Читаем без скачивания Война жуков и ящериц - Роберт Асприн

По-прежнему никого.

Только хаотические передвижения мелких тварей на лугу передо мной. Сзади же, у реки, никакой активности. Однако мы терпеливо продолжали сидеть в засаде.

Со мной были Зур, Ахк и Кор. Они притаились внизу, на земле. Я не боялся, что они обнаружат себя. Они тзены, а тзен умеет не двигаться, поджидая в засаде.

Я был уверен, что попрыгунчики нас не заметят. Мы уже почти месяц наблюдали за ними, а они еще не догадались об этом. Несколько часов назад какой-то одиночка прискакал к реке напиться. Правда, он направлялся не в нашу сторону, так что не мог стать добычей устроенной засады. Этот беспечный прыгун двигался почти вплотную к нам, в какой-то дюжине метров, но так ничего и не заметил.

Я был уверен, что подходящая жертва не заставит себя ждать. Место для засады было идеальное. Дерево, на котором я сидел, росло несколько в стороне от леса, тянувшегося вдоль реки на многие мили, и возвышалось над широкой прогалиной. Мы заметили, что попрыгунчики сторонятся леса. Возможно, стараются не нарушать территорию ос, уничтоженных нами в недавнем сражении. Как бы то ни было, но эта прогалина – единственный в округе проход от охотничьей территории луга к воде. Рано или поздно жертва непременно появится.

Я оставался наверху в качестве наблюдателя и для огневого прикрытия группы, если в нем возникнет необходимость. Даже с четвертью заряда мой бластер обеспечит нам преимущество, когда станет жарко.

Мысль о бластере вновь привела меня к раздумьям о разговоре с Ссах. Сотни раз я вспоминал его мельчайшие подробности.

Разговор вышел тяжелый. Ссах была одним из моих потомков. Скорее всего она даже не подозревала об этом, а я не счел нужным сообщать ей. Это не переменит ее мнения, так же как и моего. Я просто отметил для себя этот любопытный факт ее родословной, когда просматривал досье Ссах перед операцией.

Мое спаривание с ее матерью было экспериментом, задуманным Верховным командованием. Ее мать, можно сказать, резко выделялась в своей касте. Ученый, у которого воображение доминирует над любознательностью. К моменту спаривания я уже проявил незаурядный дар лидерства, однако командование сочло, что я несколько консервативен и слишком привержен традициям. Что мне не хватает фантазии. Подозреваю, что спаривание Ученого с Воином – особенно если учитывать наши индивидуальные качества – было попыткой произвести на свет воина-лидера с развитым воображением.

Зачастую подобные эксперименты поражают своими выдающимися результатами. В лице Ссах командование получило лидера, совершенно не обремененного никаким уважением к традициям и собственной касте. Из появившегося в результате спаривания потомства я имел счастье знать только ее, но если и все остальные такие же, то после первых же тестов следовало сразу уничтожить весь выводок.

– Ссах, мне очень не нравится твое поведение и образ мыслей. Твоя авантюра с облетом пещеры без предварительного доклада могла нам дорого обойтись. Если бы ты разбила машину или встретила достаточно сильного противника, мы бы так ничего и не знали, а твой сектор остался бы необследованным.

Она смотрела на меня безо всякого выражения.

– И потом, эта привычка оспаривать мои приказы. Каждый Воин вправе не соглашаться с мнением вышестоящего, однако твои возражения часто безосновательны. Ты спрашиваешь то, на что я давно ответил, либо задаешь риторические вопросы, чтобы вывести меня из себя. Мы не можем делать общее дело, пока я не пойму твою логику.

Ссах ответила не моргнув глазом.

– Вы без труда поймете логику моих поступков, если поймете исходную посылку. Считаю, что отрядом должна командовать я, а не вы.

Я невольно пригнул голову почти к самой земле.

– Верховное командование уполномочило меня. Оно доверило мне…

– Я знаю, – оборвала она меня. – И не надеюсь, что вы добровольно сложите полномочия. Я бы тоже не сделала этого, будь я на вашем месте. Это вполне понятно. Однако я не согласна с существующим положением. Я не оправдываюсь, я просто хочу объяснить свое поведение.

Я уже взял себя в руки и ответил довольно спокойно:

– Ты понимаешь, что это опасно для всех нас?

– Разумеется. Поэтому настоятельно советую вам согласиться с моим предложением.

Я был совершенно взбешен такой наглостью, однако меня ужасно заинтересовали ее намерения, и я решил дослушать до конца.

– Я отдаю себе отчет, что борьба за власть неизбежно обострит ситуацию. Поэтому необходимо сразу разделить отряд на три двойки. Это разрядит обстановку, а кроме того, тут есть еще целый ряд преимуществ. Во-первых, значительно снизится вероятность гибели всего отряда в случайной стычке с врагом, стало быть, повысятся шансы сохранить собранную информацию для Империи. Во-вторых, с тремя группами, действующими независимо, мы сумеем добыть больше полезной информации. В-третьих… – Она умолкла и оглянулась, затем продолжила заговорщицким тоном: – В-третьих, это позволит нам обоим избавиться от нежелательных элементов.

