Каждое следующее отражение было все менее четким, все менее детальным, словно терялись привнесенные незначительные элементы. Например, кованая декоративная решетка, которой было забрано окно, перестала быть декоративной. Она воспринималась тем, чем являлась в самой глубокой своей сути: преградой, проникнуть через которую могли только предметы и существа определенного размера. Потолок был просто потолком — не деревянным и не каменным. Он был идеей потолка. Тем, что ограждает пространство зала сверху.
Медленно поворачиваясь вокруг себя, Лайона внимательно изучала помещение теневым зрением. Заметила мелькнувшую на фоне стены густую тень.
— Наставник, там!.. — вскрикнула она.
Мастер Гейбл среагировал раньше, чем девушка успела открыть рот и сделать движение. Уловив изменившееся выражение лица и направление ее взгляда, он, почти не глядя и не поворачиваясь, метнул сияющий бело-голубым сиянием призрачный, видимый только в магическом поле нож.
Что-то в магическом поле хрустнуло, раздалось шипение, как от раскаленной сковороды, на которую капнули холодной водой. Посыпались хлопья серого пепла.
— Надо же! А вот и первые любопытствующие, — хмыкнул Мастер.
— Кто… Что это было?! — потребовала объяснений девушка.
— Это? Мелкий чешуйчатый бес. Ах, да! Вам, Лайона, еще предстоит изучить Бестиарий.
— Это что?
— Это учебник, в котором описаны все когда-либо обнаруженные и изученные темные твари.
— То есть, могут встретиться еще и неизученные?
— Это маловероятно, Лайона. Как вы уже, несомненно, знаете, все эти твари питаются негативом, производимым людьми. Поэтому и пасутся всегда поблизости. А значит, кто-либо из Экзорцистов когда-либо их обязательно встречал, наблюдал, вырабатывал тактику уничтожения.
— Понятно. Где я могу получить этот учебник?
— Я занесу вам его сразу после обеда. Поизучаете пару часов, составите список вопросов, если встретится что-то непонятное. А когда обед усвоится — мы с вами отправимся на первый урок метания ножей и ножевого боя. А сейчас еще раз вернитесь к теневому зрению и постарайтесь пользоваться им до тех пор, пока не возьметесь за чтение.
— Да, Наставник.
6. Планета Монастырь. Школа Инквизиции
Задание, которое дал Лайоне Мастер Натаниэл, только на первый взгляд казалось простым. Было странно шагать по ступеням, видя их отражения в различных слоях магического поля. Так же странно было смотреть на дома, которые по мере удаления отражений из нарядных, украшенных затейливой резьбой бревенчатых коттеджей превращались в безликие здания из неизвестного материала. Украшения не исчезали вообще, но воспринимались мерцающей дымкой, несущей в себе саму суть идеи украшения. Проще всего оказалось смотреть на столовую посуду: она в монастыре была настолько простой, что вид материальной ложки, например, почти не отличался от «идеи ложки» как средства для зачерпывания жидкой пищи.
Лайона порадовалась, что обедать ей было положено вместе с Матушкой Настоятельницей и монахинями — инквизиторами и экзорцистами: в их энергетических оболочках не было ни одной темной твари-паразита. Мало того, сияние их чистых душ, видимо, отпугивало тьму, поэтому Лайона могла спокойно отдать должное обеду, не отвлекаясь вниманием на призрачных «зверюшек», многие из которых, как она уже успела понять, имели вид, способный испортить аппетит даже врачу-реаниматологу.
Добравшись после обеда до своего домика, Лайона с облегчением перешла на обычное зрение. Прилегла на диван с жесткой деревянной спинкой, закрыла глаза, мечтая избавиться от напряжения в висках, вызванного непривычным восприятием, и почти тут же услышала над собой веселый, чуть насмешливый голос Натаниэла Гейбла:
— И кто тут собирался учиться по четырнадцать часов в сутки? Быть может, вы желаете подремать, дорогая ученица?
— Нет-нет! — встрепенулась девушка, словно ребенок, протирая глаза ладошками. — Я готова учиться!
