Я вышла из машины и побежала к дому. А сама в глубине души ждала, что Кас позовет меня, остановит, просто поинтересуется как я. Но ничего из этого не произошло. Как только я ступила на порог дома, услышала, как машина отъехала от дома.
Все. Хватит. Я запрещаю себе думать о Касьяне Райхеле. Он этого не достоин.
Я поставила чайник и позвала всех домашних пить чай с пирогом. Не знаю почему, но мне в тот вечер казалось, что все будет хорошо…
Утром меня разбудила баба Тома и Димка.
— Ника, вставай, там какие — то мужики пришли, тебя хотят, — сказала баба Тома. Я села на диване и пыталась понять, что и кому от меня понадобилось.
— Что? — посмотрела на часы, было только пять утра!
— Мужики, говорю, приехали и говорят, нужна Вероника Стахова.
— Ага, — подтвердил брат. — На грузовой машине приехали!
— Давай иди, интересно же! — стянула меня с постели баба Тома. — Я на всякий случай метлу с собой возьму.
Я все еще не проснулась. Накинула на плечи халат, кое — как связала волосы на затылке и вышла на улицу. Подошла к калитке и действительно на улице стояла машина, а возле нее двое мужчин. Мне бы испугаться, но слишком рано.
— Доброе утро, — вежливо поздоровалась.
— Доброе! Вы Вероника Стахова? — спросил один из них.
— Да, а что такое? — осторожно поинтересовалась.
— Заказ привезли.
— Какой заказ? — совсем растерялась. — Я ничего не заказывала.
— Наше дело — привезти все по адресу, тем более все оплачено. Куда заносить?
— Что заносить? Можете нормально объяснить?
— Заносите в дом, — скомандовала баба Тома и шикнула на меня. — Тебе какая разница что, раз уплОчено все?
Пока я пребывала в шоке мужчины, вместе с бабой Томой все затащили в дом. Я расписалась на бумажке и грузчики умчались. Я поспешила в дом, чтобы понять что же там за заказ такой странный.
А когда увидела — обомлела.
Посреди нашей с Димкой комнаты стоял письменный стол со стеллажом и кресло.
Дима был вне себя от счастья, он просто не отходил от своего нового рабочего места, а я… А я пыталась понять, что все это все значит. Кто сделал подарок — я знаю. Вот только зачем? Я не понимаю. Касьян практически прямым текстом послал меня, а теперь этот жест. И что мне думать? Что делать?
Со всеми этими вопросами я пошла к бабе Томе.
— Что делать? А ничего. Подарил и молодец, — ответила женщина и сделала глоток чая.
— Но разве я могу принять такой подарок? Мне даже страшно представить сколько стоит эта мебель… Это неправильно.
— А кто сейчас «правильно» живет, Вероничка? Надо просто жить так, как удобно, — философски изрекла баба Тома.
— Ну не знаю, — протянула я.
— А ты пойди к брату и скажи, что ты вернешь его стол, потому что тебе «неправильно». Давай, иди. Мало же ребенок натерпелся!
— Баба Тома!
— А ты мне тут не бабтомкай! Иди, давай на работу собирайся и голову себе не засоряй мусором.
Меня просто прогнали из кухни. Вот это спросила совета называется. Хотя, я именно такой реакции и ожидала. Махнула рукой и пошла собираться на работу. И правда, чего я себе мозг гружу. Прислал и прислал. Я очень благодарна. При личной встрече, обязательно, скажу об этом.
Конечно, легче подумать, чем действительно выкинуть из головы…
Всю смену я только и делала, что высматривала Касьяна. Путала заказы и вообще была такой рассеянной. Илона не выдержала и отвела меня в угол, сделала выговор.
Так, все, соберись, Вероника! Велела я себе.
Остаток рабочего дня я была сосредоточена лишь на заказах. Подумаю обо всем потом.
— Слушай, какой у тебя размер ноги и рост? — задала неожиданный вопрос Илона.
Я удивлённо посмотрела на блондинку.
— Рост сто семьдесят сантиметров, размер ноги — тридцать восемой. А что такое? У нас новая форма будет?
— Нет, — тряхнула волосами девушка. — Просто интересно.
— А… Понятно, — улыбнулась в ответ.
