Лентяйка натянула лук и направила стрелу прямо в лоб Таммо. Вдруг просвистел деревянный посох, стрела сломалась ровно пополам, а лук упал на землю. Русса вылетела из зарослей словно молния, столкнула Лентяйку в воду и бросилась на Большеплоха. От удара в живот он согнулся пополам и принялся хватать ртом воздух. Таммо перебежал ручей вброд и, когда Лентяйка попыталась выбраться, нанес ей сокрушительный уда}), лягнув задними лапами. Та снова упала в воду, и Таммо навалился сверху всем своим весом.
Русса стащила портупею с Большеплоха, подняла свой посох и распрямилась, глядя, как хорек медленно приходит в себя. Наконец он вскочил, схватился за дротик, но Русса сделала маленький шажок в сторону и быстро нанесла ему три удара по затылку, от которых хорек распластался на земле.
Даже не глядя больше в его сторону, белка обратилась к Таммо:
— Лучше поставь ее вертикально, приятель, пока вы оба не утонули.
Таммо вытащил брыкавшуюся Лентяйку из воды, потом протер глаза и с негодованием посмотрел на Руссу:
— Почему ты не сказала о них? Зачем ты отпустила меня купаться?
Русса наотмашь ударила Лентяйку и придавила горло посохом, а потом безразлично передернула плечами:
— Да я и сама не знала о них. Ты, кстати, тоже мог бы не прыгать в воду как оголтелый. Я привыкла сперва проверять место, а уж потом отдыхать, что и тебе советую.
Таммо вздохнул с облегчением, взяв в лапы портупею, которой чуть было не лишился.
— Еще один урок, да?
Русса дружески похлопала его по спине.
— Зришь в корень, приятель.
Хорьки сидели на берегу, тряся головами и пытаясь понять, что произошло. Русса обошла вокруг них, поглядывая на Таммо, который вытащил из кустов припрятанный белкой рюкзак.
— Что скажешь? Убить нам этих обманщиков или отпустить?
Таммо поразило то, каким ледяным тоном были произнесены жестокие слова.
— Русса Бездома! — воскликнул он, и голос его задрожал от возмущения. — Ты же не собираешь и вправду убить их?!
Но Русса осталась невозмутима.
— Ты знаешь, почему я до сих пор жива? Потому что все мои враги мертвы. Можешь не сомневаться, Таммо, эта парочка убила бы тебя — просто так, для забавы, — если б я вовремя не подоспела.
Хорьки жалобно заскулили:
— Нет-нет, господин, не слушайте ее, мы просто шутили!
— Мы не убийцы, господин, мы просто очень бедны, у нас ничегошеньки нет!
Русса скривилась, глядя на них.
— Ага, а я — маленькая певчая птичка с лягушонком для дяди.
Таммо встал между белкой и хорьками.
— Нет, Русса, я не дам тебе убить их!
Белка присела, развязала рюкзак и достала несколько блинчиков, испеченных Мудрой Дум.
— Ха, да пожалуйста! Охота была руки марать об эдакую пакость. Делай с ними что хочешь.
Таммо бросил в воду оружие хорьков и вытащил кинжал, глядя на дрожащую парочку.
— Поднимайтесь и валите отсюда, ребята. Я не хочу больше видеть вас — никогда, слышите? Пошли вон, быстро! А то отдам вас на растерзание Руссе!
Лентяйка и Большеплох рванули без оглядки, словно на них охотилась стая орлов. Таммо поднял вверх кинжал.
— Так-то, будете бояться настоящего оружия! Русса набрала в кружку воды из ручья.
— Это было твое решение, приятель.
— Что значит «мое решение»?
— Скоро узнаешь. Ладно, помнится, ты был голоден? Иди-ка приложись как следует к этим лакомствам.
Они съели по нескольку блинчиков с медом, по куску холодного морковного пирога и выпили по большой кружке воды. Солнце припекало не по-весеннему жарко, и после всего пережитого Таммо потянуло в сон. Выбрав подходящее местечко в тени кустарника, он прикорнул. Русса села, опершись спиной о ствол дерева, и тоже задремала, но сон ее был чутким.
ГЛАВА 8
Когда солнце перевалило зенит, Русса разбудила Таммо. Он проснулся свежим и полным сил, тут же водрузил на плечи рюкзак и сказал:
— Теперь моя очередь, подружка. Куда направляемся?
Они поскакали дальше на юг. Взобравшись на вершину холма, Русса указала посохом на узкую полоску леса вдали.
