не являлось секретом, как и позиция Громова.
Игра на двух контрастах и том факте, что лидеры двух группировок среди студентов не могли пойти во главе своих людей и бросить базу. А тут появляюсь я, весь из себя разрекламированный Элизой и, как вишенка на торте, с фамилией Ливен. Просто идеальный вариант для отвлекающего маневра против командира орды. Которого если и не убьют, то он возьмет на себя часть сил или хотя бы по возможности нанесёт хоть какой-то ущерб орде.
Хитро, тонко, незаметно. И даже не поймёшь, если не знать самого замысла изначально. Чертова семейка дипломатов, ну а как иначе?
— Господин Ливен, хотела принести свои глубочайшие извинения. Мои действия, хоть и диктовались логикой и нашим бедственным положением, но я всё равно подвергла вас огромному риску, согласившись с вашим предложением об отправке за стены, — склонила она голову с таким выражением лица, что Егор, сидевший возле меня, тихо всхлипнул.
Я перевел на него взгляд. Ты сейчас надо мной смеешься?
Но нет, Балацкий выражай такую искреннюю жалость к девушке, что хоть стой, хоть падай. Никак не отреагировав на это, я почесал кончик носа. И что теперь мне делать? Черная ведь не идиотка. Тоже поняла, раз я выжил, что слова ее сестры были не так уж и далеко от истины касательно моих возможностей и навыков.
Поняв же, какой актив она едва не послала на убой, она решила сделать первый шаг, чтобы разрушить между нами любые недомолвки? Вполне себе может статься и так. Как-никак, ни ей, ни мне, не нужны лишние враги и недруги. Вот только вопрос — а можно ли ей верить?
Не допущу ли я таким образом крупной ошибки, позволив ей перейти из разряда врагов явных во врагов неопределённых?
Я уже успел убедиться, что репутация моего рода слишком говорящая. И не стоит ожидать от дворян Империи к себе благодушного отношения. От большей их части так точно...
И в то же время, Черные — могут серьезно поспособствовать обелению моей фамилии. Все же, известные дипломаты. А это означало, что заполучив их поддержку или, по крайней мере, благожелательность, можно было бы достичь много большего, чем если действовать самому.
Закрыть дверь перед сыном бунтовщиков — это одно, и совсем другое — если к тебе обратится одна из семьи дипломатов, вхожих во многие круги общения и обладающих несравненной в обществе репутацией.
Да, это может очень мне пригодиться в недалёком будущем. Но и расслабляться в ее присутствии я пока не мог.
Что же, как говорится, друзей держи близко, а врагов — еще ближе...
— Ваши извинения приняты, госпожа Черная. Надеюсь, впредь наши отношения не будут омрачены подобными неувязками, — ответил я, мысленно усмехнувшись над своими словами. «Неувязками», ага, конечно.
— Спасибо. В качестве извинения я хотела бы пригласить вас, господин Ливен, на чашечку кофе в нашем родовом поместье. Наш род имеет некоторые связи с Колумбийской диктатурой, и вам наверняка придется по вкусу напиток с их государственных плантаций, — вот и закинула девушка удочку в мое озеро.
Осталось понять, на кой тебе это, дражайшая? Вербовка? Не исключаю. Убийство или пленение? Слишком топорно и уже на грани паранойи. Возможно, я слишком много думаю по этому поводу.
Скорее всего... В открытую Черные навряд ли станут действовать, так что угроз для меня там быть не должно. В теории. А на деле же, кто знает, какой они кульбит могут выкрутить и не попробует та же Полина добить меня на своей домашней арене.
Не смогла сейчас, топорно подставив себя и свой род, только за счет того, что я оказался сильнее ожиданий, так теперь ищет возможность затащить меня к себе в логово?
Эх, была не была... Ведь это приглашение может оказаться и тем самым шансом для меня выйти в свет и не оказаться тут же оплеванным со всех сторон.
— С удовольствием посещу вас, как только представится такая возможность. А пока вынужден просить вас — нам еще следует подготовиться к предстоящей битве, — подбородком указал я на ящик с патронами и некоторыми мелкими артефактами.
— Конечно, я не в обиде. Мой род отправит вам письмо с приглашением, — обезоруживающе улыбнулась девушка и покинула нашу компанию походкой от бедра.
Так что неудивительно, что ее провожали три «голодных» взгляда. Я же прикрыл глаза от греха подальше. Жалкая манипуляция, которая и вовсе казалась какой-то издевкой на фоне происходящего.
— Пацаны, кажется, я влюбился, — прошептал Балацкий, на что мне захотелось влепить ладонью себе по лицу.
И ты туда же?
Создавалось впечатление, что подростки даже не задумывались о тяжести предстоящего сражения, уже успев уверовав в то, что мы благополучно вернемся целыми и невредимыми. И только я знал, что не могло всё быть так просто... Продвинутый ранг.
Нет, думать об интригах дворян сейчас точно не время. Сначала следовало выжить. Опять.
Соскочив с ящика, я ощутил, как подкашиваются ноги, а сам я начал падать лицом вперед, но неожиданно оказался подхвачен пухляшом.
— Оп, поймал. Ты чего пугаешь, Марк? После встречи с Черной уже ноги не держат? Хе-хе... Я всё, конечно, понимаю — сам взгляд не могу отвести, но... — парень всё продолжал нести околесицу, но я уже его не слушал.
В ушах стучали глухие удары, эхом отражаясь в висках. Сердце ускоренно билось в груди, а мне самому только и оставалось, что жадно глотать воздух.
Магический откат. Только не сейчас. Только не здесь. Перенапряжение энергоканалов, раз за разом перенапряжение всего организма, а также частое опустошение резерва...
Я, конечно, знал, что расплата за такой беспредел скоро наступит, но не так же рано!
Даже магия целительства не способна избавить пациента от фантомных болей и отката, разве что его на какое-то время отложить и ослабить. Но не более того.
Страдать придется, что так, что этак. По той же причине отката, маги в моем мире неделями отлеживались после той или иной миссии, восстанавливаясь и позволяя фону маны в организме упасть до нормальных значений.
Ведь мана, как и эфир, подобна радиации. Она рушит организм. Не так сильно и резко, как эфир, но всё же. А потому никому строго не рекомендуется перенапрягать свой источник, сливать резерв в ноль за раз, а также без передышки напрягать энергоканалы.
Любое заклинание и движение маны повышает фон маны в теле человека или любого иного живого существа. В небольших дозах он неопасен, при определённой
