Читаем без скачивания Разведчики от бога - Сергей Зверев

Взяв кружку пива и крупную вяленую воблу, Лавров подошел к одной из стоек. Андрей постучал рыбиной по столу, быстро ее распотрошил и, отщипнув кусок плотной, солоноватой мякоти, аппетитно отхлебнул пива. В этот момент кто-то робко тронул его за локоть. Он оглянулся и увидел какого-то типа лет сорока, выглядевшего гораздо старше своих лет, в заношенном сером спортивном костюме китайского производства.

— Простите, вы не могли бы мне отломить кусочек хвостика от вашей замечательной рыбки? — кряхтя и вздыхая, попросил тот, с вожделением глядя на воблу.

Не говоря ни слова, Андрей щедро протянул ему чуть ли не половину рыбины и, тягостно вздохнув, снова отхлебнул из кружки.

— Еще раз простите, — неизвестный внимательно окинул его взглядом. — Мне показалось, что у вас какие-то проблемы. Может быть, чем-то я мог бы вам быть полезен? Скажем, что-то засвидетельствовать, подтвердить алиби и так далее…

— Да, человека я ищу… — глядя в никуда, сокрушенно поведал Лавров. — Шуряк мой в бомжи подался. Я-то сам из Самары, а жена тутошняя. Ну вот, его баба со своим хахалем и выкинула мужика с жилплощади. Это еще весной было. Уж сколько времени прошло! Теперь и не знаю, где его искать. Может, подскажешь? «Пятихатки» не пожалею, только бы узнать, в каком месте бездомный народ кучкуется.

— А как его зовут? — обрадованно закивав, поинтересовался нежданный доброхот.

— Гущин Родя, Родион… — Андрей назвал первое имя, что пришло на ум. — Он раньше работал водилой в городском автохозяйстве. Не слышал о таком?

— Нет, это имя слышу впервые, — доброхот развел руками. — Но, знаете, недалеко от вокзала есть дом, предназначенный к сносу. Сейчас бездомные на ночь собираются там. Правда, хоть кого-то найти там сможете не раньше часов одиннадцати. Ну, сами понимаете почему — и менты их оттуда гоняют, и у них самих сейчас какие-то дела. Кто стеклотару сдает, кто — цветмет… Попробуйте найти такого Саню Мандарина. Он у них там за главного. Может, он чего подскажет?

Кончив говорить, доброхот с надеждой посмотрел на кружку пива, которую Лавров держал в руках. Изобразив великодушный жест, Андрей достал из кармана обещанную купюру и, двинув по столу в сторону доброхота кружку и остаток рыбы, объявил:

— Держи! Для хорошего человека ничего не жалко. Ну, пойду. Может, бог даст, и сыщу сегодня этого непутевого родственника?…

Выйдя из пивной, он остановил такси и спешно отправился на квартиру. Там он уже успел заметить сложенную в прихожей старую рабочую одежду, которую, судя по всему, оставили проживавшие ранее какие-то калымщики. Теперь это ему очень даже могло пригодиться.

Ближе часам к девяти вернулись и Леня Еремеев с Юрой Ольшевским. Если у старшего лейтенанта все прошло относительно гладко — он объехал на такси и городском транспорте все самые крупные пункты приема цветмета, — то у капитана Еремеева не обошлось без приключений.

Свой вояж по городу он решил начать все с того же «Уральского самоцвета». Заметив рядом с уже закрывшимся рынком какую-то забегаловку с характерным названием «Харчевня», он забрел туда расслабленно-блатной походочкой, изображая эдакого местного «крутяка». Избранный им «прикид» — спортивный костюм с кепчонкой — полностью соответствовал этому образу. Щеголяя приблатненными словечками, посетитель у кассы заказал себе «че-нибудь похавать» и «стопарь водовки».

Забрав заказ, он с подносом подошел к столику, за которым угрюмо разделывался с бифштексом стриженный «под ноль» крупный тип с узким лбом и рваным ухом, каких в просторечии именуют «амбалами».

— Братан, возражухи не будет насчет компании? — достаточно уважительно, но и не роняя себя с точки зрения подзаборной этики, поинтересовался посетитель.

— Угу… — коротко кивнул тот, продолжая молотить мощными, как у питекантропа, челюстями.

Составив с подноса тарелки и стопарик с водкой, посетитель небрежно бросил поднос на свободный стул. Подняв стакашек, он символически чокнулся с наполовину опорожненной пивной бутылкой «амбала» и негромко провозгласил:

— Ну, будь здоров, братан!

Юра занюхал водку кусочком хлеба, подвинул к себе тарелку с макаронами и антрекотом, обильно помазал его горчицей и, вооружившись вилкой, приступил к еде. «Амбал», вылив в большой пластиковый стакан остатки пива, неожиданно поинтересовался хриплым басом:

— Ты откуда взялся такой прыткий? Как кличут?