— Мы должны добраться туда с сумерками.
Этот переход показался Таммо намного легче. Ему нравились новые места, нравились рассказы и наставления Руссы. Она, казалось, позабыла о том, что она — молчаливая белка, и была необычайно словоохотлива.
— Обогни этот участок, Тамм. Не будем беспокоить кроншнепа с его гнездом, ладно?
— Ладно, подружка. Это хорошо — дать птице спокойно высиживать яйца.
— При чем тут «хорошо»? Задень мы гнездо, птица разозлится и поднимет крик, и всем станет ясно, где мы.
— А ты думаешь, это кого-то интересует? Ответ Руссы был неоднозначным:
— А ты сам-то как думаешь?
У Руссы слово и дело не расходились. Как только тени начали вытягиваться и сумерки опустились на землю, путники ступили на лесную тропинку. Лес оказался значительно больше, чем казался издалека. Русса разрешила Таммо самому найти место для лагеря, и он выбрал поваленный бурей древний бук, чьи вывернутые корни образовали яму с навесом.
Русса одобрительно кивнула.
— Ну что ж, неплохо. Разведем костер? Таммо скинул оружие и портупею.
— Как скажешь. Весенние ночи бывают очень холодными, а кроме того, я бы не отказался от горячего ужина, если не возражаешь.
Русса замотала головой.
— Ничуть не возражаю, приятель. К тому же здесь полно сухих веток и коры. Я сама займусь костром, а ты пока распакуй рюкзак и достань еду.
Русса извлекла из кошелки кремень, и вскоре костер уже потрескивал. Потом, испытывая приятную усталость, они сели, прислонившись спинами к буновому стволу, и принялись есть, пить и разговаривать.
Русса подняла с земли кинжал Таммо и стала его пристально изучать.
— Это редкое оружие, приятель. Досталось от отца?
— Нет, от мамы. Она служила в Дозорном Отряде. Она сказала, один из Владык-барсуков выковал его для нее в кузнице Саламандастрона — легендарной горы-крепости. Расскажи мне об этой горе, Русса. Я ведь никогда там не был.
Привычным движением лапы Русса взвесила оружие, а затем быстро метнула. Кинжал со свистом прочертил прямую и воткнулся в ствол сикоморы.
— Иногда правильно брошенный нож может спасти жизнь. Я научу тебя метать его.
Таммо пришлось изрядно потрудиться, вытаскивая кинжал из ствола.
— Буду очень признателен. Так как насчет Саламандастрона?
Русса глотнула вина и приняла позу поудобнее.
— Ну что я могу сказать… Гора как гора. Но я могу постараться вспомнить песню зайцев Дозорного Отряда, которую я слышала там во время своего последнего визита.
Таммо подбросил веток в огонь.
— Ты действительно знаешь песню зайцев из Дозорного Отряда?! Пожалуйста, вспомни ее!
Белка прикрыла глаза.
— Так, насколько я помню…
Ну что же, враг коварный, пожалуй в гости к нам
Да прихвати товарищей с собой!
Мы вам такой устроим прием-головомой,
Что вы не попадете уж домой!
Еу-ла-ли-а! Еу-ла-ли-а! А ну-ка супься к нам!
Послужим верой-правдой Владыкам-барсукам!
Ты сам же, враг коварный, в бою нас закалил,
Ты сам нас беспощадности учил.
Ты убивал и грабил, глумился и громил,
И вот теперь награду получи:
Отряд Дозорный страшен, опасен и силен.
Он защищает слабых и больных,
Заботливых, и добрых, и мирных, и иных
Зверей хороших от таких, как ты.
Еу-ла-ли-а! Еу-ла-ли-а! А ну-ка сунься к нам!
Послужим верой-правдой Владыкам-барсукам!
Таммо восхищенно затряс головой.
— Вот это песня! Вот это я понимаю! А они правда такие бесстрашные и непобедимые, эти зайцы из Дозорного Отряда?
Русса бросила в огонь толстую ветку.
— Они могут быть безжалостными порой, но они защищают берег и сушу, чтобы мирные жители могли спать спокойно. А теперь давай-ка спать, тебе надо набраться сил к завтрашнему дню. Иди и укладывайся где-нибудь подальше от костра.
Таммо состроил недовольную гримасу.
— Но ведь здесь так тепло и хорошо, зачем куда-то перебираться?
Белка нахмурилась.
— Потому что я так сказала, и хватит глупых вопросов. Пошевеливайся!
Таммо удалился в заросли кустарника, недовольно бормоча:
