class="p1">Не часто можно встретить парня, который скажет, что у него было паршивое утро, хотя при этом он проснулся в одной постели с ох*енно горячей девчонкой, после реального секс-марафона. Но факт остается фактом — это утро было именно таким. Паршивым. Потому что мои планы — спать до посинения, а потом открыть один глаз и подмять под себя ясноглазую — были вероломно разбиты неизвестным недоброжелателем, возомнившим себя дятлом.
Да и, откровенно говоря, это было уже далеко не утро. И даже не обед. Четвертый час дня, если верить часам, который ознаменовал свой приход долбежкой в дверь.
Нет, пардон. Отмотаем.
Началось все с атаки на телефон.
Бзыньк…
Бзыньк…
Бзыньк…
Бзыньк…
И так раз десять! Смс-ка за смс-кой. Одна за одной. С каждой последующей я просыпался все больше и зверел все быстрее.
Привычки вырубать телефон на ночь не имел, в любой момент могут дернуть по работе, поэтому сегодня эта проклятая штука играет со мной злую шутку.
Бзыньк…
Открываю один глаз. Второй. Лежу, уставившись в потолок. Башка гудит, шампанское вчера явно было лишним. А это блядское «бзыньк» шурупами врезаестся в виски, ввинчиваясь до самого мозга.
Бзыньк…
Бзыньк…
Я бы сейчас с удовольствием дал в нос тому, кто устраивает мне с утра подобную пытку. Да еще и в выходной день! И я уже потянулся за телефоном, собираясь швырнуть его куда подальше, но матрас спружинил.
— С*ка…
Одно неловкое движение, и Вики завозилась. Почувствовала. Хоть и спала, свернувшись калачиком, на другой половине кровати, почти в полутора метрах от меня. Такая неприметная и маленькая, если бы я не был в здравом уме и твердой памяти и не помнил, что засыпал не один, я бы даже не заметил ее в ворохе одеяла, которое почти все оказалось стянуто на нее. Только облако темных волос по подушке разметалось и плечи голые мерно подрагивают.
Бзыньк…
Да мать твою! Разъ*бу!
Девчонка снова пошевелилась.
Я выругался, хватая трубу.
Ясноглазая обняла подушку и затихла.
Смс-ная очередь к этому моменту прекратилась. Очень надеюсь, что у того, кто словесно «расстреливал» мой телефон, закончился смс-пакет. Потому что, если вдруг прилетит еще хоть одно сраное «бзыньк», я отправителю руки по самую жопу оторву!
На всякий случай вырубаю звук и заваливаюсь обратно на подушку. Устраиваюсь удобней и только прикрываю глаза — тишина, красота, зашибись — как «бзыньк» заменяет стук. В дверь.
Тут уже крайне сложно игнорировать вторжение. Не мне. Ясноглазой, которая с перепугу подскакивает. Запутавшись в одеяле, ворочается, а усевшись, ошалевшим взглядом озирается вокруг. Такая горячая спросонья, что к себе притянуть охота и залюбить. Снова.
Пока я рассматриваю свою гостью, гостья гуляет глазами по студии и наконец-то «догуливает». До меня. Растянувшегося на соседней половине кровати.
Взгляд глаза в глаза, секундная заминка, смятение, легкий румянец, блеснувший на скулах…
Блядь, клянусь, если она сейчас спросит: «где я» или «кто ты», то это официально будет самое паршивое из всех паршивых утро!
Но нет.
В дверь снова стучат, и Вики, поддерживая одной рукой одеяло, бросает вполне себе ясный взгляд в сторону коридора, грозным шепотом выдавая мне:
— Умоляю, только не говори, что ты женат, блин!
Вот те на.
— С чего это такие выводы?
— К тебе кто-то ломится в дверь!
— Если бы я был женат, ты думаешь, я бы притащил тебя домой, ясноглазая?
— Ну…
— Не бзди. Мы бы упали в койку в ближайшей гостинице.
— Живешь не один?
— Ага, сдаю чулан. С добрым утром.
— С добрым, только, похоже, уже не утром, — прядь волос за ушко прячет, почти смущенно кончик носа почесывая. — Тогда ты, наверное, кого-то ждешь?
— А по мне похоже?
— Честного говоря не очень. Сколько вообще время?
Новый стук в дверь.
— Двадцать минут четвертого. Не обращай внимания. Подолбятся и уйдут, лучше, — перекатываюсь на бок, дергая за другой край одеяла, рывком стягивая его с обнаженной девчонки, — иди ко мне, раз уж нас разбудили.
— Ренат!
— Что?
— Нет! Не пойду!
— Ага, как же..
— Рена-а-ат! — шипит и на другой край кровати отползти пытается.
Бесполезно. Это моя территория, и я на ней прекрасно «ориентируюсь».
Догоняю на раз-два, укладываю на лопатки. Под себя подминаю, губами в шею впиваюсь с засосом. Вкусная она, пздц, просто!
Вика брыкается, оттолкнуть пытается, а сама при этом так сексуально хрипло хохочет, что у меня уже каменный стояк.
— Ты ненасытная зверюга! Я не готова, я не могу больше! — ворчит шепотом, но сама того не осознавая, поддается, маленькая вруша, голову откидывает, больше пространства мне предоставляя для поцелуев. — Мы уснули только недавно, и опять? — ерзает подо мной, стратегически важные «объекты» задевая. Больно аж до звезд в глазах.
Я ее по ягодице шлепаю.
— Ай!
— Не перестанешь брыкаться, «опять» случится прямо сейчас, ясноглазая.
— А если перестану?
— Полапаю и отстану.
— Шикарная альтернатива, — хохочет, но замирает. — Боюсь, тогда я не захочу, чтобы ты останавливался, красавчик…
Я улыбаюсь и губы ее ловлю. Пока просто невинно чмокнув, а у нее уже сердечко сбоит. Повторяю маневр — пульс учащается.
Еще бы ты не захотела, маленькая…
Охрененно отзывчивая девочка мне попалась! Горячая, гибкая, податливая, заводится с полоборота — хочу ее еще раз. А может, и не раз, как пойдет.
Я на что угодно готов поспорить, что опыта в сексе у Вики столько же, сколько у меня в вышивании крестиком. Ни х*я, короче. Ночью действовала на чистых инстинктах. Иметь такого ангела с такими совсем не ангельскими желаниями — мечта любого здорового мужика.
Не искушенная, не испорченная, и еще херова туча «не». Никто еще не открыл ей этот прекрасный развратный мир. Да, был… какой-то. Не девственница, не обманула. Но этот «какой-то» был не особо с фантазией. Так что она еще даже не представляет, сколько приятного может принести такая вот «возня на кровати».
— Ты правда не откроешь, м-м, Ренат?
— Нет.
— Почему?
— Не люблю незваных гостей.
— Ты офигеть, какой гостеприимный!
— О, ты еще многого обо мне не знаешь, ясноглазая.
К слову, стук прекратился. Вот-вот, секунд тридцать как.
— Мне надо хотя бы умыться. И в душ, мне надо в душ…
— Ага, щас.
Я все ее гениальные идеи, вылетающие изо рта, затыкаю поцелуем. Уже настоящим. Глубоким. На пару минут верю в то, что это утро еще можно спасти, когда ее губы начинают мне робко отвечать. Но всего пара минут…
Пока не слышу приглушенный крик:
— Если ты там шпилишь свою подружку, умоляю, избавь мою нежную детскую психику от картинки твоей головой задницы, Реня! А если ты там отбросил
