Читаем без скачивания Музей Фогга Гарвард - М. Силина

Мастер изобразил классический сюжет о Саломее и усекновении головы Иоанна Крестителя. Героиня изображена беспощадной фурией. Художник подчеркивает мистический характер противостояния властной женщины и пророка: Саломея обезглавливает Иоанна лишь одним движением руки. Голова святого, из которой хлещет кровь, уже окутана нимбом. По мысли живописца, силы коварной царевны и Иоанна Крестителя равны.

Прекрасная и роковая Саломея стала одним из самых популярных образов в искусстве символизма, в котором широко разрабатывалась тема мистической и демонической сущности женской души.

Творческая манера французского живописца-символиста Гюстава Моро отличается своеобразной колористической и орнаментальной трактовкой классических сюжетов.

В данной работе представлена известная библейская история о младенце Моисее. Во время гонений на иудеев мать Моисея положила его в корзинку, которую спрятала в зарослях у реки Нил. Будущего спасителя народа Израиля нашла дочь фараона. Художника интересует не столько сам сюжет, сколько возможность представить величие и блеск библейской истории с помощью грозных фантастических руин древнего города. Они служат фоном для младенца, его голова светится лучами, означающими присутствие Святого духа и избранность. Яркие цветы у корзины также символичны. Например, водяные лилии говорят о чистоте и невинности младенца. Гюстав Моро придает этому простому на первый взгляд сюжету монументальную мощь древних легенд.

Величайший французский живописец Эдгар Дега получил мировое признание благодаря своим работам в импрессионистической манере. Музей Фогга по праву гордится солидной коллекцией его картин и рисунков. Дега известен как великолепный портретист, а изображения балерин прославили его навсегда.

Еще одной важной темой в творчестве мастера были лошадиные забеги. С середины XIX века гонки стали чрезвычайно популярны в парижском обществе. Художник-новатор, как и все импрессионисты, Дега сразу заинтересовался модой и с удовольствием создавал произведения на темы соревнований: известно более ста картин, ста рисунков и двадцати скульптур. Живописец отдавал предпочтение запечатлению гонок перед стартом. Это позволяло ему отобразить особую, неоднозначную, интригующую атмосферу состязаний: напряжение игроков, нервное нетерпение лошадей, праздность и оживление публики, всеобщее ожидание и легкий беспорядок перед стартом.

На картине видно, что мастера интересуют не точное запечатление людей или деталей, а будто сам воздух на поле. Контрастным желтым цветом, буквально светящимся на полотне, выделены ссутулившиеся фигурки наездников. На втором плане мелькают и сливаются с толпой знатные, нарядно одетые посетители соревнований. Надо всем царит свинцово-синее небо, солнце почти ушло. Это тревожное, нестабильное состояние окружающей природы усиливает напряженное ожидание старта. Еще секунда — и забег будет начат.

Эта работа написана в период, когда художник отходил от холодной строгости реалистической живописи неоклассицизма и пробовал свои силы в новых колористических приемах, подсказанных импрессионистами. С последними Дега роднил и творческий интерес к отображению переходных состояний, сиюминутных движений, как будто случайных поз, жестов, ситуаций.

Великий французский художник Эдгар Дега известен в первую очередь как мастер, стремившийся соединить интеллектуальную четкость неоклассицизма с эмоциональной впечатлительностью импрессионизма.

Эта картина — одна из целой серии примечательных работ Дега о жизни Нового Орлеана. Она может раскрыть зрителю неизвестные факты из жизни ее автора. Вопреки его утвердившейся славе живописца прекрасных танцовщиц важную роль в творчестве художника играли бытовые сцены, а также сюжеты на социальные темы.

В 1872–1873 Дега путешествовал по Америке, навещал свою семью. Его впечатлила тихая провинциальная жизнь Нового Орлеана, после блеска парижской жизни однообразная работа заготовителей и торговцев хлопком была непривычна художнику. Он создал это небольшое, очень свежее по настроению полотно, на котором запечатлена работа его родного брата — фрагмент конторы по продаже хлопка, будто случайно выхваченный момент обычного дня торговцев. Безликие фигуры мелькают мимо живописца, поглощенные своими заботами. Торговец справа срезан стеной, это не смущает мастера, наоборот, он стремится подчеркнуть мимолетность сцены. Обращает на себя внимание выбеленная гамма картины, она словно вторит белому облаку хлопка. Своеобразным противопоставлением атмосфере делового дня торговцев служит картина на стене с изображением морской дали, залитой солнцем.

