неудовлетворенной. Никогда.
Почувствовав, как ее тело содрогнулось, я понял, что тоже снова готов. Она была такой горячей, что я подумал, что, наверное, мог бы трахнуть ее сто раз. Ну, может быть, не совсем сто, но вы поняли идею.
Подняв голову, я снова залюбовался ее уязвимым телом. Я привязал ее запястья к кованой железной раме кровати, как она писала в инструкциях, и теперь она выглядела такой совершенно беспомощной. Одинокая слеза скатилась по ее щеке. Это охренеть как возбуждало. Но, слава Богу, мы только играли. Иначе кто-нибудь действительно мог бы пристраститься к этому, не так ли?
Я провел пальцами по верхней части ее бедер и ее мокрой киске, прежде чем раздвинуть ей бедра. Она пыталась сжать их, визжала, стонала, но не могла остановить меня.
- Тебе ведь это понравилось, да? - спросил я ее.
Она покачала головой.
Я рассмеялся.
- Потаскухи не кончают, если им это не нравится, - сказал я ей.
- Ты не можешь просто оставить меня в покое?
- Черт возьми, конечно же нет, сука. - Я наклонился и шлепнул ее по верхней части бедра, так близко к заднице, как только мог. - Ты знаешь, что я еще не закончил с тобой.
Она просто уставилась на меня снизу-вверх.
"Будь со мной груб. Отшлепай меня. Придуши. Называй меня дрянью, шлюхой, сукой, подстилкой, блядью, пиздой".
"Царапай мне кожу"
"Оставь синяки на моих руках"
"Сжимай мою шею"
"Будь МУЖИКОМ"
Что ж, я делал именно то, о чем она просила. То, что она требовала. Я задавался вопросом, не разочаровываю ли я ее. Она не выглядела счастливой. Но опять же, она и не должна была выглядеть счастливой в этой своей фантазии. И в любом случае, она определенно кончила, когда я работал ртом над ее киской. Определенно.
"После того, как ты кончишь мне в рот, ты кончишь в мою киску. Ты можешь это сделать?"
"Черт возьми, да"
Она заставила меня отправить копию теста на ЗППП, чтобы убедиться, что я чист. В университетской клинике их делали бесплатно, так что это не имело большого значения. Конечно, было немного неловко сдавать такой анализ. Но эй, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. И еще это означало, что я мог трахать ее без гандона.
Да, это наверняка выставляет меня идиотом. Но я и есть похотливый идиот. И если она так стремилась убедиться, что я чист, это должно означать, что она тоже была чиста, верно? И очевидно, что она будет принимать какие-то противозачаточные средства, так как она не хотела никаких отношений - она просто хотела, чтобы ее использовали и оскорбляли.
Так что теперь я должен трахнуть эту связанную маленькую нимфетку, пока она пытается сопротивляться. Черт, это должно было быть весело.
- Расхерачь эту лохматку, братан, - было последнее, что сказал мне Джейк, перед тем как мы расстались.
- Еще как, черт возьми, - ответил я. Он заставил меня понять, насколько потрясающей была эта возможность.
Я схватил ее за щиколотки и прижал ступни и лодыжки ей к запястьям. Посмотрел на нее сверху вниз, капля пота упала с кончика моего носа на ее губы. Рефлекторно она слизнула ее и уставилась на меня. Она дрожала. Да что там, ее буквально трясло.
- А теперь давай наполним сливками твою киску, - сказал я, начиная входить в нее.
- Нет, нет, нет, - тихо бормотала она, как будто играла роль человека, который сдался.
- Да, ты, маленькая шлюшка. Да, давалка дешевая. Да, моя чертова секс-машинка.
Я не смог не закрыть глаза, когда вошел в нее, такую горячую, влажную, тесную, чем кто-либо, с кем я до этого был. Слава Богу, я кончил ей в рот всего несколькими минутами раньше, иначе я не смог бы продержаться больше одного-двух ударов.
"И запомни, НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ, ПОКА Я НЕ ИСПОЛЬЗУЮ СТОП-СЛОВО. ПОНЯЛ?"
ДА ПОНЯЛ Я!!!!!
Она лежала подо мной, ее голова покачивалась, когда я начал трахать ее подтянутое гибкое тело.
С руками, привязанными к металлическим перилам, она ничего не могла сделать, ничего, кроме как лежать там, извиваясь подо мной, и стонать, не в силах вырваться.
Все было так, как она и хотела.
Это не займет много времени...
7. Кэсси
Мои запястья были крепко привязаны к кованым железным столбикам в изголовье кровати. Если бы это была обычная кровать, с обычной спинкой, ему не к чему было бы привязывать мои руки. Может быть я смогла бы найти какой-нибудь выход. Но поскольку я выбрала это красивое, старинное, викторианское кованое железо, я сама дала ему возможность привязать меня.
Сама виновата.
Я ничего не могла поделать. С ним надо мной, на мне, во мне. Я ничего не могла сделать, кроме как лежать и терпеть все это. Я просила его остановиться. Просила уйти. Я просила его о пощаде, но нет. Бесполезно. Он собирался делать со мной все, что захочет.
Когда он закончил трахать меня, он вытащил и посмотрел вниз, глядя, как его соки вытекают из меня.
Пока он был внутри меня, мое тело реагировало так, что мой разум не мог его контролировать. Я чувствовала, как сжимаюсь вокруг него, моя киска стискивает его, доит его до последней капли и втягивает его глубоко внутрь меня. Теперь часть его выделений просачивалась на кровать. Мне нужно будет сменить простыни. Нет, не просто поменять, а избавиться от них.
- А теперь перейдем к последнему пункту меню, - сказал он со смехом, протягивая руку и развязывая мои запястья.
Я позволила своим рукам упасть на кровать, изображая покорность. Он опустил свое лицо вниз, прямо над моим, и вот тогда я нанесла удар. Выдернув правую руку из-за головы, я размахнулась и ударила его сбоку по лицу, ладонь смачно шлепнула по его скользкой от пота коже.
Его рука тоже метнулась, быстрая, как змея, и схватила меня за запястье, крепко сжав.
- О, так ты хочешь, чтобы сейчас было еще жестче, да?
- Нет, нет. Больше не надо. Хватит.
- Ну нет, не хватит.
Он дернул меня за запястье и просунул другую руку мне под бедро. Перевернув меня, он сжал мои запястья вместе и толкнул их вперед. За считанные секунды он снова примотал их к железной раме кровати. Я не могла ничего сделать.
- А теперь перейдем к моей любимой части.