За всю смену я так и не встретила Касьяна. Несколько раз порывалась сходить к нему в кабинет, но каждый раз трусила…
Димка встретил меня дома с визгами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ника — а — а! — прыгал вокруг меня ребенок.
— Что такое? Ты что кофе пил? Чего такой дрыганый? — весело спросила и взъерошила малому волосы.
— Мы едем на каникулах на тренировочную базу «Барселоны»! Можно я тоже поеду, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
Мой брат бредил футболом. Это его страсть. Даже не смотря на проблемы со здоровьем, он с упорством осла продолжал заниматься любимым видом спорта. Именно поэтому мы и перешли на дорогие лекарства. Все, естественно, под присмотром врачей. Несколько лет назад я записала его в местный футбольный кружок.
— Надо принести мою форму! Где она, я не могу найти, наверное, дома осталась! Ника, принеси, а вдруг она маленькая на меня, я же вырос!
— Так, успокойся, Дима. Я для начала позвоню тренеру и всё узнаю, понятно? — строго сказала, но меня никто не слушал. Брат продолжил бегать и прыгать по комнате.
Я вышла из комнаты, взяла телефон и набрала номер тренера брата.
— Алло, здравствуйте, Андрей Геннадьевич, — поздоровалась я.
— Добрый день, Ника.
— Я по поводу поездки, а то Дима не может ничего толком объяснить.
— Едем на неделю, с собой документы, сменная одежда, там кормить будут.
— Поняла, а сколько это стоит? — задала главный вопрос.
— Все вместе с дорогой выйдет около десяти тысяч рублей. Надо рассчитывать на эту сумму. И ответ по поводу поедет или нет нужно дать в течении трех дней.
— Поняла… Спасибо за ответ! До свидания.
Сказать, что я офигела? Думаю, не стоит. Десять. Тысяч. Рублей. У меня всего в кармане рублей двести, больше нет.
— Ника! Ты нашла форму? — слышала голос брата.
Схватилась за стену и закрыла рот рукой, чтобы не завыть в голос. Как… Как я ему скажу, что он не поедет? У меня сердце разбилось на миллион острых осколков и с каждым вдохом ранят все глубже и больнее. Маленький мой, столько счастья… А я не могу тебе его подарить…
— Ника! — в коридоре появился брат и я быстро взяла себя в руки, смахнула слезы рукой.
— Что?
— Форма моя где? Мы ее в доме оставили, ты принесешь? Я уже сумку собрал! — и смотрит на меня своими огромными сияющими голубыми глазищами, а мне снова реветь хочется. От беспомощности, от несправедливости.
— Да, принесу…
— Сейчас?
— Дима, давай позже.
— Ну, Ни — и — и — и — ка! Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
— Хорошо, сейчас принесу.
Мне нужно было выбраться из дома, проветрить мозги. Я вышла на улицу и прошла сначала в один конец, а потом в другой. Столько мыслей в голове. Я пыталась просчитать смогу ли все же отправить Димку в этот лагерь или нет… Но, сумма слишком неподъемная. Как бы мне хотелось дать брату все, что он хочет, но я не могу и от этого так горько и больно на душе…
Я дошла до нашего дома… Стала рассматривать его. У нас небольшой домик, одноэтажный с тремя комнатами, но очень уютный. В нем всегда царила атмосфера любви и тепла, а теперь… Теперь я могу смотреть на него только со стороны.
— Кто там? — услышала противный голос сестры отца.
Я хотела уйти, но она меня заметила. Глазастая сука.
— А — а — а, пришла! — зло ухмыльнулась и подошла к калитке, посмотрела на меня таким взглядом, словно я грязь на ее подошве. — Чего надо?
— Добрый вечер, — проглотила все слова, что вертелись на языке. Мне все же дали хорошее воспитание. — Я хотела узнать не осталась ли в доме футбольная форма Димы? Она сине — гранатового цвета.
— Ничего нет, — рявкнула Женя.
Я смотрю на нее и не могу понять, неужели у нее нет ни капли сострадания. До похорон отца я слышала о его сестре лишь несколько раз. Они вообще не общались. А теперь она приехала и заявляет права на дом. Почему? И главное — все по закону! Я прожила в доме практически всю жизнь и никто здесь, ни на что не имею права.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
