Гал с трудом пришел в себя. Он был недоволен, что Риа прервала танец. Но ее синие глаза по-прежнему улыбались ему. Таких глаз больше ни у кого не было: они и возбуждали его, и успокаивали.
— Побежали дальше! — предложил он.
До вершины было еще неблизко, но с Риа тропа казалась ему легче и короче. Предки облегчали им путь, радуясь, что с Риа род Сокола продолжит свою земную жизнь.
Белый сокол слетел с гнезда, блеснув крыльями в лучах солнца. Сколько раз Гал любовался могучей птицей — никакая другая не могла сравниться с ней!
— Я — твой бра-ат! — крикнул он, подняв руку. — А это — Ри-иа!
Сокол услышал его. Он снизился, сделал круг над скалой и потом серебристой молнией метнулся в небо.
Гал и Риа смотрели на сокола, а снизу за ними наблюдали возбужденные ланны: в то время, как женщины были неприкосновенны, Гал и Риа касались друг друга!
Нга не терпелось наказать Риа, бросить на землю, наступить ей на грудь ногой. Она уже готова была кинуться вслед за Галом и Риа, но серые змеи среди камней напомнили ей, что путь на скалу для нее закрыт. Нга остановилась, сгорая от гнева и нетерпения. Что ж, она дождется их внизу. Отсюда, от скалы, она погонит перед собой ослушницу Риа. Она будет бить ее до самой пещеры, а потом швырнет в угол к Тощему Локу. Там, лежа на голой земле, она будет ждать суда, и ни один ланн не посмеет ей помочь! А Гала будут судить мужчины — он ответит и за танец с Риа, и за дружбу с Тощим Локом…
Поднимаясь выше, Гал и Риа заметили много новых голубиных гнезд: сокол не трогал доверившихся ему птиц.
Галу и Риа оставалось до вершины не более ста шагов, когда над скалой появился большой черный орел.
Гал ускорил бег. Черный орел — враг сокола. В небе он силен, как леопард на земле, но у него не было гордости, он разорял птичьи гнезда и не отказывался от падали. Он напоминал Баока, который мог отобрать мясо у слабого и больного.
Убедившись, что сокола поблизости не было, орел снижался, нацелив когти на двух птенцов.
Гал торопился как только мог, но до гнезда было еще далеко, он не успевал прийти на помощь птенцам! В это мгновенье из горячего голубого неба камнем упал сокол. Он ударил черного орла в шею. Орел перевернулся, закрылся когтями, но сокол был быстрее орла, он уклонился от когтей, взлетел вверх и снова, еще яростнее, ударил врага. Он бил не переставая — черные перья летели в небе. Орел потяжелел, неуклюже замахал крыльями. Белый сокол победил черного орла!
Орел падал в пенистую пасть водопада. Сокол преследовал его до воды, а когда врага не стало, с победным клекотом взлетел вверх и опустился около гнезда. Из груди у него сочилась кровь.
— Сокол победил черного орла! — крикнул Гал. — Гал и Риа не оставят своего брата в беде!
Сокол бесстрашно смотрел на людей. Он победил врага и спас соколят от смерти, но он вернулся без пищи, и грудь у него была в крови. Он уже не мог взлететь в небо и взять там свою добычу. Ему и его птенцам грозила смерть от голода и жажды. Только люди могли спасти их.
Со скалы Гал оглядел округу. Дуа разлилась до горизонта и занимала половину земли. Ланны видели немало рек — ни одна из них не могла сравниться с Дуа. Конечно, они сумели бы связать плоты и пересечь на них великую реку, только нужды в том не было, пищи в избытке хватало и на правом берегу. Навсегда оставаться у Дуа они тоже не намеревались: здесь им грозило новое столкновение с чужими людьми, потому что Дуа была Дорогой Племен. Рего уже давно хотел увести племя от большой реки…
Рего все еще не вернулся с охоты за куланами — самой ценной охотничьей добычей: мясо и жир куланов возвращали ланнам силу и здоровье, а из шкур получались красивые мягкие кожи. Вскоре Гал станет воином и тоже отправится за куланами. Он принесет на скалу теплого куланьего мяса, чтобы сокол быстрее окреп и снова мог летать.
Галу хотелось также взглянуть на неведомые земли, побывать на левом берегу Дуа — он всегда с любопытством вглядывался в заречные дали. Там, на лугах, паслись стада, а у самого горизонта темнела полоска таинственного леса. Луху рассказывала, что в лесах живут удивительные звери и незнакомые ланнам люди…
Правый берег Дуа, высокий и каменистый, Гал знал хорошо. Вместе с охотниками он исходил здесь немало троп, а в одиночку удалялся от пещеры на пять-шесть тысяч шагов.
Земля после дождей была молода и полна жизни. К степным озерам слетелось множество птиц. Гал показал на ближнее озеро:
— Мы добудем для сокола большую птицу!
Они поспешили вниз. На площадке у водопада они наткнулись на мертвого орла: хищник все-таки выбрался из потока, но разбился насмерть о камни. Гал хотел было сбросить его в воду, но передумал: черный орел — это добыча сокола!
Они опять поднялись к гнезду. Увидя их, сокол тревожно поднял голову. Гал успокоил его:
— Это твоя добыча!
Он бросил орла на камни и отступил назад. Сокол даже не взглянул на мертвую птицу. Он никогда не брал пищу с земли. Он был горд, он смотрел в глаза Галу и молча требовал, чтобы люди уходили своей тропой. Сокол не хотел, чтобы они видели его слабость. Он вел себя как воин.
Гал взял Риа за руку:
— Он ждет, чтобы мы ушли!
Когда люди покинули вершину скалы, из груди сокола вырвался победный клекот: сокол узнал своего врага. Он подлетел к орлу, разорвал ему грудь и проглотил несколько кусков мяса. Он принял помощь Гала и Риа, он признал в них брата и сестру. Сокол и соколята будут жить!
У водопада Гал и Риа опять выкупались в тончайшей водяной пыли. Возвращаться в пещеру им не хотелось. Они решили поохотиться на птиц и домой вернуться с добычей. Тогда никто из ланнов не упрекнет их, что долго отсутствовали вдвоем.
Они ступили на тропу вниз и заметили ланнов.
Соплеменники давно следили за ними. Темный обычай не умер — на страже его стояло все племя. Обычай запрещал ланнам предаваться любви, когда мужчины на охоте, а Гал и Риа уединились друг с другом. Это исключительное событие взбудоражило племя.
Радости у Гала и Риа