Моя голова начала пригибаться еще ниже, и я с трудом сдержал себя.

– Поясни.

– Состав двоек для меня очевиден. Думаю, что и для вас. Махз хороший боец и предан мне душой и телом. Мы с ним образуем первую двойку. Вы вполне достойный командир. Мое предыдущее замечание вовсе не умаляет ваши таланты, просто я считаю себя еще достойней. Зур немного медлителен, но его сила с лихвой восполняет недостаток скорости. Вы двое составите вторую группу, и ваши шансы на выживание будут куда выше среднего. – Она снова умолкла.

– А Кор с Ахком? Что ты скажешь о них?

– Кор кровожадна, Ахк – трус. Если они не поубивают друг друга, то их уничтожат враги.

Я оставил попытки держать себя в руках.

– И ты претендуешь на роль командира, при том что спокойно предлагаешь уничтожить треть бойцов?

– Рахм, мы оба хорошо понимаем, что маленькая мобильная группа более жизнеспособна, чем плохо подобранная большая команда.

– А ты хоть представляешь себе, с чем мы можем столкнуться на этой планете, Ссах?! Силы врага исчисляются здесь не отрядами, не подразделениями. У них рои. Рои! И против подобной мощи мы можем выставить шестерых тзенов. Всего шестерых! При этом ты предлагаешь раздробить отряд? Раздробить, да еще и сократить число бойцов! – Я уже овладел собой и постарался говорить менее агрессивно, хотя это плохо мне удалось. – Я отвергаю твое предложение, Ссах. Считаю, что мы должны оставаться все вместе, сохранив максимум Воинов и огневой мощи. Чтобы ты поняла, в каком мы отчаянном положении, скажу, что даже тебя считаю полезной.

– Что ж, если вы так считаете…

– Я не считаю, я приказываю!

Ссах встала.

– Если вы не имеете больше вопросов…

– Имею! Перечисли, что есть в твоем арсенале!

– У меня, разумеется, есть кое-что – полдюжины пружинных дротиков, два широких клинка, длинный нож и, конечно, дуэльные палицы.

– Что ты согласна отдать на нужды отряда?

– Ничего. Ни я, ни Махз. Мы не позволим пользоваться нашим оружием посторонним. Мы сами отбирали его для себя. И надеюсь, у всех остальных достанет ума не сделать подобной глупости.

– Это твое право. И если ты так решила… У меня все. Если и у тебя все, позови Зура.

Ссах было двинулась, чтобы уйти, но обернулась.

– Командир! Я забыла назвать кое-что. – Ее глаза холодно смотрели на меня. – У меня еще бластер с полным зарядом, точно такой же, какой использовал Зур, когда делал лаз.

Вот такие дела. Теперь Ссах с ее полным бластером и Махзом впридачу охраняет пещеру и флаеры, а я со своей жалкой четвертой частью заряда сижу на дереве, прикрывая засаду.

Неожиданно на поляне, в сотне метров, что-то мелькнуло. Попрыгунчик! Он выполз из кустов на открытое место, постоял в нерешительности две-три секунды, потом сделал огромный прыжок по направлению к нам и снова остановился.

Я внимательно рассматривал его. Экземпляр был сравнительно невелик, всего метра два в длину. Возможно, это совсем молодой попрыгунчик. Неплохо. В таком случае наружный скелет у него мягче и уязвимей, чем у взрослой особи.

Он сделал еще один прыжок и снова замер. Или охотится, или больной и слабый.

Мы наблюдали за ними почти целый месяц, но меня все еще завораживал кошмарный, смертоносный вид попрыгунчиков. Задние ноги у них раза в два длиннее остальных четырех, что позволяет совершать очень длинные и высокие прыжки. Средняя пара ног поддерживает тело при ходьбе, а передние ноги… передние ноги приводят в содрогание. Они трансформировались в жуткое подобие клешней, покрытых зазубринами с внутренней стороны и двигающихся с молниеносной быстротой. Мы не знали, ядовиты ли они. Это, в частности, мы и намеревались выяснить в самое ближайшее время. По всей видимости, клешни были предназначены для того, чтобы хватать жертву и отправлять ее в чудовищные челюсти. Челюсти попрыгунчика представляли собой огромные клещи, невероятно острые и тоже покрытые зазубринами, раза в три большими, чем на передних ногах. Однажды мне довелось видеть, как попрыгунчик растерзал какую-то теплокровную тварь, буквально перекусив ее пополам. Я даже не успел понять, отчего она умерла – от яда или нет. Жертва слишком скоро испустила дух, чтобы мы могли определить, что стало причиной ее смерти. Однако очень скоро мы сможем это узнать. Зур жаждет получить экземпляр для исследования, и мы добудем его.