Читаем без скачивания Пауки в банке - Алексей Абвов

'Скорая помощь' пострадавшим заняла ещё некоторое время и когда мы закончили, освещение в отсеках уже начало отключаться. В секторах наступала плановая ночь, и теперь целых десять часов будет тишина и покой. Сильно сомневаюсь, что кто-то пойдёт в контратаку по темноте. Фонарей здесь я ещё не встречал, не плазменными же разрядами в стены освещать себе дорогу, так батареи надолго не хватит, вот когда включится освещение — тогда можно будет ждать гостей. Впрочем, я сильно сомневаюсь, что после нашего штурма нигеры сразу захотят взять реванш. Скорее будут обустраивать сплошную оборону или сплошные завалы коридоров, памятуя о том, что мы с ними сделали сегодня. Пока светятся ещё некоторые осветительные панели, стоит найти себе место для ночлега. И не просто найти место, нужно найти безопасное место, обустроить оборону и назначить дежурства, вдруг в секторе ещё кто-то остался из недобитых врагов? Мы его не успели прочесать, только выгнали бегущих.

Я вхожу в лабораторную часть сектора. Рядом идёт Олег, по глазам вижу, он думает ровно о том же, что и я. Наши ребята из других атакующих групп активно строят импровизированные баррикады у входов в те коридоры, где мы добивали бегущих. Там же организуют ночное дежурство. Можно, конечно, пойти к ним, заняться общим делом, но я не могу. Меня буквально трясёт от сегодняшнего дня, от сегодняшней стрельбы, от сегодняшних трупов. Запах горелого мяса стоит в носу, что бы я ни делал. Был бы дома, пошел бы за водкой и напился как последняя свинья, так тут-то водки и не найти. Лучше чем-либо занять себя, найти работу, переключиться на другой лад. Чувствую не смогу сегодня спать, даже если попытаюсь себя заставить. Ладно, пока ещё не стемнело окончательно, попробую вскрыть какую-либо дверь, вон их тут сколько. Жалко, что сенсоры побиты все как один. Ну, ничего, что бы вывести систему из строя, её нужно пару раз плазмой сжечь, а так, если останется целой хоть часть панели, то ей можно воспользоваться. Пробую применить известные мне алгоритмы к одной двери, потом к другой, потом к третьей. Бесполезно. Коды доступа не подходят. Пробую ещё четыре двери с тем же результатом. Хреново, известные не работают, а те, которые были, уже не вычислишь, читаемых следов не осталось. И вдруг предпоследняя дверь срабатывает от применения того алгоритма, который я вычислил при поиске пути через живые заслоны. За открывшейся дверью располагается небольшая комнатка. По внешнему виду раздевалка-предбанник, под потолком слабо тлеют световые панели. На полу пара скамеек, на стенах шкафы с прозрачными дверями, за ними видны комбинезоны мамамютов. Так, а что это лежит в углу? Да это же мумифицировавшийся труп пришельца. Он тут лежит, похоже, ещё с момента катастрофы, весь высох, так как в воздухе станции присутствует что-то, что подавляет гнилостные бактерии. Здесь трупы не гниют и разлагаются, а засыхают. Вот сейчас мы посмотрим, что у тебя было интересного. Ручная плазма, ну этого добра у нас уже много, пусть остаётся, а вот это что за сумочка?

Ого, да это же набор ремонтника, вот тут инструменты, о, и специальные приспособления для вскрытия техники есть. Ещё какие-то миниатюрные приборы, с ними я разберусь позже. А это что такое… это миниатюрный плазменный резак, способный не швырять маленькие шаровые молнии, а создавать тонкую струю высокотемпературной плазмы, которая режет даже стойкую керамику. Батарея у него такая же, как и у оружия, это вообще замечательно. Вот это трофей, никому не отдам, сам всё съем! Перебирая инструменты, я испытываю настоящую эйфорию, постепенно забывая о том, что было ещё полчаса назад.

— Царь Кощей над златом чахнет, — разглядывая мою довольную физиономию, шутит Олег. — Что-то интересное нашел?

— Не видишь что ли — инструменты. Я о таком богатстве и мечтать не мог с самого первого дня свободы. Теперь-то можно будет любую хреновину пришельцев разобрать, а потом собрать обратно!

— Ты ещё скажи, что она после этого работать будет.

— Ещё как будет, куда ей деваться, я ещё ни одну плазму пока не сломал…

— Серёг, тут вот ещё одна дверь есть, посмотри её, показывает мне Олег на один из шкафов, который несколько отличается от остальных по размеру.

За стеклянной матовой дверцей на расстоянии около трёх метров от неё располагается ещё одна дверь с панелью доступа. Сюда нигеры не добрались, а потому сенсор можно попробовать прочитать. Но чтобы нам случаем никто не помешал, я закрываю дверь, выходящую в основной отсек, рисуя пиктограмму закрытия в виде обратной стрелки. Теперь можно спокойно подумать.

