Посмотрев по сторонам, Денис увидел еще пять телег, загруженных клетками с людьми и четыре крытых фургона. По сторонам караван сопровождали около двадцати человек, вооруженных различным холодным оружием и одетых в подобия средневековых кольчуг. Каждый из охранников каравана ехал на огроменной лошади. Таких высоких коней Денис никогда не видел. Вообще-то лошадей парень видел раз пять в жизни, да и то это были невысокие полутораметровые коняшки, на которых катали малышей за деньги. Эти же кони могли поспорить в росте со своими хозяевами, так как по прикидкам Дениса были не менее ста девяноста сантиметров в холке. При этом кони совсем не смахивали на тяжеловозов — было видно, что эти красивые грациозные животные могут скакать очень быстро.
Местность, по которой ехал караван, можно было назвать степью, если бы не многочисленные островки деревьев, растущие тут и там. Наезженная дорога, идущая до горизонта, была довольно пыльной, но караван ехал не спеша, поэтому пыль не поднималась высоко и не мешала дышать. Периодически один или два охранника срывались из строя и скакали в сторону от каравана, видимо выполняли разведывательные функции.
Закончив осмотр окрестных достопримечательностей, Денис решил проверить свое состояние. Как ни странно, но раны на голове и ноге не только не кровоточили, но и уже почти зажили. Осмотрев грудь, парень нашел желтое пятно на коже, смахивающее на след недельного синяка. Судя по всему, кто-то позаботился о его ранах и даже отмыл всю кровь, которая заливала голову и бедро. Вот только неизвестный благодетель также позаботился обо всех вещах Дениса, а проще говоря, стырил их, так как на данный момент на нем были только штаны и рубаха из грубой холщовой ткани. Правда, в нагрузку к ним еще шел тонкий плетеный кожаный ошейник, плотно прилегающий к шее парня.
Неожиданно желудок напомнил о себе громким бурчанием и голодным спазмом. Такое впечатление, что Дениса не кормили неделю, что было вполне вероятно, судя по щетине, которая успела отрасти на лице парня. К такому же выводу приводили состояние ран и заживший синяк на груди. И как это он умудрился проспать столько времени?
Справа раздался веселый голос, но смысла реплики улыбчивого загорелого гиганта Денис не понял, так как никогда не слышал языка, на котором она прозвучала.
— Что ты хочешь сказать? Я тебя не понимаю, — ответил Денис, пытаясь жестикуляцией объяснить свои слова.
Гигант продолжил что-то говорить на непонятном языке, отчаянно жестикулируя и пытаясь объяснить.
— Вот я попал. И что же мне теперь делать? Эй, парень, мы что, рабы? — уже не надеясь на понятный ответ, вопросил Денис.
* * *
— Эй, что вы тут разорались? — зло спросил подъехавший охранник.
— Да вот, проснулся наш соня. Может, вы его покормите, а то уже четвертый день парень на воде живет? — Метор приветливо улыбнулся и кивнул на тощего мальчишку, сидящего в соседней клетке.
— А, оклемался, наконец. Сейчас позову хозяина. — Наемник пришпорил коня и поскакал к фургону, в котором ехал работорговец.
Через пять минут к клетке подъехали три наемника и тощий высокий тип в полосатом цветастом халате, у которого все пальцы были в перстнях. Телегу сразу же остановили, а четверо всадников подъехали ближе.
— Наконец-то ты оклемался, мелкий, — расплылся в улыбке работорговец Зераф. — Я уж думал, что эльфы мне продали негодное мясо. Ты понимаешь, что я говорю?
Паренек в клетке внимательно смотрел на тощего, но судя по всему, ничего не понял. Неожиданно он что-то залопотал на непонятном языке и обвел рукой вокруг себя, указывая на клетку.
— Чего? Я тебя совсем не понимаю. Говори по-человечески, — недовольно сказал работорговец, — Дрон, ну-ка пощекочи его копьем, только несильно, не порань. Может тогда он чего понятного скажет.
Сидящий рядом на коне наемник подъехал к клетке и осторожно попытался ткнуть копьем, метя в ногу раба. Неожиданно пацан схватил за наконечник копья, дернул его на себя и резко толкнул обратно, угодив древком в живот Дрона. Сила и внезапность удара дали непредвиденный эффект — наемник согнулся и выпал из седла. А мелкий раб что-то начал яростно кричать, указывая на работорговца.
— Ого, не соврали ушастые, действительно боец. Надеюсь, ты принесешь мне хорошую прибыль, учитывая, что я заплатил за тебя не так уж и много.
— Хозяин, по-моему, он слишком много орет. Может, проучить его, чтобы заткнулся? — спросил поднявшийся на ноги Дрон, которому не пришлась по душе выходка раба.
— Да, ты прав. Стоит его проучить, — сказал Зераф и поднял руку.
Один из перстней на пальцах работорговца засветился, и ошейник раба выдал магический импульс. Мелкий сразу же захрипел и забился в судорогах, хватаясь за тонкий ошейник обеими руками, в попытках содрать его. Через три секунды рука Зерафа опустилась, и парень распластался на дне клетки, пытаясь отдышаться.
— Теперь он знает свое место. Кормить его раньше всех не вижу смысла, он и так довольно бодрый, так что пусть дождется привала. Поехали, — работорговец развернул коня и в сопровождении охраны уехал к своему фургону.
ГЛАВА 3
Встань, страх преодолей,Встань, в полный рост,Встань, на земле своейИ достань рукой до звезд.
Имперский тракт. Денис
Вот уже неделю я еду в клетке. По словам Метора, а вернее по тому, что я кое-как понял из его жестикуляции, этот срок можно увеличить еще на четыре дня, которые я проспал. Теперь понятно, почему у меня все мышцы были как занемевшие. Пролежать четыре дня почти без движения чревато и не такими последствиями, но видимо кто-то позаботился обо мне, ведь раны уже затянулись, и синяк на груди почти сошел. Жаль только, мой благодетель успел меня обокрасть и продать в рабство. Особенно было жаль потерять бокен, который служил мне более пяти лет, и телефон, в котором была записана моя любимая музыка.
В первый момент после пробуждения я ничего не понял. Сначала в голову пришла мысль, что это Алексей со своими бандюгами решил на мне так остроумно отыграться и сплавил мое тело каким-нибудь работорговцам в Азию — ведь продают девушек в сексуальное рабство, так почему бы и мужчин туда не сплавлять? Вот только вид двухметровых громил в соседних клетках совсем не подходил под характеристики мальчиков для развлечений. Еще бросался в глаза средневековый антураж, окружающий нашу процессию. Но окончательно мои сомнения развеял ошейник, долбанувший меня непонятно чем, когда я разозлился и начал угрожать тощему типу в халате, что переломаю все кости ему и его прихвостням.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
