владения компании «Орр энтерпрайзес» оценивались в 50 миллионов кредитов или более. Таких были сотни.

Так сложилось, что 90 процентов обитаемых планет Конфедерации группируются на противоположных концах, как шары на концах гантели. В силу этого население Конфедерации оказывается на максимальном удалении от соседей. Открытие телепортации плюс ограниченное число зон с повышенной интенсивностью гравитационного поля, известных как «сквозные тоннели», позволяли противоположным областям Конфедерации вести торговлю друг с другом. Эти тоннели, называемые еще «искривлениями пространства», облегчали кораблям путь, позволяя нырнуть на одном конце Конфедерации и мгновенно вынырнуть на другом. Правда, если тоннель оказывался несквозным, тупиком, то где они выныривали, не знал никто: оттуда не возвращались.

— Карнэби, это ты? — Голос принадлежал жене Орра и звучал мягко и мелодично.

— Да, милая, — терпеливо ответил Орр, — это мы. Джейсон принял ванну, и мы едем в клинику, надо пройти полугодовой осмотр.

Мелани Орр встретила сына и мужа у подножия лестницы.

Жена Карнэби была красивой женщиной, хотя сама так не считала. На ней была белая безрукавка и такие же шорты. Шорты открывали длинные загорелые ноги, а безрукавка подчеркивала высокую грудь и красивые плечи. Джейсон бросился к ней:

— Мама, можно мы поедем кататься на дозасах? Пожалуйста, можно?

Мехносские шестиногие животные, которых называли дозасами, были очень красивы и использовались людьми в тех же целях, что и лошади на Земле.

Мелани широко улыбнулась сыну:

— Конечно, дорогой, сразу же после урока музыки. А теперь беги, у мамы болит голова.

Джейсон уже был более чем хорошо знаком с мамиными головными болями, а также с множеством пилюль, капсул и уколов, которые она применяла для борьбы с ними.

Малыш вприпрыжку побежал к выходу. А Орр поцеловал жену в щеку, кивнул ее телохранителю и деловой походкой последовал за ним.

График показывал, что в это время суток стоит чудесная погода. А почему бы ей и не быть такой? Ведь все комплектуюшие для системы управления погодой поставляют предприятия Орра! Системой предусмотрен дождь с двух до пяти утра. Сбои случаются крайне редко.

Три одинаковых лимузина стояли у подъезда дома Орров. Элементарная логика подсказывала, что босс и его сын должны ехать в средней машине, а две другие служат для прикрытия. Однако именно поэтому Ари Гозен, начальница службы безопасности Орра, направила охраняемых в последний лимузин и села туда же сама, взяв на изготовку помповый карабин. Высокая, худощавая женщина лет тридцати, с вытянутым лицом, она была непривлекательна, но дело свое знала хорошо. Соблюдая субординацию, Ари терпеливо ждала, пока шеф опустит стекло, отделяющее салон лимузина от половины водителя и охраны. Наконец раздался голос Орра:

— Ну, что там у нас?

В ответ она привела в действие вживленный усилитель телепатического обмена. Строго конфиденциальная информация потекла прямо в голову шефа: «Мы контролируем траанцев с помощью биосистем и роботов. Однако они тоже следят за нами, используя средства авиашпионажа, а также через подкупленного агента нашей службы безопасности».

Орр мрачно кивнул. Агенты-перебежчики становились серьезной угрозой. Когда речь идет о миллиардах, верить нельзя никому.

— Хорошо! Велите шоферу ехать в клинику. Как только переговоры с Траа закончатся, направьте перебежчика на Реон-4 и, как только он туда прибудет… увольте его.

Ари приняла приказ к исполнению, и перегородка с тихим шелестом поднялась вверх.

Реон-4 был пограничной планетой в самом центре оси, соединяющей полюса Конфедерации. С замаранной репутацией, без поддержки хозяев, предатель хлебнет там горя, а уж о возвращении ему и мечтать не придется. Но все же это решение было достаточно милосердным. Многие из директоров Орра настаивали бы на более суровой ссылке.

Шеф службы безопасности включила связь и опросила посты. Получив «добро» по всему маршруту, она отдала приказ на движение. Кортеж машин прошелестел шинами по тщательно ухоженному проезду, с обеих сторон обсаженному топиарами. Их ярко-зеленая листва давала густую тень.