Сэм поднял брови в веселом изумлении.
– Похвальная осторожность. Тем не менее маркиз Дарфилд попросил меня как можно быстрее доставить вас в Блес-синг-Парк, – ответил он, намереваясь, если понадобится, отнести ее вниз на руках и усадить в карету.
Абби наконец опустила пистолет.
– Правда? – тихо спросила она и в этот момент показалась Сэму такой беззащитной.
– Чистая правда. Конечно, погода…
– Я так и знала! – радостно вскричала Абби, размахивая пистолетом. – Знала, что он приехал бы за мной, если бы не снегопад! – Легко, словно перышко, она подлетела к своей сумке, затолкала в нее пистолет, набросила плащ, схватила муфту и направилась к выходу, но вдруг остановилась.
– Я не могу уехать, пока не узнаю, что случилось с миссис Петти. Она вчера не вернулась после ужина.
– С миссис Петти все в порядке, смею вас заверить, но она освобождена от своих обязанностей. Я попрошу хозяина гостиницы вернуть ей вещи, – ответил Сэм и сделал приглашающий жест в сторону коридора.
Абби окинула взглядом одежду миссис Петги.
– Честное слово, с миссис Петти все в порядке, – повторил Сэм.
Абби пристально посмотрела на него, затем осторожно прошла вперед и стала спускаться по лестнице. Сэм предложил ей позавтракать, но она отказалась и поспешила к карете. Ей не терпелось как можно скорее покинуть Пемберхет. Широко улыбаясь, она откинулась на мягкую высокую спинку сиденья и подоткнула вокруг ног полость. Страхи, преследовавшие ее с тех пор, как она сошла на берег в Портсмуте, казались ей теперь смешными. Просто она нервничала, поскольку не была знакома с английскими обычаями. Это снегопад – виновник случившегося. Из-за него маркиз не смог за ней приехать. Все будет чудесно, просто чудесно. Появился Сэм, уладив дела с хозяином, забрался в карету и уселся напротив. Улыбнулся, дал кучеру знак трогать, затем откинулся на подушки и вытянул длинные ноги.
Абби весело улыбнулась:
– До Блессинг-Парка далеко?
– Около пяти миль. Возможно, дорога займет больше времени, чем обычно, из-за снежных заносов.
– Лорд Дарфилд там?
– Конечно.
Абби вздохнула с явным облегчением.
– Наверное, он в нетерпении, – заметила она с улыбкой. – Ведь он так долго ждал этой женитьбы.
Сэм был поражен ее словами, он знал, что Майкл не жаждет заключения этого нелепого брака.
– Вы его помните? – поколебавшись, спросил он, и Абби ответила ему удивленным взглядом.
– Конечно!
– Лорд Дарфилд говорил, что прошло много лет с тех пор, как он вас видел. Вы тогда были совсем еще ребенком. Абби рассмеялась весело и добродушно.
– Разумеется, вы совершенно правы, лорд Хант, не так ли? Я была совсем ребенком, когда видела его в последний раз, но мой отец все эти годы присылал мне наброски его портретов…
– Наброски? – удивился Сэм.
– Да, несколько раз! Видите ли, лорд Дарфилд не мог навестить меня – мы вечно оказывались в разных портах, – поэтому, когда папа имел возможность повидаться с ним, он просил сделать его портрет. У него в команде был один матрос, большой мастер рисовать углем, и отец посылал мне эти наброски, чтобы я не забывала, как он выглядит. И разумеется, он посылал мои портреты лорду Дарфилду.
Сэм сильно сомневался, что Майкл видел хоть один ее портрет, в противном случае он не был бы так далек от истины, описывая ее внешность.
– Судя по вашим словам, ваш папа был добрым человеком. Абби улыбнулась, показав ряд ровных белых зубов.
– Он был очень добрым, очень заботливым, – ответила она, и глаза ее на мгновение затуманились слезами. – Но не таким добрым как лорд Дарфилд тихо добавила она.
Сэм, чтобы скрыть свое изумление, закашлялся.
– Как лорд Дарфилд?
– С тех пор как я покинула корабль, он не переставал думать обо мне, – грустно произнесла Абби, глядя в окно. – Когда я училась в Риме в первом классе, он прислал мне скрипку. Он большой любитель музыки, вы это знаете, и очень хотел, чтобы я научилась играть.
Ошеломленный, Сэм спросил почти с испугом:
– И вы научились?
– Разумеется! Когда я уже отчаялась овладеть этим дурацким инструментом, папа сказал, что Майкл… лорд Дарфилд… просто мечтает послушать мою игру, и я стала стараться изо всех сил. И еще он присылал мне всякие безделушки. – Абби дотронулась до аметистовой сережки, сверкающей в ее ухе. – Эти серьги он прислал в день моего шестнадцатилетия. А когда мы с папой собрались в Египет, он прислал мне книгу о культуре этой страны.
– Значит, лорд Дарфилд засыпал вас подарками? –с сомнением произнес Сэм.
Абби, казалось, не заметила его удивления.
– Он очень внимателен, не так ли?
Сэм, не веря собственным ушам, уставился на эту глупую романтичную особу, совершенно не замечавшую его изумления. Не может же она быть столь наивной. Что-то тут не так. Сэм знал Майкла Ингрэма чуть ли не с детских лет. Майкл ни разу ни словом не обмолвился об Абигайль Каррингтон, пока несколько дней назад не вызвал Сэма в Блессинг-Парк, чтобы заручиться его помощью в одном «деликатном деле. Этим делом оказался проклятый договор, который Майкла заставили подписать в возрасте девятнадцати лет, чтобы он смог одолжить денег и уплатить долги своего отца. Майкл в отчаянии обратился к капитану Каррингтону, в то время человеку весьма состоятельному, чтобы спасти семью от полного разорения. Капитан с готовностью согласился ему помочь. Согласно договору, который они заключили, Майкл должен был жениться на Абигайль Каррингтон в том случае, если к моменту смерти капитана Каррингтона полностью не вернет долг. Это некогда совершенно безобидное условие, продиктованное заботой отца о единственной дочери, превратилось для Майкла в сущий кошмар. Подписывая договор, Майкл не придал значения одному очень важному пункту, где говорилось, что любые долги Майкла или членов его семьи Каррингтону подпадают под то же условие, пока не будут возвращены полностью. Лишь два месяца назад, получив все бумаги, Майкл узнал, то его отец неоднократно брал в долг у Каррингтона.
– В договоре все ясно сказано, Сэм. Мои поверенные просмотрели документы и сообщили мне, что нет никаких сомнений – долги полностью выплатить невозможно, даже если бы я мог отдать капитану вдвое больше взятых тогда у него взаймы денег. По-видимому, мой отец проиграл и пропил все семейное состояние не один раз, а дважды, – с горечью объяснил Майкл, – и ни сам он, ни капитан не сочли нужным сообщить мне об этом.
– Но ведь должен же быть какой-то выход! Каррингтон умело увязал выполнение этого пункта договора с делами наследства. Он связал с этим браком столько других финансовых дел, что, если бы я попытался уклониться, меня тут же стали бы преследовать несколько кредиторов.