Этой дверью пользовались очень часто. Следы читаются легко. Но вот алгоритм я никак не могу вычислить. Что-то тут не так, вроде бы всё понятно, но ничего не складывается. Уже полчаса моя голова напоминает кипящий чайник, Олег сморит на меня со злорадной ухмылкой.

— Ну что, не выходит Данила-мастер каменный цветок? — в своей обычной манере подкалывает он меня.

— Цветок!!! — подпрыгиваю я на месте как ужаленный, сломя голову бегу к двери, быстро касаюсь сенсора, и она приходит в действие.

Меня нагоняет ошарашенный Олег.

— Серёг, ты чего?

— Да ты идею подсказал.

— Какую идею?

— Ну, про цветок каменный. Я вспомнил, как он должен выглядеть и у меня сошлись все уравнения. Тут дюже заумный алгоритм применён, тройного порядка да с двойным преобразованием формы.

— Ты кому это говоришь, Серёга, мне что ли, думаешь, я пойму?

— Да ты просто представь, как из тебя каменный цветок будет выходить медленно и печально, — возвращаю я ему его подколку, вот так сразу и поймёшь.

Мы дружно ржем и идём смотреть, что же скрывается за дверью со столь замысловатым кодом доступа. Так, что у нас тут? Похоже операционная, хотя скорее — вивисекционная. Пришельцы всяко обращались с людьми в лучших традициях отечественной медицины, в стиле 'хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается'. Вот и тут рабочие столы, оснащённые зажимами и ремнями для фиксации человеческих тел. Огромные тумбы с оборудованием свисают с потолка, устремляясь к рабочим столам множеством проводов и трубок. На полу видны бурые пятна давно засохшей крови. На одном из столов лежит мумия негра со вскрытой брюшной полостью и грудной клеткой. Преодолевая брезгливость, заглядываю внутрь. Вместо сердца и лёгких у мумии стоят какие-то механизмы. В брюшной полости переплетение засохших кишок, синтетических трубок и проводов. Выглядит жутко, меня, уже привыкшего ко всяким неожиданностям, бросает в дрожь, лучше бы и не смотрел.

Осматриваюсь дальше, вот ещё парочка мумий. Это пришельцы, как раз те самые, что тут хирургией занимались, вот и инструмент валяется. Ну, эти не такие страшные будут, думаю про себя я, быстро обыскивая ссохшиеся тела. Но у этих ничего ценного вообще нет, даже оружия, видимо оставили где-то, у одного в кармашке нашлась какая-то металлическая карточка с набором хаотически расположенных сквозных отверстий. Догадываясь, что такая штуковина может быть ключом, или ещё чем-либо подобным, прибираю карточку себе, потом может и пригодится. Больше ничего ценного в этой операционной не обнаруживается, а Олег мне показывает на ещё одну дверь. Тут даже сенсорной панели доступа не видно, как-то иначе она открывается. Ага, а вот и пригодилась та самая пластинка. Тут точно под неё рядом с дверью есть приёмное устройство. Сейчас проверим…

А вот и фиг вам, одной пластинки мало. На двери зажигается светлый прямоугольник по виду похожий на панель доступа. Но вот никаких цифровых пиктограмм, чтобы произвести вычисления на двери не наблюдается, тут какой-то другой код. Так, попробуем посмотреть следы. Они есть, но достаточно слабые, по ним ничего сказать нельзя, не зная исходных параметров вычисления. Что же, пойдём ещё раз посмотрим покойничков, теперь более внимательно.

— Олег, помоги мне закинуть это тело на стол, — показываю я на того пришельца, у которого я стянул карточку.

Он морщится, ему вид мумии совсем не доставляет удовольствия, но кое-как помогает мне загрузить тело на ближайший свободный стол. Я смотрю на приборы, свисающие над столом, нахожу пиктограмму, включающую дополнительный свет. Теперь клиента можно рассмотреть более обстоятельно. Преодолевая брезгливость, подобранным скальпелем режу комбинезон. Так, комбинезон обычный, ничего в нём нет. Смотрим внимательно на сморщенное тельце. У мамамютов очень большая голова, но редуцированное маленькое тело. Маленькая грудь, маленькие ноги и очень длинные руки. Если сравнить с нашими пропорциями, то они будут ниже колен. Вот на одной руке на внутренней поверхности около плеча этой мумии есть какие-то символы. Если чуть расправить и присмотреться, то практически читаются три цифры, одна читается плохо, но там всего три варианта в трёх степенях, которые-то как раз просматриваются, можно и подобрать. Так…, будем пробовать применить их к двери. Внимательно смотрю на имеющиеся следы и с лёгкостью составляю комбинацию, уж после 'каменного цветка' она кажется детской задачкой. Дверь бесшумно и быстро отъезжает в сторону, в открывшемся коридоре зажигается свет. Ну что же, пойдём дальше, твёрдо решаю я, забирая пластинку доступа, авось ещё где сработает.