Эдгар Дега вошел в золотой фонд мировой художественной культуры живописными образами женщин.

В этой небольшой картине Дега использует полюбившийся ему метод — изображать спонтанные действия, выхватывать случайные моменты из потока времени. Он написал безымянную вокалистку в самый разгар исполнения песни. Зритель как будто знает, какое будет ее следующее движение. Безусловно, метод моментальной фиксации не в последнюю очередь подсказало ему набиравшее популярность в тот период искусство фотографирования. Известно, что мастер сам пытался заняться фотографией, чтобы схватывать разнообразие движений и поз человека. Немаловажно, что импрессионисты, с которыми в это время был близок Дега, возвели принцип эскизности, то есть подготовительного наброска, в ранг полноценной картины, достойной быть представленной на выставке или украшать интерьер ценителя искусств.

Французский живописец Эдгар Дега наибольшую известность получил благодаря своим многочисленным изображениям балерин и танцовщиц. Эта тема привлекала художника возможностью передать динамику человеческих фигур, полупрозрачную, струящуюся ткань одежд балерин, сложные композиции танцев. Он многократно зарисовывал репетиции танцовщиц, стремясь запечатлеть мимолетное движение, непринужденность поз отдыхающих девушек, атмосферу упорных тренировок, в которой не теряется красота грациозных, выверенных упражнений.

В представленной картине мастер намеренно сдвигает изображение от центра, оставляя правый фрагмент полотна незаполненным фигурами. Этим он создает особое ощущение большого пространства зала. Возникает контраст между студией и густой зеленью сада. Хорошая погода привлекает внимание художника ничуть не меньше, чем юные балерины, танцующие под аккомпанемент скрипки. Он гармонично подбирает цвета, сопоставляет коричневый и темно-зеленый, наделяя оттенки дополнительным смыслом. Немного выцветшие, блеклые, землистые бежевые тона стен и фигурок балерин будто символизируют безымянный труд, упорную репетицию девушек в одинаковых платьях. Никто из них не выделяется, они не смотрят друг на друга, не обращают внимания на живописца, они погружены в ритм танца. Аккомпаниатор-скрипач также безлик, чтобы подчеркнуть это Дега обрезает его фигуру, он едва помещается на холсте. Открытое высокое окно почти во всю стену, через которое падает рассеянный тусклый свет, придает этой небольшой картине атмосферу неприхотливого спокойствия занятых своим трудом людей.

Эдуард Мане — один из самых влиятельных французских художников, принципы работы которого получили развитие в XX веке. Авторский стиль Мане отличался широким диапазоном — от классического французского реализма XIX века до импрессионизма. Его работы отличает сложный, многомерный сюжет, при кажущейся простоте требующий вдумчивого анализа.

В этом произведении Мане запечатлел гонки, которые, как известно, были очень популярной темой среди французских художников-новаторов в 1860-е. Знаменитые скачки рисовал также Эдгар Дега, Пьер Боннар и многие другие мастера импрессионизма. В представленной работе Мане экспериментирует с техникой. Он рисует акварелью и более плотной по своему составу гуашью по контурам, сделанным графитом. Лист состоит из двух частей. На основной стороне — скачки, на второй — место для публики. Руке автора принадлежит еще несколько похожих изображений скачек, сделанных по тому же принципу складывающегося листа. Мастер строит рисунок по принципу фриза — ленты, в которой основную организующую роль берет на себя стереометрическая перспектива. Мане концентрирует ощущение пространства, преодолеваемого скачущими во всю мощь лошадьми, усилив сходящиеся на горизонте линии. Обзор местности при этом становится шире, превращая небольшой рисунок в панораму. В таком интересе к проблемам передачи перспективы отчетливо видны первые признаки приближающихся экспериментов другого великого художника-новатора — Поля Сезанна.