не стерпела этого «Сойка». Просто наорала, выпустила эмоции и, пока Сергей ржал в душе, спокойно собралась и… пошла варить мне кофе. А он то подумал, что она обиделась и ушла. «Каким же кретином я выглядел, когда, вернувшись из душа в спальню, и не увидев её вещей запел во весь голос: «Ах ты, Зойка-сойка, упорхнула всё-таки!» Обрадовался? А она просто пошла варить кофе», — снова вспомнил Сергей и настроение упало ниже плинтуса.
А потом исчезла. Просто не пришла. А он ждал.
Глава 6
Грустные мысли не покидали Сергея несколько дней. Он ходил мрачный, искал повод к чему-то придраться, в порыве гнева стёр кучу черновиков и почти готовые статьи. Солнечные дни казались мрачными, а тёмные ночи раздражали яркой полной луной. Он желал, чтобы пришла депрессия, иначе может наделать много глупостей. Но депресуха такая штука, что не приходит по заявке.
Мрачное настроение Сергей решил заглушить старым русским способом. Дома ничего подходящего не нашлось, и он отправился в магазин, где купил пару бутылок антистресса и апельсин. Почему апельсин? Потому что тот один лежал в огромной коробке и показался Сергею таким же одиноким и… Дзынь! Бутылки вдребезги.
Сергей оглянулся по сторонам, не понимая, что произошло. Неподалеку стояла хмурая Жека, подбрасывая мяч в руках. Ни слова не говоря, она зашла за угол дома.
«Да, это не выход» — подумал Сергей, тщательно подобрал осколки, сунул апельсин в карман и пошел домой.
Сварил кофе и долго смотрел, как горячий пар поднимается над кружкой. Звонок в дверь вывел его из состояния прострации. Он вздрогнул, потер руки и открыл дверь.
— Ну, и где твой одинокий апельсин? — ехидно пропищала Жека, без спроса врываясь в квартиру.
Она с самым решительным видом влезла на табуретку, не выпуская мяч из рук.
— Ну, что стоишь? Давай!
А Сергей с глупым видом стоял в дверях и улыбался. Жека. Же-ка, Ж-ж-же-ка. Она пришла! Вытащил из кармана апельсин, бережно промыл его под струёй воды, чем вызвал смешливое пофыркивание у Жеки
— Ты точно всё моешь, прежде чем съесть? Ты прямо как енот-полоскун! Точно мама рассказывала… — и она замолчала на полуслове.
— Упс. А при чем тут мама? И кто у нас мама?
— Да ладно, проехали.
— Нет уж, не проехали. Открыла рот — или говори, или кусай!
Сергей со смехом сунул ей прямо под нос вымытый апельсин и Жека отважно откусила большой кусок, решительно показывая этим, что разговор о маме закончен. Вот девчонка! Морщилась, даже слёзы выступили на глазах, а кусок кожуры прожевала и глотнула. Будто клятву какую исполнила. Потом почистила апельсин, аккуратно разломила его на дольки и разложила на салфетку.
— Давай обойдёмся без лишних церемоний, парадный сервиз доставать не будем.
Потом взяла дольку, сунула в рот и зажмурилась от удовольствия.
— Ну вот скажи, почему всё хорошее скрывается за жестким и несъедобным?
Сергей сидел напротив, смотрел, как она поедает апельсин дольку за долькой и думал, что вот если бы она не появилась, сидел бы он сейчас в состоянии глубокого опьянения и, не в силах встать, рыдал бы о том, что в кармане тоскует одинокий апельсин. Тема одиночества всё чаще возникала в его мыслях. Почему люди бывают одиноки. И кого можно считать одинокими: тех, кто по жизни сознательно абстрагировался от остальных, или тот, кто брошен, забыт, потерян? Вот Сергей, можно ли его считать одиноким? Пожалуй, да, но сейчас у него есть Жека.
Стоп! Как это «у него есть Жека»? Откуда она взялась? И вообще, не плод ли это его воображения, ну как Карлсон у Малыша?
Женька взяла последнюю дольку с салфетки, спросила: «Хочешь?» — и, не дожидаясь ответа, сунула её в рот. При этом глаза её озорно блеснули и на губах засияла задорная улыбка.
— Ну, что задумался. Рассказывай, как ты тут жил без меня.
— Скучал.
— А я не могла приходить, он не важно себя чувствовал, после того, как ты его чуть не убил.
Женька кивнула на мяч, который она по-прежнему держала на коленях.
— Теперь он боится оставаться один, и постоянно просится на ручки. Дома мама уже привыкла, а вот в школе с этим проблемы. Приходится прятать его под куртку, а ребята смеются, что я жирная стала. Учителя тоже с подозрением смотрят на мой округлившийся животик, и интересуются, всё ли у меня в порядке. — Женька весело засмеялась. — Представляешь, с каким видом они это спрашивают?
Сергей озадаченно потер затылок. Ну да. Появление после каникул ученицы с округлившимся животиком вызвало бы недвусмысленные разговоры. Только почему родителей в школу не вызвали? И как будто услышав мой вопрос Жека ответила:
— Маму вызывали в школу. Она сказала, что я там мячик прячу. Классная наша сразу посоветовала обратиться к психологу, но мама сказала, что она сама психолог и прекрасно справляется со своей дочерью. Просто просит учителей некоторое время потерпеть, и не обращать внимание на несколько странный вид девочки.
— А ты откуда знаешь, о чем мама говорила с учителями?
— Под дверью подслушивала.
Женька вскочила с табуретки, сунула мячик под футболку и повернулась в профиль:
— Какие ассоциации вызывает у тебя эта картина?
Сергей закашлялся и едва не свалился со стула. Если кто из знакомых или соседей увидит Жеку в таком виде, то отговориться, что там просто мяч не удастся. Многие знают о странной привязанности его к этой девчонке, а значит, выводы могут быть самые что ни на есть неблагоприятные.
— Не волнуйся, здесь я спокойно хожу с мячиком. Ко мне никто не придирается. Прятать не надо.
Сергей вздохнул с облегчением, вытер выступивший пот со лба, чем вызвал у Жеки явное неудовольствие. Было видно, что она ожидала от него другой реакции, но никак не страха за свою репутацию.
— А почему ты всегда с мячом?
— Не знаю. Просто, когда он рядом, я чувствую, что со мной ничего не случится, — Женька осторожно, положила мяч посреди стола, нежно погладила его, как бы успокаивая. — Тс-с-с… тс-с-с-с…
— Это твой талисман?
— Нет. Это мой друг. Правда, поняла я это не сразу.
— Мяч — это просто неодушевленный предмет…
— Как это «неодушевленный», — прервала Жека. — Ты же сам только что видел, как он только что не отдал душу?
Сергей насторожился, увидев проступивший на её щеках нездоровый румянец и вспыхнувший блеск в глазах. «Неужели девочка не совсем здорова» — промелькнула мысль, но он быстро её отогнал.
— Ну вот, теперь ты думаешь, что я двинутая, — прошептала
