Изогнутые сиреневые клинки вспороли тьму позади матери и когда он отшвырнул ее с их пути, вонзились в него. Мать не кричала, стояла спокойно, опустив руки, и в глазах ее читалось странное облегчение, словно наконец свершилось то, чего она так долго ждала.
Освобождение от этой жизни, желанная смерть.
Меч Шериана тогда был не единственным союзником, на шум прибежали соседи. Выбили дверь… Их кровь, щедро оросившая стены и потолок – вот единственное, что он успел увидеть. Им не дали сделать ни одного лишнего движения.
Шериан крепко держал черный меч, легко осуществляя на практике уроки отца, и все же его ранили еще раз. Да и как защищаться от невидимого врага, тем более, что сиреневые мечи появлялись и исчезали в темноте по желанию их владельцев. Одно из таких появлений и стало для матери последним, а он оказался один.
Тогда раздался смех, ироничный, унизительный, и кровь бросилась ему в голову. Он увидел их глаза, темно-синие, как у отца, только выражение другое – жесткое, презрительное. Что же произошло в тот миг? Что заставило их отступить?! Пару секунд они мерялись взглядами, и силуэты противников становились все четче. Черная одежда, длинные темные волосы и белая кожа. Они были похожи, один мир, одна кровь. Шериан почувствовал, как меняется, и тогда воин с пронзительными синими глазами вдруг вскрикнул и отшатнулся. Шериан этого не видел, но и все вокруг повторили его движение.
– Закон, брат, – донеслось со стороны, – ты не нарушишь его.
– Нарушу, – процедил тот, не отрывая взгляда от его лица.
– Нет, – раздалось непреклонное, и воины начали пропадать один за другим. Последним исчез тот, что стоял напротив, и ночь приглушила его яростный взгляд и физически ощущаемую ненависть.
Все кончилось, а он так и стоял. Ярость ушла, не было и боли, просто страшная пустота поселилась внутри. Не скоро он еще пришел в себя, не скоро дал себе понять, что произошло. Просто стоял и ждал Тиэла, все еще веря, что тот придет…
Крион молча ехал бок о бок со своим странным спутником.
"Настолько странным, что лучше бы я тогда пронесся мимо", – мелькнуло в голове. Но разве мог он знать, что так все обернется: ехал убивать нелюдей, а тут на тебе – один оказался совсем рядом. И теперь Крион чувствовал растерянность, злобу и смутную слабость, за которую сам же себя и проклинал. Раньше бы не глядя смахнул голову с плеч этому бледному парню, а теперь размяк, расчувствовался. Не те года, не те сила и воля. Вроде еще крепок, а мысли о старости, дряхлости начинают понемногу подбираться, становясь все навязчивей. Поэтому и спутника себе захотел взять. Подрастерял былых друзей, неожиданно для самого себя оказался одиночкой после стольких лет совместных странствий. Отсюда и боль, и злость, а поделать все равно уже ничего нельзя.
– Мы так и будем ехать, сами не зная куда?! – вдруг недовольно спросил Крион, давая раздражению заполнить его целиком.
Мало того, что почувствовал себя самой настоящей развалиной, так еще и позиции командира резко пошатнулись, что сильно било по самолюбию. А ведь он привык быть всегда первым, ну в худшем случае вторым, а теперь отодвинулся в хвост и по способностям и по силе. Но вместе с тем он понимал, что такому человеку, как Шериан, лучше быть другом, нежели врагом, и это ему тоже не нравилось. Но все же что-то удерживало рядом, не давая развернуть коня. И это что-то – нежелание остаться в полном одиночестве.
– Вся наша жизнь – это дорога в никуда, – легкомысленно ответил спутник, но тут же серьезно добавил.- Думаю, что скоро все изменится. Я это чувствую.
Шериан замолчал, зорко оглядывая незаметно ставшие пустынными окрестности. Земли Краена славились своеобразным смешением природы запада и юга. Пески соседствовали с пышной зеленью, чередовались, сменяя друг друга с коварной быстротой. Он слышал, с каким восторгом рассказывали немногие счастливцы в Венуре о роскоши Миньера – столице этих земель, и Ризмора – но уже тише, с оглядкой по сторонам. Каждый человек, неважно, осознает он это или нет, боится неподвластных ему сил, а именно они господствовали в колдовском городе, как теперь и в Миньере. Только об этом еще мало кто догадывался.
Шериан покосился на мрачного Криона, погруженного в свои мысли, и тихонько усмехнулся. Как же это тяжело – чувствовать себя на сотни лет старше, чем ты есть на самом деле, и прятать это глубоко внутри, дожидаясь, пока твое тело не будет соответствовать душе. Он легко мог прочитать мысли Криона и даже дать совет, если бы не понимание, как тот это воспримет. Некоторые люди всегда считают, что поступают правильно, и убеждение в обратном может только еще больше их ожесточить. К сожалению, Крион был именно из таких… Все же ему следовало прислушаться к его словам и подыскать себе другого спутника. Что ж, что есть, то есть…
Внезапно он насторожился, глаза уловили какое-то мельтешение вдали, похожее на клубок сцепившихся человеческих тел.
– Крион, – тихонько позвал он. – Глянь-ка…
Шериан подстегнул коня, вдвое быстрей преодолев оставшееся расстояние. Глаза мгновенно выхватили семерых нападающих и миниатюрную девушку. Судя по обстановке, в помощи она не нуждалась, но все же он спросил:
– Помочь?
– Обойдусь! – задорно прокричала она в ответ и резко отпрыгнула назад, выставив перед собой ладони.
Песок из-под ее ног смешался с тугой струей воздуха и с громким хлопком устремился к замершей семерке. Те на секунду онемели, застывшим взглядом провожая обрушивающуюся на их головы лавину. Золотисто-теплый поток рухнул вниз и девушка приятно улыбнулась прежде, чем ее противников полностью зарыло под песок. И лишь затем обернулась к всадникам.
– Ну как? – весело спросила она. – Нуждаюсь я в вашей помощи или нет?
– Думаю, что нет. – Шериан слегка поклонился, улыбнувшись в ответ. – Вы прекрасно справились и сами, но это был наш долг – предложить вам свои услуги. А они смогут выбраться? – И он кивнул на выросший бархан.
– Ну, если сильно жить хочется… Я Брайан.
Она опустилась на колени подле поверженной лошади. Из груди гнедой кобылки торчала рукоять тяжелого метательного ножа, глаза страдальчески смотрели на хозяйку. Тонкие руки девушки скрестились на ноже, но не выдернули. Шериан подъехал еще ближе и прищурился, ловя ускользающее видение – рукоятка словно подернулась легкой дымкой и начала светлеть, расплываться, становясь прозрачной, как воздух, пока не исчезла совсем. Еще несколько мгновений – и рана на груди затянулась. Животное дернулось и нерешительно поднялось на ноги, ошарашено водя глазами. Брайан легонько похлопала его по морде и вновь повернулась к Шериану.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