— Тогда вот вам, Лайона, обещанная книга и устройство для просмотра кристаллов памяти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А оно-то для чего?
— Понимаете, Лайона, какое дело. То, что мы воспринимаем в магическом поле, не материально и на самом деле не имеет устойчивой формы. Каждый наблюдатель воспринимает одну и ту же темную тварь по-разному, в соответствии с собственными представлениями, ассоциациями, воспоминаниями. К счастью, различия в большинстве случаев не слишком велики. Есть некоторые характерные черты, которые помогут опознать тварь при встрече, какой бы ее ни нарисовало ваше собственное подсознание. Поэтому методика работы с Бестиарием следующая: внимательно изучаете описание. Запоминаете характерные черты. Только после этого берете соответствующий мнемокристалл и просматриваете запись, стараясь в каждом увиденном образе обнаружить те признаки, о которых только что прочитали. Не старайтесь изучить как можно больше тварей сразу, чтобы избежать путаницы в голове. Как говорится, «лучше меньше да лучше». Договорились?
— Конечно, Мастер Натаниэл.
— Отлично. Занимайтесь, Лайона. Через два часа я зайду за вами.
— Спасибо, Наставник.
Гейбл ушел, а девушка открыла оглавление учебника, чтобы для начала ознакомиться с разделами.
«Темные твари, не наделенные способностью к активной деятельности» — так назывался первый раздел.
Лайона нашла нужную страницу, изучила общее описание. Оказалось, что все твари, отнесенные к этому разделу, «тварями» назывались весьма условно. Лайоне пришло в голову, что описываемые сущности очень похожи на вирусы, как их представляла медицинская наука: те же стойкие комплексы информации, только вместо белковой оболочки у призрачных вирусов имелась оболочка энергетическая.
Эти «темные вирусы» дрейфовали в нижних слоях магических полей, словно планктон в океанских водах, несомые невидимыми течениями, пока не оказывались вблизи энергетической оболочки какого-либо человека, чье мировосприятие резонировало, совпадало с тем информационным посылом, который нес в себе «призрачный вирус».
Получалось, что человек сам притягивал к себе тварь, «заражался» ею. И болел до тех пор, пока либо не осознавал ошибочности собственных убеждений и действий, либо не погибал… В случае излечения «вирус» сгорал, если же погибал носитель вируса — сам вирус возвращался в магическое поле и продолжал дрейфовать там, пока не встречал нового хозяина.
Люди ежедневно производили миллиарды «призрачных вирусов», бросая заряженные сильным чувством проклятия, поддаваясь злобе, ненависти, зависти. Сами заражались ими и заражали окружающих. К счастью, и гибли темные твари этого вида тоже миллиардами, попадая в разрушительные для них вспышки добрых, светлых и благородных чувств, оказываясь поблизости от выплесков Огненной Сущности Картаделей, сгорая в ярком пламени бескорыстной любви.
Всего в Бестиарии описывалось около двадцати разновидностей «призрачных вирусов», большинство которых уничтожить можно было только одним способом: работая с самим человеком, с его отношением к себе, к другим людям, к миру человеческому и миру духовному. «Да уж, тут шпагой не помашешь», — горько усмехнулась Лайона.
Запомнила характеристики первого «призрачного вируса», вставила в считывающее устройство мнемокристалл… Через полчаса запись закончилась, а Лайона решила срочно принять душ. Она не стала противиться этому желанию. Слишком уж хотелось избавиться от ощущения, что побывала в сточной канаве. Пока принимала душ, пока сушила волосы и заплетала косы — закончились два часа, отведенных девушке на самостоятельные занятия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Наставник Натаниэл явился минута в минуту.
«Похоже, у Светочей и Мастеров пунктуальность в большом почете, — отметила про себя Лайона. — Видимо, они слишком уважают свое и чужое время, чтобы заставлять себя ждать».
— Ну что, госпожа ученица! Как успехи? Вопросы появились? — поинтересовался Натаниэл, с любопытством посматривая на влажные волосы девушки.
— Вопросов пока не возникло. Зато было огромное желание смыть с себя даже воспоминания о той мерзости, которую пришлось изучать, — призналась та.
