Объяснение, приведённое выше, вполне правдоподобно. И не является ли это объяснением движения за земельную реформу Генри Джорджа? Владельцы земли вскоре ведь обнаружили, что это движение представляет из себя овцу в волчьей шкуре; что налогообложение рентных платежей за землю не может быть толком выполнено, а посему этот человек и его реформа абсолютно безвредны. Прессе было позволено пропагандировать утопию Генри Джорджа, а реформаторы земельного вопроса стали приниматься в лучших слоях общества. Каждый немецкий "аграрий" и спекулянт зерном мгновенно превратился в плательщика налогов (с рентных доходов). Лев оказался беззубым, посему с ним можно было и поиграть, примерно так же масса народа с удовольствием поигрывает в христианские принципы.
Исследование Марксом капитала удалилось в сторону.
Маркс поддался на популярную уловку: мол, капитал состоит из материальных вещей. А вот по Прудону, наоборот, ростовщический процент не есть продукт либо материальная вещь, он представляет собой экономическую ситуацию, состояниерынка.
Маркс считает прибавочную стоимость трофеем капиталиста, получающегося из-за того, что капиталист неправильно употребляет данную ему власть – право собственности. По Прудону же, прибавочная стоимость – есть субъект закона спроса и предложения.
С точки зрения Маркса, прибавочная стоимость всегда однозначно есть "плюс". А Прудон утверждает, что возможность минусовой прибавочной стоимости тоже надо принимать во внимание. (Положительная прибавочная стоимость есть такая приб. стоимость, которая расположена в предложении, т. е. на стороне капиталиста, тогда как отрицательная приб. стоимость – на стороне труда).
Лекарство Маркса состоит в политическом превосходстве тех, кто лишён средств производства, сие может быть достигнуто через организации соответствующих движений. Лекарство Прудона есть устранение всех препятствий для людей трудиться как можно более производительнее.
По Марксу, забастовки и кризисы – явления положительные, а конечная цель экспроприация экспроприаторов – есть райский финал. Прудон же говорит обратное: "Ни при каких обстоятельствах не позволяйте НЕ работать, потому что самыми мощными союзниками капитала являются забастовки, кризисы и безработица; тогда как нет ничего более фатального для капитала, чем БЕСПРЕРЫВНЫЙ ТРУД!"
Маркс говорит: "Забастовки и кризисы сметут капиталистическую нечисть на вашем пути к цели; а самый большой кризис после борьбы даст вам конечную цель – рай на земле." – "Нет!", – говорит Прудон, – "Это – подлог, такой метод уведёт вас от цели ещё дальше. С такой тактикой вам никогда не удастся стащить с капиталова «пирога» больше, чем 1% от ставки ростовщического процента."
По Марксу частная собственность означает власть и превосходство. Прудон понимает, что это превосходство заложено в деньгах, в системе их функционирования, и что, при изменённых условиях функционирования, превосходство частнособственнического капитала превратится в его слабость.
Но теперь мы знаем, что капитал не увеличивается простым сложением, поскольку введённый дополнительный капитал часто порядком уменьшает существовавшую до этого совокупную стоимость капитала. Правду приведённого выше высказывания можно легко увидеть в повседневной жизни. При некоторых условиях цена тонны рыбы может быть выше цены 100 тонн рыбы. С чего цена может надуться, если предложение изобильно? Да ни с чего. Мы получаем прибавочную стоимость БЕСПЛАТНО.
Незадолго до развязывания первой мировой войны владельцы земли в пригородах Берлина хватались от ужаса за голову, рента на дома, т. е. прибавочная стоимость, падала, а вся капиталистическая пресса выла из-за непрекращающейся "строительной ярости рабочих и подрядчиков", которая была вызвана "эпидемией строительства в индустрии возведения жилых домов." (цитаты из немецкой прессы тех лет.)
Разве эти выражения не являются откровением по поводу шаткости природы капитала? Капитал, тот самый капитал, перед которым марксисты аж благоговеют, умирает из-за "чумы непрерывного строительства"; он срывается с места и исчезает перед лицом наступления "строительной лихорадки" рабочих! Что бы посоветовали Прудон и Маркс делать в такой ситуации? "Прекращайте строить!" – закричал бы Маркс, – "Плачьте, несчастные, рыдайте о том, что вы безработные, объявляйте забастовку! Потому что каждый дом, который вы возводите, прибавляет к силе капиталистов дополнительную силу, как если сложить два и два, то выйдет четыре. Сила капитала в его прибавочной стоимости, т. е. в данном случае ренте; поэтому, чем больше домой вы построите, чем более сильным станет капитал. Поэтому мой, марксов, совет вам: ограничьте свои старания и усилия, выступайте за восьмичасовой трудовой день или даже за шестичасовой, поскольку каждый построенный вами дом добавляет к ренте дополнительную ренту, а это и есть прибавочная стоимость – сила капитала. Ограничьте, друзья, свой строительный пыл, ибо чем меньше вы строите, тем дешевле вам обойдётся жильё!"
Вполне вероятно, что Маркс не стал бы произносить весь этот бред. Но доктрина-то Маркса, считающая капитал суть материальными товарами потребления, уводит рабочих мыслями в сторону и диктует другой способ поведения.
Теперь послушаем Прудона: "Прибавьте пару, друзья! Давайте ещё сильнее и энергичнее строить, даёшь чуму строительства! Рабочие и подрядчики, ни при каких условиях не позволяйте выпускать мастерок из ваших рук. Гоните взашей всех, кто встревает в вашу работу; эти самые, кто хочет вас отвлечь – ваши самые ненавистные враги! Кто они, болтающие о "строительной чуме"? Кто они, рассуждающие о сверхпроизводстве в строительной индустрии, тогда как ренты всё ещё показывают прибавочную стоимость, показывают, что интерес на вложенный капитал ещё есть? Пусть же сдохнет капитал от строительной чумы! Ибо за те пять лет, что вам было позволено заниматься тем, что вы и делаете, т. е. строительством новых домов, все капиталисты уже почувствовали приближение их конца, все они стали пищать о том, что прибавочная, де, стоимость ПАДАЕТ, а арендные платежи уже упали с 4% до 3%- иными словами, на четверть. Ещё три раза по пять лет такой беспрерывной работы – и вы получите дома ВООБЩЕ БЕЗ прибавочной стоимости. Капитал подыхает, и это вы, кто убивает его своим трудом!"
Правда инертна, как крокодил в грязи вечного Нила. Время правду не волнует; а уж то время, которое умещается в среднюю человеческую жизнь – вообще ничего для правды не значит, поскольку истина бессмертна. Но у правды есть один посланник, смертный, как и человек, и вечно спешащий. Для этого посланника время есть деньги; он вечно занят и возбуждён, и звать этого посланника ЗАБЛУЖДЕНИЕ. Заблуждение не может себе позволить просто лежать-полёживать, не двигаясь, и смотреть, как мимо проплывают столетия. Заблуждение раздаёт тумаки направо-налево, и так же получает их, потому что встаёт на пути каждого, а каждый человек постоянно на его пути. Вечное противостояние.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
