Читаем без скачивания Орел улетел - Джек Хиггинс

Адольф Гитлер".

Шелленберг передернул плечами и вложил документ в конверт. Подпись Гитлера не вызывала сомнений, он много раз видел ее на других документах. Правда, Гиммлеру ничего не стоило получить подпись фюрера на любом документе, подсунув его среди других бумаг.

Значит, Гиммлер наделил его теми же полномочиями, которые получил Макс Радл для подготовки операции «Орел». Но почему? Зачем ему понадобился Штайнер, да еще так срочно?

Гиммлер что-то скрывал, это было очевидно.

Шелленберг закурил еще одну сигарету и вышел из туалета. Дойдя до конца коридора, он понял, что заблудился. Шелленберг огляделся и увидел арку, ведущую на балкон большого зала. Он уже собирался повернуть обратно, как вдруг услышал голоса. Заинтересовавшись, он прошел на балкон и осторожно заглянул вниз. Во главе огромного стола стоял Гиммлер, а справа и слева от него – Россман и Бергер. Говорил рейхсфюрер.

– Существует такой тип людей, Бергер, для которых человек дороже, чем идея. Таких легко растрогать. Вы-то не такой.

– Нет, рейхсфюрер, – ответил Бергер.

– Чего не скажешь, к сожалению, о генерале Шелленберге. Поэтому я направляю вас с ним в Лиссабон. Девлин должен быть здесь независимо от его согласия. Эту задачу я возлагаю на вас.

– Рейхсфюрер сомневается в преданности генерала Шелленберга? – спросил Россман.

– Шелленберг имеет большие заслуги перед рейхом, – ответил Гиммлер. – Я считаю его одним из самых одаренных офицеров, когда-либо служивших под моим началом, но его преданность партии всегда вызывала у меня сомнения. Однако в данном случае это неважно, Россман. Сейчас Шелленберг нужен мне, я не могу отказаться от него. Ваша главная задача – подготовка совещания в замке Бель-Иль, а Шелленберг добудет Штайнера. – Он повернулся к Бергеру. – Вам пора.

– Слушаюсь, рейхсфюрер.

Бергер щелкнул каблуками и направился к выходу. Когда он дошел до середины зала, Гиммлер окликнул его:

– Покажите-ка свое мастерство, штурмбаннфюрер.

Бергер мгновенно расстегнул кобуру и резко повернулся, вытянув вперед руку с пистолетом. Дальнюю стену зала украшала фреска в средневековом стиле. Бергер трижды нажал на курок, и головы трех рыцарей на фреске рассыпались в пыль. Он уже убрал пистолет в кобуру, а звук выстрелов все еще разносился по залу.

– Отлично, – похвалил Гиммлер.

Шелленберг уже шел к выходу. Он сам неплохо стрелял, пожалуй, не хуже Бергера, но сейчас он думал не об этом. В вестибюле он надел шинель и фуражку, вышел на улицу и сел в машину. Минут через пять появился Бергер.

– Простите, что заставил вас ждать, генерал, – сказал он, садясь рядом с Шелленбергом.

– Ничего, – ответил Шелленберг и кивнул водителю, чтобы тот трогал. – Можете курить.

– У меня нет дурных привычек, – сказал Бергер.

– Да? Это интересно. – Шелленберг поднял воротник шинели, надвинул фуражку на глаза и устроился поудобней в углу сиденья. – До Берлина далеко. Не знаю, как вы, а я хочу немного поспать.

И уснул. Бергер смотрел некоторое время на спящего генерала, затем тоже поднял воротник и устроился в другом углу.

В кабинете Шелленберга на Принц-Альбрехтштрассе стояла походная койка. Ему нередко приходилось оставаться на работе на ночь. Наутро после поездки к Гиммлеру Шелленберг брился в ванной комнате рядом с кабинетом, когда вошла его секретарша, Ильзе Хюбер. Немолодая, но привлекательная, чувственная женщина в белой блузке и черной юбке. Ей шел сорок второй год. Муж ее погиб на войне. Раньше Ильзе работала секретаршей у Гейдриха. Потом Шелленберг взял ее к себе, и она была беззаветно предана ему.

– Он пришел, – сообщила она.

– Ривера? – Шелленберг вытер с лица мыльную пену. – А что Канарис?

– В десять часов, как обычно, у господина адмирала конная прогулка в зоопарке. Вы поедете с ним?

Шелленберг часто составлял компанию Канарису, но, подойдя к окну и увидев покрытые снегом улицы, он только рассмеялся:

– О нет, сегодня не поеду, благодарю вас. Но я должен с ним встретиться.

Постоянная забота о благополучии Шелленберга обострила чутье Ильзе Хюбер. Она подошла к столу, на котором стоял поднос с кофейником, и налила ему чашку кофе.

– Что-то произошло, генерал?