— Клык. Из Нижнего я буду… — невозмутимо произнес Леня.

— Тагила? — уточнил тот.

— Новгорода, — не переставая жевать, ухмыльнулся Еремеев. — Малость спалился на одной хазе, менты открыли охоту. Вот и пришлось сваливать в ваши края.

Все в тех же жаргонных выражениях Еремеев поведал «амбалу» о своих головокружительных криминальных подвигах, из-за чего на него и ополчились «менты гребаные». Кроме того, он «по секрету» сообщил и о том, что по мере надобности работает на «клевого пахана», у которого «бабла — как у дурака махорки». Недоверие во взгляде «амбала» постепенно сменилось явной заинтересованностью. Еще через некоторое время они беседовали уже за бутылкой «беленькой», обсуждая обстановку в столице Пермского края.

В ходе разговора, как бы проникшись доверием к своему новому приятелю, назвавшемуся Гансом, Еремеев сообщил ему о том, что в Пермь он приехал не только пересидеть устроенную на него ментами облаву. По его словам, «пахан», как большой поклонник всяких редкостей и тому подобного, хотел бы заполучить одну занятную штуковину. Якобы всего пару часов назад он сообщил по «мобиле», что есть «информуха» насчет некоего то ли метеорита, то ли спутника, упавшего где-то за Теплой Горой. И вот теперь ему во что бы то ни стало надо разыскать тех, кто минувшим днем там уже побывал и вынес что-то ценное.

— Был такой треп… — кивнул Ганс. — А сколько пахан кинет, если эту хрень ему найдут?

— На подержанную тачку будет в самый раз, иностранную, естественно, — многозначительно ухмыльнулся Клык.

Неожиданно на плечо Леонида легла чья-то бесцеремонная рука. Неспешно подняв голову, он увидел стоящих за спиной двоих, крепких на вид сержантов ППС.

— Документики, гражданин, — глядя свысока, потребовал тот, что продолжал удерживать Еремеева за плечо.

— Вообще-то, — невозмутимо повернувшись к тарелке, уведомил Леонид, — сначала надо отдать как положено честь и представиться. А уже потом чего-то требовать.

— Ты че там вякнул?! — оторопело переспросил сержант. — Я тебе, козел, ща такую честь отдам!..

Он схватился за резиновую дубинку, но в ход пустить не успел. С возгласом:

— За козла ответишь, пидор! — Еремеев вскочил из-за стола и точно рассчитанным толчком опрокинул сержанта на спину. Второй попытался схватить его за ворот, чтобы нанести удар кулаком, но его рука попала в крепкий капкан чужой пятерни, которая рванула его вбок, из-за чего сержант потерял равновесие. А еще через мгновение, не понимая как, он едва не встал на «четыре точки» и, получив тычок ногой, покатился под соседний стол.

— Увидимся, братан! — Леонид помахал Гансу рукой и, не теряя времени, быстро покинул «Харчевню».

Выслушав его рассказ, Андрей резюмировал:

— Да-а… Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. С одной стороны, плохо, что ты сейчас у местной милиции на особом счету. А с другой… «Удочку» закинул неплохую. Считай, завтра же вся местная братва будет знать о крутом парне из Нижнего и иномарке, обещанной за «икс-фрагмент».

— Слушайте, а мы этой своей активностью не слишком привлекаем внимание к спутнику? — о чем-то думая, высказал свои сомнения Ольшевский. — Все же, наверное, стоило бы как-то избежать этой стычки.

— Боюсь, в некотором смысле, это тот самый «секрет Полишинеля», который уже известен прежде всего тем, кто об этом не должен бы знать вообще, — качая головой, усмехнулся Лавров. — Сейчас отдыхайте, а то утром вам придется побегать. А я пока временно подаюсь в бомжи. Попробую подобраться к пропаже «икс-фрагмента» с другого фланга…

Ближе к одиннадцати он выбрал из кучи барахла подходящие по размеру донельзя заношенные джинсы, легкую ветровку «под камуфляж», черную кепочку с длинным козырьком и разноцветными пятнами малярной краски, стоптанные туфли. Когда он надел на себя всю эту ветошь, то, с учетом успевшей отрасти за день щетины, больше всего стал напоминать горемыку-строителя, которому очень не везет с работой.

— О! Ни дать ни взять гастарбайтер из Винницы, — глядя на него, рассмеялся Еремеев. — Только, товарищ майор…

— Даже когда мы наедине, общаемся только на «ты» и просто по именам, — строго напомнил Андрей. — Мы не на балу у английской королевы, а в большом бомжатнике, где церемонии пойдут только во вред.

— Извини, Андрей, — Леонид конфузливо махнул рукой. — Как говорится, зарапортовался малость. Ты бы хоть чем-нибудь обработал ботинки изнутри, а то вдруг у их хозяина был грибок? Еще подцепишь, чего доброго…