полном порядке. Всё аккуратно упаковано и разложено по телегам, готовность выступать — максимальная.
Салочки продолжились, причём сам Гао не особо удивился подобной въедливости. То ли у меня была такая репутация, то ли у него.
― Даже так? И если мне сейчас вздумается выйти и проверить расположение личного состава, тогда?..
Оборвав себя на полуслове, мне оставалось лишь подождать, пока до капитана дойдёт намёк, и молиться, чтобы чутьё меня не подвело.
Именно тут мне повезло. Эльт как-то сжался, его глаза суматошно забегали в поисках оправдание. Пока он его не нашёл, я принял вид всепрощающего отца перед нерадивым сыном:
― Идите, капитан, и сделайте всё наилучшим образом!
— Так точно! — не без удивления отрапортовали мне.
Эльт, судя по всему, очень впечатлённый моей реакцией, вновь вытянулся по струнке и рявкнул вдвое громче:
— Так точно, командующий!
Побледневший капитан отсалютовал и, развернувшись на месте, быстро покинул помещение. Я просто на всякий случай проводил его до входа, благодаря чему услышал крайне интересную фразу, сказанную им уже снаружи и полушёпотом.
— Как! Как он узнал про бригадный штандарт? — недоумевал Гоа, а затем прикрикнул на кого-то. — Капрал Фельт! БЫСТРО найдите штандарт и постирайте! Даже командующий уже в курсе ваших пьяных похождений!
Крайне довольный собой я уже хотел было расслабиться и вернуться к попыткам понять, где же мне довелось оказаться, но, похоже, визит капитана Эльта спровоцировал лавину. По-видимому, за пределами моего жилища скопилось достаточно большое количество тех, кто хотел бы его посетить, но пока не решался. Смелый же поступок капитана придал им всем уверенности — «теперь можно!».
Не успел я вернуться к письменному столу Рейланда, как вошёл светловолосый мужчина с аккуратной бородкой, которая его определённо старила. Видок у него был несколько высокомерный, но почтительный.
Меня он поприветствовал куда более размеренно и спокойно, обращаясь скорее как к равному, нежели Гоа ранее.
Что вызвало мою искреннюю радость: от этих всех «так точно» отдавало чем-то очень непривычным и с моей точки зрения неправильным.
Радость продлилась недолго. Мой второй посетитель сразу же молча и просто вручил мне солидное письмо. В большой восковой печати на нём память Рейланда услужливо узнала принадлежность отправителя к королевскому двору.
Всеми фибрами предчувствуя неприятности, я вычитал, мрачнее всё сильнее.
Собственно, от короля письмо и было. Некто Леонар IV самодержавной милостью отправлял ко мне в качестве своих глаз и ушей графа Леона Сайраса. На всякий случай убедившись, что оный являет собой только вышеназванные органы и никаких других, я, заранее чувствуя неладное, дочитал письмо.
Интуиция не подвела: этого человека действительно отправили следить за мной. Ну вернее, как было сказано в самом письме: «осуществлять королевскую волю».
Либо у его величества был дар предсказания, либо паранойя, но попал он в самую точку. Его «особист» оказался точненько там, где ему нужно было бы быть. К сожалению, тут же приходилось находиться и мне, всеми силами не желающему сейчас лишнего внимания, особенно от подобных соглядатаев.
Со всей возможной искренностью, то есть натянуто улыбнувшись во все свои двадцать девять, мне не оставалось ничего, кроме как протянуть Леону руку. Граф немного замешкался, поэтому пришлось схватить его ладонь и пожать её.
— Приятно будет поработать! — нисколько не веря в это, заявил я.
Леон несколько растерянно встряхнул свою кисть после рукопожатия, удивлённо посмотрел на меня, а затем осмотрел моё жилище.
— Впредь я бы предпочёл свести к минимуму физические контакты, — заявил он не без пренебрежения.
― Да, разумеется, простите, — ляпнул, не подумав, я.
Это вызвало у Леона ещё большее удивление. Оно и немудрено: граф он, жопа короля или ещё какая его часть, но я, как командующий, был выше его по статусу. Искоса он посмотрел на меня, а затем ещё раз на комнату, словно что-то выискивая.
«Нужно срочно поменять тему!» — понял я, предчувствуя катастрофу.
— Как вам армия?
Перед ответом граф некоторое время молчал и только затем, лишний раз напоминая о своём статусе здесь, ответил:
— Король положительно оценивает ваши приготовления.
— А вы? — опять не удержал язык за зубами я.
— Я только прибыл, рано делать какие-либо выводы.
Это было сказано с явным намёком, и мне очень не хотелось выяснять, с каким именно.
— Король правда считает, что меня необходимо контролировать?
— Как и четырёх других командующих, — пожал плечами Леон, не видя в этом чего-то такого. — Такова его воля. За всем нужен контроль, не так ли?
«Он обо мне что-то знает? Надо бы спросить».
Разволновавшись, я не придумал ничего лучше, чем просто поинтересоваться в лоб:
— Мы раньше не встречались?
— Лично никогда, но я о вас наслышан, командующий Рор.
— Наслышаны?
Мне показалось, что граф немного стесняется говорить, во всяком случае его ответ вышел предельно коротким.
— О ваших подвигах много пишут.
Странный ответ, но не похоже, что мне удастся вытянуть из графа больше.
У меня откровенно заканчивались темы для разговора, а Леон как стоял, подозрительно озираясь и внимательно за мной наблюдая, так и продолжал, похоже чего-то от меня ожидая.
— Так, и?..
Граф вопросительно на меня посмотрел, не понимая, к чему это. Сложилась патовая ситуация: я не знал, что граф от меня хочет, он сам не желал этого сообщать, а спрашивать было слишком подозрительно.
Так бы мы и стояли в напряжённой тишине дальше, если бы не ворвавшаяся Миюми.
Девушка выглядела очень запыхавшейся, словно только что пробежала полумарафон. В руках она сжимала какие-то сомнительного цвета обглодано-ободранные палки. Кажется, Миюми собиралась сразу же кинуться ко мне, словно медик, спешивший к раненому бойцу, но заметив графа Сайраса, застыла в нерешительности.
— Ваша помощница, полагаю? — окинув её взглядом, особо уделив внимание палкам, спросил с непониманием Леон. — Что это у неё в руках?
Это был непростой вопрос. События часовой давности давно уже бесследно выпали из моей памяти. Всё, что мне удалось вспомнить — это то, что Миюми была отправлена за каким-то лекарством от головной боли. При чём здесь эти веточки мне было решительно неясно.
— Э-это корень мандрагоры, — ответила за меня Миюми.
— Балуетесь народной медициной, командующий? — удивлённо вскинул бровь граф.
Мой ассоциативный ряд со словосочетанием «народная медицина» получился очень коротким и включал в себя один только самогон. Поэтому мне даже врать не пришлось при ответе.
— Просто обожаю. То, что нас не убивает — только укрепляет.
Как мне показалось, Леон принюхался после этих слов, но к собственному разочарованию ничего не унюхал.
— Видимо, вам нужно немного времени, прежде чем мы пойдём?
— Пойдём куда? — осторожно, делая максимально невозмутимый вид, спросил я.
— Как это
