– Граф вообще без особого восторга воспринял наши планы с очерком, – вздохнула Санча. – Он хотел бы рекламировать книгу, а не самого себя.
– Моя дорогая Санча, – скривила губы Элеонора, – с каких это пор журналисты пишут только о том, о чем их просят интервьюированные? Ваша задача так заинтересовать собеседника, что он, сам того не замечая, станет рассказывать вам самое сокровенное.
Санча покраснела. Представить себя способной серьезно заинтересовать графа Чезаре Альберто Вентуро ди Малатеста на какой-то более или менее длительный период было просто смешно.
Элеонора внимательно взглянула на Санчу.
– В чем дело? Почему вы так смущены? Граф не был особенно любезен?
– Чепуха, – ответила Санча отворачиваясь. – Я старалась сделать свою работу как можно лучше. Очень жаль, если вы считаете, что интервью не удалось, но тут уж я ничего не могу поделать.
– Ну, мы еще посмотрим, – отрезала Элеонора и, поднявшись, направилась по проходу между столами сотрудников и машинисток к кабинету Эдуарде Тессиле.
Провожая ее глазами, Санча подумала, что хотела бы обладать ее самоуверенностью и умением держать себя. Элеонора вовсе не была высокой, стройной и какой-то неотразимой, а наоборот – маленькой, угрюмой и довольно вспыльчивой, но она безоговорочно верила в себя, в свою работу, и в этом Санча завидовала ей.
Когда Элеонора через несколько минут вернулась, она буквально рвала и метала. Швырнув злополучные листки на стол Санчи, она крикнула:
– Вам делать! Это ваш очерк! Ваш дядя поручил его вам!
С этими словами Элеонора умчалась к себе.
Взволнованная, Санча подобрала машинописные страницы и с опаской поглядела через плечо, но Элеонора уже исчезла в своей комнате, с силой хлопнув дверью. Санча смотрела на листки, погруженная в собственные мысли.
Итак, дядя не дал себя запугать, но что ожидает ее? Как она напишет важную статью без помощи Элеоноры? Ведь Санча хорошо понимала: обратись она за советом, и та непременно жестоко раскритикует ее работу. Санча вздохнула.
Слов нет, она может показать статью дяде Эдуардо, и он, безусловно, поможет, но хочет ли она этого на самом деле? Санча вновь вздохнула. Пока Элеонора болела, в редакции было тихо и мирно, теперь опять сделалось суматошно и шумно.
С тоскливым чувством Санча подумала о Лондоне и Элен Баркли.
Будучи уже в годах, Элен относилась к ней как к дочери, приободряла и помогала, где только возможно. Она напоминала Санче ее собственную мать, умершую десять лет тому назад. Отец женился во второй раз. И хотя Санча ладила с мачехой, заменить родную мать та не могла. Именно поэтому Санча и ухватилась за возможность уехать на год в Италию. Это также позволяло отцу и его жене некоторое время побыть вместе одним. Правда, жизнь здесь была беднее событиями, но зато спокойнее.
К столу Санчи подошел Тони, обвешанный фотоаппаратами и экспонометрами.
– Привет, дорогая! – сказал он, ухмыляясь. – Опять крутишь старую шарманку.
– Боюсь, что это так и есть! – ответила Санча, поставив локти на стол и подперев подбородок ладонями. – А ты отправляешься на задание?
– Сегодня испытывают в полевых условиях новую модель автомобиля. Говорят – настоящее чудо инженерной мысли. Мне поручено фотографировать и тому подобное. Было бы здорово, если бы ты могла поехать со мной.
– Я бы охотно, – горячо откликнулась Санча, морща нос.
– В чем дело? Опять Элеонора не в духе?
– Можно сказать, – ответила Санча, перебирая листки с отпечатанными заметками. – Должна написать статью о графе ди Малатеста.
– Кроме шуток! Ну что ж, это великолепно. Желаю удачи, малыш! Не сомневаюсь, у тебя получится.
– Мне бы твою уверенность, – состроила гримасу Санча.
– Ах, перестань хныкать. У тебя обязательно все выйдет как надо. Любой в состоянии написать подобную статью. Подбери материал по истории дворца. Чем больше фактов о славном прошлом, тем лучше. Сама знаешь, как милые старые дамы любят читать о различных жестокостях!
– Пожалуйста, продолжай в том же духе, – усмехнулась Санча. – Ты придаешь мне силы и вселяешь надежду.
– Больше не могу, – рассмеялся Тони. – Мне действительно пора. Увидимся позже?
Санча молча кивнула, и Тони ушел. Снова подперев подбородок ладонью, она опять тяжело вздохнула. Если еще раз почитать книгу графа, возможно, это как-то стимулирует ее мыслительный процесс…
В обеденный перерыв Санча вышла из редакции, чувствуя себя немного усталой. Целое утро она изо всех сил старалась сосредоточиться на книге графа Малатесты, однако ей постоянно мешала Элеонора, которой, видимо, доставляло удовольствие поддразнивать Санчу; и она ни разу не прошла мимо без того, чтобы не сказать какую-нибудь колкость, отвлекая внимание Санчи.
Вздохнув, Санча зажала сумочку под мышкой и осмотрелась. Был великолепный день. Теплый ветерок нежно ласкал обнаженные руки. Она стояла – высокая, стройная, обаятельная, не замечая любопытных взглядов прохожих. Волосы цвета спелой ржи свободно ниспадали ниже плеч; в голубом платье в белую полоску и в голубой замшевой жилетке с бахромой, Санча была само олицетворение здоровой молодой женщины, и этот факт отчетливо осознавал находившийся в нескольких ярдах мужчина, не сводивший с нее слегка прищуренных голубых глаз.
Санча не замечала, что за ней наблюдают. Она решала трудную задачу: в каком из небольших ресторанчиков пообедать. В этом квартале была масса всевозможных заведений, где можно было бы покушать, но не все соответствовали ее не очень толстому кошельку. Иногда она обедала с одной из девушек, с которыми делила квартиру, однако обе работали секретарями, и часто их обеденный перерыв приходился на другие часы. Но это не огорчало Санчу. Она уже привыкла к нескромным взглядам молодых людей и была в состоянии пресечь всякие дерзкие попытки к более близкому знакомству.
Итальянцы, по-видимому, считали своим долгом демонстрировать повышенный интерес к любой одинокой красивой женщине, но сурового взгляда серых глаз Санчи обычно бывало достаточно, чтобы охладить пыл любого слишком настойчивого ухажера.
– Добрый день, синьорина!
Низкий красивый голос показался Санче знакомым, и она, резко повернувшись, столкнулась лицом к лицу с человеком, чья загадочная личность занимала ее мысли все утро, когда она корпела над его книгой.
– Граф Малатеста, – пробормотала она, не веря глазам своим. – Добрый день, синьор. – Санча быстро посмотрела по сторонам. – Вы были… Я хочу сказать… Вы собираетесь встретиться с моим дядей?
У графа насмешливо приподнялся уголок губ.
– Почему у вас возникло такое представление, будто я пришел к вашему дяде? – осведомился он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
