и, приподняв брови кверху, поинтересовался:
— Что за выражение лица? Это же в твоих интересах выдать девушку замуж как можно быстрее, разве нет? Мы все получим то, что так страстно хотим. Я — красавицу жену, мисс Палмер — преданного и заботливого мужа, ну а ты, как и мечтал, титул герцога и поместье Бэзил-Холл в придачу. И, кроме того, будешь свободен от ответственности за мисс Палмер. Я возьму эту ответственность на себя.
— Я уже устал слушать твою болтовню, Нэд, — его слова были насквозь пропитаны раздражением, что было так не свойственно Хэйлу в отношении своего друга. Взяв себя в руки, он сказал уже спокойно: — Если сегодня вечером ты не намерен осчастливить мисс Бетани, делая ей предложение, то я бы хотел отправиться в Мэйтланд-клуб.
— Непременно! — поддержал его Нэд.
— Отлично! — проворчал Хэйл и вышел из гостиной, хлопнув с силой дверьми. Нэд, ухмыляясь, смотрел ему вслед еще некоторое время. Ему показалось, или это было действительно так? Хэйл ревновал мисс Палмер? Вот так дела! Это нужно было непременно проверить! Кажется, кому-то в сердце попала стрела Амура?
Глава 4
С того момента, как Хэйл вышел из гостиной, и часов до семи вечера, время пролетело незаметно. После обеда он зашел в рабочий кабинет Лоренса Палмера. Кабинет поражал своими внушительными размерами. Хэйл провозился здесь несколько часов кряду, пытаясь просмотреть бумаги, что остались там после смерти дядюшки, но не нашел среди них ничего стоящего. Старые расписки, давно утратившие силу, закладные, векселя, в общем, ничего, что могло бы вызвать его интерес.
Завещание, которое составил мистер Палмер, он нашел в сейфе, в стене за картиной, с изображением гончих, и внимательно изучил его, но там было ровно тоже, что сообщил в своем письме мистер Оррел и, ни строчкой больше. Никаких новых подробностей он не выяснил, тщательно изучив его.
Там же, в сейфе, он увидел документы на поместье Бэзил-Холл, предусмотрительно оформленные на его имя. Значит, дом уже по праву принадлежит ему. Хэйл хмыкнул. Дядюшка Лоренс, который был чрезмерно щепетилен в таких делах, непременно остался бы доволен мистером Оррелом. Он не зря ест свой хлеб. Все документы были в полном порядке, и составлены предельно четко и ясно. Ну что ж, оставалось решить вопрос с мисс Бетани, и Хэйл заживет своей прежней жизнью, но уже в статусе герцога. Скорее всего, он даже переедет жить в Лондон. Отец вряд ли станет препятствовать этому.
Но вот что делать с мисс Бетани? В последней беседе она ясно дала понять, что не слишком торопиться замуж, и он имел неосторожность уверить ее, что будет ждать. Но вот только чего ждать? И сколько продлится это ожидание?
Его мысли постоянно возвращались к этой чертовке Бетани, которая, казалось, прочно засела в его мыслях. Хэйл не видел ее с самого утра, после их встречи в гостиной, и от дворецкого Ллойда узнал, что девушка покинула поместье сразу после завтрака, отправившись к мисс Вивиан, которая жила по соседству.
Что ж, в этом были определенные плюсы. По крайней мере, для него. Он решил, чем меньше они будут пересекаться с мисс Бетани, тем лучше. Но отчего-то на протяжении всего дня взглядом он пытался отыскать в доме ее маленькую стройную фигурку, облаченную в платье персикового цвета. И к глубочайшему сожалению, до вечера девушка так и не вернулась в Бэзил-Холл.
Ближе к восьми часам вечера, Хэйл с Нэдом сели в просторный экипаж, запряженный тройкой великолепных вороных скакунов, и, как и обговаривали ранее, отправились в Мэйтланд-клуб.
— Я был в этом клубе почти год назад. Надеюсь, там не произошло никаких существенных изменений, — задумчиво произнес Хэйл, поглядывая в окно. Они проезжали по оживленным улицам Лондона, где под пасмурным небом мелькали немногочисленные прохожие, неспешно идущие по своим делам.
— Да что там могло поменяться? — отмахнулся Нэд. — Очень надеюсь застать там Лероя Фэйла. Ну, или, в крайнем случае, отправлю к нему завтра весточку. Давно не видел этого здоровяка!
Спустя четверть часа, кучер остановил возле подъезда Мэйтланд-клуба, который встретил их таким привычным гулом голосов. Выйдя из экипажа, мужчины направились в сторону большого белого здания, вход в которое заслоняла массивная деревянная дверь. Позади раздавался цокот лошадиных копыт, который заглушал собой все прочие звуки вокруг. Взявшись за большую кованую ручку, Нэд отварил дверь, и, ступив за порог, они оказались в большом, ярко освещенном вестибюле. Быстро миновав его, они направились по длинному коридору в основной зал, то и дело, встречая по пути старых приятелей. Хэйлу казалось, что они шли слишком долго, и он устал кивать головой в знак приветствия.
— Ты прав, здесь за год ничего не изменилось! Все те же лица! — усмехнулся Хэйл, стоило им оказаться в зале, который нещадно застилали клубы сигарного дыма. Казалось, сегодня здесь собралась добрая половина мужского населения Лондона.
В интерьере в основном использовались темно-коричневые цвета и благородные оттенки бордо, отчего комната выглядела по-настоящему уютно и современно. По периметру у стен были расставлены небольшие столы из натурального дерева, окруженные мягкими креслами, в которых вальяжно восседали изыскано одетые джентльмены. Сквозь огромные окна, зашторенные плотными занавесками цвета осенней листвы, в комнату не проникала сгущающаяся темнота улицы. На столах, среди игральных карт, стояли бокалы, наполненные горячительными напитками: ароматным портвейном, сладким вином, рубинового цвета, терпким коньяком.
Заметив, наконец, знакомое лицо в этой разношерстной толпе, Хэйл, улыбнувшись, направился вперед. Нэд шел следом, и тоже успел разглядеть их старого приятеля, брюнета Лероя Фэйла, который сидел в самом дальнем углу, заняв большое удобное кресло.
— Вот так сюрприз! Кого я вижу! — поднимаясь со своего места, пробасил здоровяк Лерой. Его громоздкая фигура нависла над столом, когда он поднялся в полный рост. По его лицу, которое расплылось в добродушной улыбке, было видно, что он рад видеть Хэйла и Нэда, своих старинных приятелей. — Какими судьбами вы оказались в Лондоне? Почему не сообщили о приезде?
За столом оставались свободные места, и Лерой, кивнув на пустующие кресла, пригласил друзей присоединиться к их карточной игре. Всего за столом, не считая Лероя, сидело три человека.
Справа от него сидел светловолосый Ирвин Кирк, мот и кутила. Он уже не первый год проматывал деньги своей семьи, делая крупные ставки и играя в азартные игры. Жалкое зрелище. Едва перевалило за четверть девятого, а Ирвин уже надрался в стельку. Его водянистые серые глаза заволокла сетка красных прожилок. Хэйл догадался, что Ирвин находился в клубе довольно давно, возможно даже со вчерашнего дня не покидал заведение.
Слева от Лероя, откинув голову назад, сидел хороший приятель Ирвина, брюнет Джонатан Грэм, двадцати пяти лет отроду. Он был не так расточителен, как его
