огня. Во многих проливах и в некоторых заливах, смотря на крутые утесы и обрывы, лежащие один против другого, вы ясно видите, что они некогда составляли одно целое и были подножиями или высокого хребта, или огромного вулкана, которые, или обрушились в бездну моря, или взорваны. В одном месте (на юго-восточной стороне Умнака), подле самого берега, находится высокий (Котельный) мыс, который с морской стороны совершенно отвесный, а с береговой постепенно понижается и невысокими холмами соединяется с другими горами; пред ним, на несколько миль, простираются в море подводные камни, замыкающееся одним надводным. И с первого взгляда вы скажете, что этот мыс есть остаток огромнейшей и высочайшей горы или целого хребта, занимавшего все пространство нынешних подводников, и у которого надводный камень с южной стороны, а береговой мыс с северной, составляли подошвы его: и этот хребет или вулкан обрушился в море, и тем составил непроходимое и опаснейшее для мореходца место.
Но когда и давно ли были такие странные перевороты? — Это остается на догадку ученых. — Судя же по нетолстому пласту земли, состоящей из согнивших растений, покрывающему здешние острова, (если только можно судить по этому), и по некоторым местам, или еще совсем голым, или уже мало-помалу начинающим одеваться травою, — можно думать, что: 1-е) вулканические перевороты здесь были не вдруг в одно и то же время, но в разные времена. 2-е) Самый первый переворот был не слишком в глубокой древности, и может быть не более как за 5–10 столетий; но без сомнения прежде, нежели острова сии сделались обитаемы, или, по крайней мере, до прихода нынешних жителей. 3-е) Самый последний переворот из числа великих, был не очень давно и уже тогда, как острова здешние были заселены; потому что у алеутов есть предание, или сказка, о борьбе и сражении некоторых вулканов, где Макушинская сопка осталась победительницею. (Об этом будет сказано в своем месте). Сверх того, между ними есть и другие такого рода предания, которые, впрочем, касаются только до частных вулканических изменений и явлений, например, говорят, что там-то гора дымилась, а после перестала; там вместо одной потухшей задымились или загорели другие; здесь осыпались утесы и проч. (Об этом будет упомянуто при описании островов в частности). Все таковые рассказы хотя и интересны, но не совсем удовлетворительны. С достоверностью же и довольною подробностью можно сказать о весьма немногих явлениях и очень недавних.
В сем отношении достопримечательны острова: Унимак, Богослова, и отчасти Умнак и Юнаска.
Новый остров Богослова, находящийся в широте 53˚ 58’ и долготе 168˚ и 05’ западн., явился в первых числах мая 1796 года. Пред появлением его незадолго на том месте виден был пар или дым столбом; а на 8-е число, после сильного подземного грома, при северо-западном ветре, из-под тумана, увидели на море новый небольшой черный островок или камень, из которого в первое время показывалось большое пламя, и в тоже время на Умнаке было землетрясение, а в горах, лежащих в северо-восточной оконечности его, слышан был гул, похожий на выстрелы из пушек; на другой день пламя и землетрясение перестало, и вместо пламени несколько времени виден был от него густой дым. При появлении острова много выкидывало пемзы. Остров сей, явившись весьма небольшим, так, что в первое время был менее, чем в пятеро против нынешнего, — мало-помалу начал увеличиваться в объеме и делаться выше и выше, осыпаясь в тоже время со всех сторон; но наконец в 1823 году заметно перестал расти и осыпаться. Со времени появления его и до тех пор, пока перестал увеличиваться, он был горяч, так, что от него всегда шел нар, и даже морская вода подле него в первое время была тепла.
Остров Унимак, в отношении вулканических явлений, издревле занимает первое место, или по особенной величине его, или по высоте и положению гор на нем находящихся. Около 1795-го года хребет, лежащий на SW оконечности Унимака, при западном ветре, взорвало с ужасным громом и извержением пепла, или сажи белого цвета, в таком большом количестве, что среди дня, не только в близлежащих селениях на Аляксе, но даже и на Унге, на несколько часов была совершенная тьма; вечные льды, лежавшие на этом хребте, скатились вниз на обе стороны с большим количеством воды и горелых каменьев разной величины; последние остановились в полухребте в виде окопа или черного пояса, и видны доныне. Также еще видны приметы на том месте, где текла вода и где несколько годов лежал скатившийся лед; (растения тут лишь только начали появляться). Ныне замечают, что этот же самый хребет, после того переворота бывший в покое, в последние годы в одном месте начал расти или выпучиваться.
1825 года, марта 10, после сильного подземного грома, очень похожего на канонаду, продолжавшегося почти целый день и слышанного на Уналашке, Акуне и на оконечности Аляксы, — северовосточный хребет Унимака, среди дня, взорвало в пяти или более местах, на большом пространстве, с извержением пламени и большого количества пепла черного цвета, которым покрыло всю оконечность Аляксы на несколько дюймов, в близлежащих же местах на Аляксе, и особенно в Моржевском селении, была тьма на три или четыре часа; при этом случае льды и снега, лежавшие на хребте, растаяли и несколько дней текли ужасною рекою, ширина коей была от 5 до 10 верст. Воды сии излились в восточную сторону острова и в таком количестве, что море, около того места, было мутно до глубокой осени. После сего взрыва, Шишалдинская сопка, недалеко отстоящая от сего хребта на запад, перед тем извергавшая пламя, начала только дымиться. Из этого хребта и поныне идет дым, а в половине оного, к NNO, чрез три или четыре года, начало делаться особенное возвышение или холм, из которого до 1831 года шел дым, и который должен быть горяч и поныне, потому что зимою, когда везде снег, на нем его не бывает никогда.
Стоит замечания, что подземный гром, бывший на Унимаке 10 марта 1825 года, был слышан на Уналашке, но не был слышан на SW оконечности самого Унимака. А потому можно думать, что внутренний огонь (имея сообщение с Макушнинскою сопкою в прямом направлении), весьма недалек от дна моря, омывающего северные берега Уналашки.
Невысокая сопка, лежащая внутри острова Унимака, близ южной оконечности, и которая до переворота юго-западного хребта, или до 1795 года, горела, а во время оного потухла, — 1826 года 11 октября, при глухом стуке, лопнула с извержением сильного пламени и большого количества пепла, беловатого цвета,