– Да так, ничего страшного, дорогая Ильзе. – Он отпил кофе и улыбнулся той безжалостной, угрожающей улыбкой, от которой внутри у нее все переворачивалось. – Не беспокойтесь! Разберемся. Перед отъездом я вам все расскажу. Мне понадобится ваша помощь в этом деле. Кстати, где Бергер?

– Внизу, в столовой. Я видела его там.

– Хорошо. Пригласите сюда Риверу.

Она остановилась у двери и повернулась к Шелленбергу.

– Знаете, я боюсь этого Бергера.

Шелленберг подошел и обнял ее.

– Я же сказал: беспокоиться не о чем. Разве великий Шелленберг когда-нибудь проигрывал?

Его ироничное отношение к самому себе всегда забавляло Ильзе. Она рассмеялась. Шелленберг легонько сжал ее в объятиях, и она, улыбаясь, вышла. Генерал застегнул мундир и сел за стол. Минуту спустя дверь отворилась и в кабинет вошел Ривера.

Он был невысокого роста, лицо желтовато-бледное, черные волосы аккуратно причесаны. На нем был темно-коричневый костюм, в руке он держал пальто. В лице Риверы явно читалось беспокойство.

– Вы знаете, кто я? – спросил его Шелленберг.

– Конечно, генерал. Большая честь для меня.

Шелленберг взял в руки листок бумаги. Это был обычный листок почтовой бумаги из гостиницы в Вене, где он останавливался на прошлой неделе.

– Вот сообщение о подполковнике Штайнере, которое вы получили из Лондона от вашего двоюродного брата Варгаса. Вы кому-нибудь говорили о нем?

Ривера изобразил на лице изумление.

– Что вы, генерал, никому. Клянусь Богом. – Он даже воздел руки к небу. – Матерью клянусь.

– Зачем же беспокоить вашу матушку? Пусть себе живет на маленькой вилле в Сан-Карлосе, которую вы для нее купили.

Ривера вздрогнул, а Шелленберг продолжал:

– Видите, я все про вас знаю и смогу найти вас, где бы вы ни были. Я ясно выражаюсь?

– Вполне. – Риверу прошиб пот.

– Сейчас вы работаете на СД и рейхсфюрера Гиммлера, но отчитываться будете только передо мной и больше ни перед кем. Начнем с сообщения от вашего кузена из Лондона. Почему вы передали его и адмиралу Канарису?

– Так приказал Варгас, генерал. В таких делах всегда на первом месте вопрос о вознаграждении, а в этом случае... – он пожал плечами.

– То есть он хотел, чтобы вам заплатили дважды, – кивнул Шелленберг. Объяснение Риверы было похоже на правду, и все же он знал, что в таких делах ничего нельзя принимать на веру. – Расскажите мне о вашем кузене поподробнее.

– Что я могу рассказать? Вы все знаете. Родители Хосе умерли во время эпидемии гриппа вскоре после первой мировой войны. Он рос в нашей семье. Мы были как родные братья. Вместе учились в Мадридском университете. Во время гражданской войны сражались в одном полку. Хосе на год старше меня, ему сейчас тридцать три.

– Вы женаты, а он нет, – заметил Шелленберг. – У него есть любовница в Лондоне?

Ривера развел руками.

– Видите ли, генерал, Хосе не интересуют женщины.

– Понятно. – Шелленберг на минуту задумался. Он ничего не имел против гомосексуалистов, но такие люди обычно боятся шантажа, а для разведчика это серьезный недостаток. Значит, Варгас уязвим.

– Вы хорошо знаете Лондон?

Ривера кивнул.

– Я целый год работал там в посольстве Испании вместе с Хосе. Это было в 39-м. Жена тогда осталась в Мадриде.

– Я тоже знаю Лондон, – сказал Шелленберг. – Расскажите мне, как живет ваш брат. У него квартира на территории посольства?

– Вообще-то да, генерал. Но для личной жизни он снимает квартиру в городе. Он арендовал ее на семь лет, еще когда я работал в Лондоне. Так что, вероятно, эта квартира до сих пор в его распоряжении.

– Где она находится?

– В Стэнли-Мьюз, недалеко от Вестминстерского аббатства.

– И совсем близко от здания парламента. Хороший район. Молодец ваш кузен.

– Хосе всегда стремился жить на широкую ногу.

– А для этого нужны деньги. – Шелленберг встал и подошел к окну. На улице шел снег. Он спросил: – Ему можно верить, вашему брату? Не имел ли он контактов с нашими английскими друзьями?

Казалось, Ривера возмущен до глубины души.

– Генерал Шелленберг, уверяю вас, Хосе, как и я, истинный фашист. Мы вместе воевали у генерала Франко во время гражданской войны. Мы...

– Хорошо, хорошо, я просто хотел уточнить. А теперь слушайте меня внимательно. Возможно, мы решим вызволить подполковника Штайнера.

– Из Тауэра, сеньор? – Ривера вытаращил глаза.

– Я думаю, они переведут его куда-нибудь в укромное место. Или уже перевели. Вы сегодня же напишете вашему брату письмо с просьбой разузнать о Штайнере все, что возможно.